Дело Љ8

В тот день я возвращался после работы домой. Я работаю продавцом в книжном магазине. С детства я много читал и любил книги… Я закрыл свой магазин в 18.00. Я уже поворачивал к выходу на свою улицу, когда из-за поворота выскочил мужчина. Вид у него был ужасный. Как у бомжа. Щетина на подбородке, мятые, забрызганные рвотой брюки, темно-зеленая куртка в каких-то пятнах подозрительного цвета. Он подбежал ко мне. Его зрачки бегали из стороны в сторону, рот дергался, а руки дрожали. В руках он держал книгу. Я хотел было пройти мимо него, но он вцепился в рукав моей куртки и я заметил, что концы пальцев у него синие, а ногти обкусаны до крови. Незнакомец судорожно взглотнул, посмотрел на меня, потом на книгу, еще раз сглотнул слюну, а потом, заикаясь и запинаясь буквально на каждом слове, приблизил свое лицо почти вплотную к моему и сказал: «Ппродать… Я х-хочу пр-пр-п-продать эт-т-т-ту кн-н-ни-ни-гу». «Извините — сказал я грубо (надо же дать отпор всякой дряни) — магазин закрыт, приходите завтра (я был уверен, что завтра он не придет). Лицо мужчины при этих словах безобразно искривилось, казалось, еще мгновение и он зарыдает навзрыд. Было в его лице что-то от страха и безысходности. Я взял его руки и хотел уже сбросить со своего локтя, но пальцы только крепче вцепились, впились в мою руку.» Отцепись, скотина, мне больно» — рявкнул я на него. Но мужчина не испугался:» Н-н-нет, з-з-завтра п-поздно — сказал он — в-во-возьмите«и он с прытью и поспешностью, какой я от него не ожидал, всунул мне в руки книгу и пятясь, развернулся и побежал на другой конец улицы. Я подумал:» Придурок какой-то«и посмотрел на книгу. Она была средней толщины, страниц 200, в потрепанном шершавом переплете багрового цвета. Автор и названия на обложке указаны не были. С виду она казалась довольно изношенной (если моно так выразится по отношению к книге) и старая. Мне было противно держать её в руках. Но выкинуть её я тоже не мог. Сказывалось воспитание. Устроив её под мышкой, я пошел домой. Моя квартира находилась на 6 этаже 9-этажного панельного дома. Квартира маленькая, аккуратная и скромная. Живу один. На семью денег не хватает. Есть подруга, Алиса, но встречаемся мы редко, опять же из-за не хватки финансов на кафе и прочие увеселения. Кроме того, она замужем. Я вошел к себе и закрыл дверь. Книгу бросил на тумбочку возле зеркала. Приготовил себе ужин: пару бутербродов и чай. Включил телевизор. Передавали программу новостей. Как обычно, ничего интересного. Покончив с ужином, пошел стирать носки и рубашки. Налил в таз воды, намылил носки, с кухни доносился шум телевизора (все это я так подробно описываю, чтобы вы поняли мое состояние, когда ваша хоть и несчастливая, но устоявшаяся жизнь начинает катиться коту под хвост). Выстирав носки, я слил воду и заметил вдруг, что не слышу телевизора. Я вошел на кухню. Телевизор работал как обычно. Но никаких звуков я не слышал, совсем никаких. Я взял в руки стандартный пульт и начал щелкать громкость. Я довел её до максимума, но ничего не было слышно. Вдруг экран стал черным. Я испугался внезапности произошедшего и выронил пульт. Это нормально. Это еще ничего. Телевизор сломался. Никаких звуков. Абсолютно. Нигде. Я подошел к окну. Мне стало нехорошо. За окном я не увидел ничего. Абсолютная темнота и никаких звуков. Будто окно завесили черным покрывалом.» Что за черт«— выругался я и решил сходить к соседям, узнать, что это такое происходит. Я подошел к двери, нажал на ручку и сердце мое остановилось. За дверью ничего не было. В прямом смысле ничего. Тьма. Как в худшем из кошмаров. Я в ужасе захлопнул дверь. Но она не закрылась. В кромешной беззвучной пустоте она плавно и легко отделилась от косяка и сделав два великолепных оборота вокруг поперечной оси, поплыла во тьму. Я оцепенело смотрел, как она исчезает во тьме, удаляясь от меня все дальше и дальше. Я непроизвольно вскрикнул и бросился снова на кухню. Хотел выпить воды и отворить окно.» Это сон«— бормотал я про себя, запивая две таблетки успокоительного. Я открыл кран, чтобы сполоснуть стакан и поставить его на место, но вода не полилась. Я наклонился к умывальнику. Одна единственная капля медленно, будто нехотя отделилась от отверстия и беззвучно упала на поверхность раковины. Звука падения и удара я не услышал. Я завопил и повалился на пол кухни, закрыв уши ладонями и крепко зажмурившись. Отсчитав 15 секунд, я открыл глаза. Меня ожидало новое потрясение. Та часть стены. Та часть стены, где была раковина, плита и кухонный стол медленно, начиная сверху, оторвалась от квартиры. Ни треска, ни хруста отделяющейся стены, я не услышал. Через три минуты она, как и дверь, уплыла во тьму. Я больше не мог этого терпеть. С криком» Помогите«, я побежал в комнату, прижался к углу рядом с кроватью. Я по-прежнему не слышал ни звука. Вдруг свет в комнате погас. Когда он включился, я увидел, что в моей квартире нет двух противоположных от места, где я находился, стен. Осталась только стена, где я стоял, где был вход в эту комнату и шкаф и другая, примыкающая к этой, где стояла кровать, висел на стене красно-синий ковер и торшер. Пол был на месте, также и потолок с люстрой, которая светила теперь неестественно белым светом. Я поплотнее прижался к стене и вдруг почувствовал, что падаю. Я еле успел ухватиться за пол и обернувшись увидел как стена вместе со шкафом и дверью в прихожую заглатывает тьма. Вспотевший от ужаса, я кое-как подтянулся и влез на пол, а потом забрался на кровать и с головой завернулся в плед. Я был на грани сумасшествия, если уже не сошел с ума. Сердце билось как птица в клетке. Я должен успокоиться — говорил я себе, но это не помогало. Я попытался заснуть и уговорить себя, что когда проснусь, все встанет на место, все будет, как прежде, и я пойду на работу. Но сон не приходил. Я медленно выглянул из-под одеяла. И в этот же миг в ужасе отбросил его так далеко, что оно как какой-нибудь носовой платок улетело во тьму. От моей квартиры остались только пол и моя кровать. Мои зубы зацокали. Вокруг была тьма. Густая и всепоглощающая. Мне показалось, что я единственный островок реальности в мировой бездне этой тьмы. Кроме меня в мире больше ничего не осталось. Я боялся задать себе вопрос, что будет когда и пол… Но это было слишком страшно, слишком невероятно, чтобы быть правдой — на моих глазах вся квартира превратилась, нет, даже не превратилась, исчезла, растворилась в беззвучном, темном, адском пространстве, где, судя по всему, предстоит раствориться и мне. Как бы в лад моим мыслям, пол начал уплывать и отдаляться от меня все дальше и дальше, пока не скрылся из виду. И вот остался только я и кровать. Вокруг тьма. Чистая и непорочная. Первозданный хаос. Мир канул в лету. Я начал смеяться. Я весь трясся, как от лютого мороза. Тьма заколыхалась. Сгустилась и передо мной появилось в 5 метров высотой что-то вроде лица. Черная материя открыла свою пасть. И ринулась на меня. Я закричал и закрыл лицо руками… Пи-пи… Будильник. Я открыл глаза. Утренний луч солнца падал мне на лицо. Рев телевизора на кухне. Я медленно, очень неуклюже поднялся и огляделся по сторонам. Все было на месте. Моя комната. Я лежал на полу в ванной. Выстиранные и не вывешенные носки лежали мокрым комком в тазике для стирки белья. Сердце болело. Голова как ватой набита. Тошнота. Я побрел на кухню, нашел пульт и выключил дико орущий телевизор. Следующая остановка — туалет. Мой желудок вывернуло наизнанку. Голова раскалывалась. Я сел за стол на кухне и попытался понять, что со мной случилось. Обморок. В обмороке разве видят галлюцинации? Я встал и проверил вся ли мебель на прежних местах. Все в порядке. Тогда что? Сон? Но я стирал носки и слушал новости по телевизору. Не мог же я так устать, чтобы заснуть за стиркой, я бы помнил. Меня передернуло от воспоминаний прошлого вечера. Может, сходить к психиатру? Но я не сумасшедший. Я видел и чувствовал все до мельчайших подробностей… как стены уплывали… нет, это бред однозначно. Неважно, что это было, главное — оно закончилось и я сейчас соберусь, выпью чашку бодрящего кофе и пойду на работу. Так я и сделал. Выходя, я вспомнил про книгу, оставленную мне незнакомым мужчиной, и прихватил её с собой.» Поставлю к подержанной литературе с уценкой«— подумал я, спускаясь на лифте. В магазине я нашел стеллаж с книгами, которые приносили читатели, надеясь выручить хоть какие-то от продажи деньги от книг, которые давно прочитали, изучили вдоль и поперек, и теперь мечтали избавиться, но просто выбрасывать стеснялись. Вообще-то, они могли бы их сдавать в библиотеки, но почему бы не попытаться заработать на уже ненужных вещах. Я хотел поставить книгу на верхнюю полку, встал на носки, потянулся, раздвинул пальцами толстющие фолианты классиков и всунул туда книгу. Голова у меня все еще болела и была как квадратная, но Слава Богу, покупателей сегодня было немного, всего два или три человека, так что я смог полностью прийти в себя и даже включил радио послушать новости. Выпуск очередных новостей как обычно в нашей стране напоминал скорее фильм ужасов: кого-то убили, кого-то ограбили, там пьяный водитель сбил пешехода, коммунальные услуги все дорожают, состояние дорог и детских садов оставляют желать лучшего и т. п. Я уже хотел было выключить радио, но мое внимание привлекло одно сообщение. Беспристрастный голос диктора сообщал:» Вчера ночью в подъезде своего дома был найден 43-летний житель города Н. Валентин Михайлович Гарючин, который уже как 2 недели ушел из своего дома и был объявлен в розыске. Мужчина в темно-зеленой стеганой куртке и черных джинсовых брюках был найден мертвым соседями с нижнего этажа. У мужчины было перерезано горло. Следствие отрабатывает версию о самоубийстве. В кармане покойного была найдена предсмертная записка. Всех, кто что-либо знал о покойном, просьба позвонить«… — я выключил радио и задумался. У меня было плохое предчувствие. В том, что это был тот самый мужчина, которого я встретил перед магазином, у меня не осталось сомнений. По крайней мере, описание подходило. Волновало другое. Случайность ли, что он отдал мне книгу как раз накануне своей смерти. Мне вспомнились его слова:» Завтра будет поздно«. А вдруг я последний, кто видел его живым? А что, если следствие об этом узнает? Меня будут допрашивать. А он вручил мне еще книгу. Что за книга? Зачем? Почему он хотел продать ее? На эти вопросы у меня не было ответа. Головная боль, уже немного утихнувшая, начала возвращаться. Поэтому я перестал думать об этом скверном деле и попытался сконцентрироваться на себе и своем будущем.» Мало ли что — в конце концов успокаивал я себя — со мной ведь еще ничего плохого не случилось«.» Не считая вчерашнего ночного кошмара«— добавил я зачем-то вслух и пошел протирать полки на стеллажах. Закончил свой рабочий день я как обычно в 6 вечера. Зашел в супермаркет купить себе поесть на ужин и на завтрак. Зашел к себе в подъезд. Навстречу мне как раз выходила соседка с 25 квартиры со своим любимцем — бульдогом. Хотя у собаки была устрашающая кличка Мясник, но бульдог сам по себе был псиной спокойной и дружелюбной, а прозвище получил из-за своей любви к говяжьему мясу и такой же сильной нелюбви к искусственным собачьим кормам. В принципе, я его прекрасно в этом вопросе понимал. В детстве родители держали в доме добермана и я так как сильно любил нашу собаку и был маленьким и глупым (шел 5 год) как-то решил попробовать специальный собачий корм и стащил пару горстей из миски пса. С тех пор прошло много лет, но я до сих пор помню синтетический вкус сухого собачьего корма. Не понимаю, как в рекламе собаки и кошки едят такую гадость с удовольствием. Обычно я проходил мимо» Мясника«не выказывая никаких особо дружелюбных чувств. Мясник отвечал тем же. Но в этот раз вышло по-иному. Издали завидев меня, бульдог глухо зарычал и натянув до предела поводок хозяйки, не хотел ни в какую идти мне навстречу.» Здравствуйте, Валентина Николаевна!» — бросил я обычное приветствие соседке.» Здравствуйте!«— сказала она, пытаясь справиться с непокорным псом. Я обошел соседку и ее собаку и нажал на кнопку лифта. И тут собака бросилась на меня. Спасло только то, что лифт открылся вовремя и схватив агрессивного пса за шкирку, я успел отодрать его челюсти от моего рукава на куртке и отшвырнуть пса прочь, нажав на кнопку своего этажа. Я был ошарашен. Пес никогда не проявлявший к людям никакой агрессии, до боли вцепился в мою руку, вовремя защитившую лицо и шею, иначе страшно представить, что было бы. Только закрыв за собой входную дверь в комнату, я снял куртку и осмотрел свою руку. На рукаве четко отпечатались следы обеих челюстей бульдога. Кожа на руке оказалась прокушенной до крови. Выругавшись, я достал из шкафа аптечку и йодом смазал ранки. Надеюсь, собака не страдает скрытым бешенством, иначе придется туго. Еще удивительно, что я успел среагировать на нападение. Пес рванулся так рьяно, что соседка не сумела удержать поводок в руках и упала, выпустив его из рук. Можно считать, что мне даже повезло. Но какой черт вселился в собаку?! Зазвонил телефон. Я поднял трубку. Звонила соседка. Извинилась за собаку, спросила, не поранила ли она меня, нужна ли мне помощь, что она может сделать, чтобы загладить инцидент, ведь такое прежде не случалось и все в таком роде. Я сказал, что все в порядке и чтобы она не волновалась, свел все на шутку и повесил трубку. Настроение было плохое. Я прошел на кухню, выгрузил продукты, заполнил холодильник, разогрел себе ужин, поужинал и решил перед сном принять душ. На часах было 9.00. За окном уже темно, хоть глаз выколи, февраль месяц как-никак. Я зашел в ванну, разделся, включил воду и стал мыться. Вода, приятно согревая тело, стекала по лицу. Вдруг погас свет.» Ну что еще«— уже начал ругаться я как свет включился, но легче мне от этого не стало. Яркий красный свет наполнял собой все уголки маленького помещения. Мне стало не по себе. Я отодвинул занавеску. Прямо напротив ванны в красном зловещем свете стоял соседский бульдог. Черные зрачки собаки неподвижно смотрели на меня, между зубов медленно стекала на кафельную плитку тягучая вязкая слюна. Собака была бешеной. Как она очутилась в ванной, не было времени размышлять. Я чувствовал кожей, что пес сейчас броситься на меня. Он слегка присел на задние лапы, я судорожно шарил правой рукой в поисках чего-либо, что можно использовать как оружие и защиту. Пес бросился на меня, оскалив зубы. Я ударил его тем тазиком, в котором вчера стирал носки. Пес отлетел в сторону, и его массивное сбитое тело ударилось об зеркало. Послышался звук разбитого стекла. Погас свет и снова включился. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Дрожащими руками я потянулся к смесителю, чтобы закрыть все еще льющуюся из крана горячую воду. Рука провернула кран один раз, второй… Смеситель был сломан. Струя не только не уменьшилась, но наоборот стала бить во всю мощь. Пора было выбираться из ванны. Я вылез, завернулся в полотенце и попытался открыть дверь. Напрасно. Несмотря на то, что на двери не было никакого замка, даже защелки, ее заклинило намертво. Я запаниковал. Начал барабанить руками в дверь. Бесполезно. Вдруг подошвами ступней я почувствовал воду и обернулся. Вода уже заполнила ванну и переливалась через край. В ужасе я подошел к ванне. Красная от красного света вода напоминала кровь. Я засунул руку по плечо в ванну и начал нащупывать сливное отверстие. Поиски оказались безуспешными. Вдруг я нащупал что-то мягкое и жилистое. Я ухватился за предмет и вытащил руку. Это было тело бульдога. Он был весь в крови. Кровь стекала с его шерсти на мою руку. Я посмотрел внимательно на его морду. И вдруг глаза собаки открылись. Я выпустил тело бульдога и он плюхнулся обратно в красную воду. Я отшатнулся от ванны.» Боже, спаси меня«— тихо простонал я, безуспешно пытаясь выломать дверь. Вода все прибывала и прибывала. Стоя по колено в воде в ванной комнате, я содрогался от ужаса и напряжения. На всякий случай я схватил и прижал к груди тазик — не был уверен что та тварь мертва. Вода неумолимо подступала к моему горлу. Я боялся представить, что будет, когда вода зальет всю ванную комнату. Оставалось только надеяться, что под давлением воды дверь откроется. Никогда не думал, что утону в собственной ванной комнате. Вода прибывает. Я уже плаваю в воде. До потолка один метр. Один метр моей жизни. Вдруг вода совсем рядом забурлила. Сердце бьется-бьется… Что ЭТО? Пол метра. За что? Я не хочу умирать. А-а-а-а… Кричу… 30 сантиметров. 20… 15… Правая нога что-то ощутила. Как будто о что-то ударилась. 10 сантиметров… Внезапно кто-то или что-то схватило мою ногу и потянуло вниз. Я закричал от боли и ушел под воду. Я барахтался, в конвульсиях пытаясь отбиться от неведомого. Открыл глаза. Ничего не видно. Только красная пелена вокруг. Что-то нападает на меня и рвет на части. Это бульдог. Его острые зубы… Умираю…»