Демон

Потом перед ними долго, с перерывами на отдохнуть и попить водички распиналось всё начальство по очереди, тут уж и Ирке досталось, которая только и руками разводила «а я чо? я ничо»… Их разделили на партии и разогнали по окрестностям искать пропажу. Сеня оказался в наряде на кухню. Из таких «наряженных» собрали толпу для обыска самого городка. Комендант немедленно воспользовался этим, построил в цепочку и погнал собирать по территории окурки и прочий мусор.«Ну и хрен с ним», подумал Сеня. Всё не бетон лопатой. Под конец, их погнали «обыскивать» загадочное сооружение. Комендант назвал это складом, обходил по очереди кладовки, неторопливо открывал, осматривал изнутри, в основном на предмет«не попёрли ли чо» и закрывал обратно. На второй этаж он не полез и вся компания улеглась на«пол», периодически колоча подошвами и выкрикивая «и тут нету!». Запасливый Димка вытащил карточную колоду… А Сеню черти понесли наверх. Он побродил по третьему «этажу», а потом отправился на штурм четвёртого. Конструкция освещённая только солнечными лучами через редкие щели в обшивке терялась во тьме. Высота не особо воспринималась и Сеня достаточно спокойно бродил по широким светлым балкам. Пахло пылью, деревом и… гарью? Сеня моментально принюхался, потом натужно сипя и раздувая ноздри принялся бродить квадратными кругами. Знакомый, но пока непонятный запах, явно был сильнее в дальнем углу. Текст «героически спас колхозное имущество от огня», пробежал у него в мозгах, видимо благородный порыв выключил на какое-то время критичность восприятия. Добравшись почти в самый дальний угол четвёртого этажа Сеня, наконец, опознал запах — обычные парафиновые свечи. Этот кусок «склада» выглядел весьма фантасмагорично. Утопшие в сумраке балки казалось уходили в никуда. Полумрак-полумраком, но глаза-то молодые. Рядом с двумя крестом пересекающимися балками Сеня присел. Прямо перед ним дерево было чем-то измазано. Не решаясь тыкать пальцами в непонятную субстанцию Сеня извернувшись достал из кармана перочиный нож и поскрёб балку. Осторожно понюхал. Парафин. Горелый. Кто-то жёг здесь свечку, причём недавно. К парафину, что-то прилипло, уже расслабившись, он оторвал это что-то и поднёс к глазам. Ворс. На первом этаже валялись целые бухты колючей конопляной верёвки, которую все использовали для любых надобностей. Местные почему-то её не воровали. Ворс от верёвки. Прищурившись Сеня присмотрелся к пересекающейся балке… Наверху что-то зашуршало, от неожиданности Сеня чуть не слетел с балки. Хорошо, что сидел. Верхний — пятый ярус строения, состоял из ломанных линий, сложных тройных опор и переплетений. Крыша была надёжная, новая, ни единой щёлочки и казалась тёмным провалом в пустоту. Мнгновенно вспотевшему Сене показалось, что оттуда на него кто-то смотрит. Шфырр! Несколько воробьёв с шумом пронеслись над головой, перепугав Сеню до инфаркта. Он не помня себя слетел на два яруса вниз и выскочил на воздух. Здесь, окончательно расслабившиеся сострадальцы развалились на площадке и откровенно загорали, чирикали птички и шуршала листва. Сеня перевёл дух и бочком-бочком, стягивая промокшие шмотки стал подтягиваться поближе к людям.

На ужин вместо перловки дали кукурузную кашу. Вроде и на вкус ничего, но жуётся как пустышка. Про масло столовские не забывали. В том смысле, что для себя. Народ гоготал и радовался пропавшему дню. Они сюда не за деньгами приехали, не так ли?

Утро началось затемно. С дикого вопля. Жуткого, как из фонотеки самого Хичкока. Вопль раздавался со строны речки, где на заросшем камышами берегу, была небольшая проплешина заболоченного пляжа. На пляжу лежало корявое бревно, которое парочки использовали в качестве скамейки — пообжиматься «под луну». Шум и суматоха, вздрюченное начальство с истерическим воплями загнало всех в комнаты, грозясь страшными карами. По корпусу моментально разнеслось известие — «Светку Самошину убили!» Окна и балконы корпуса были увешаны гирляндами студентов, пытающихся высмотреть в утренней полутьме, что-нибудь предметное среди пляжного кипишения в паре сотен метров. Сеня немного потолкался у окон, потом долго пытался сообразить, что теперь делать с мочевым пузырём. Несколько таких страдальцев уже пререкались в коридоре с Заводиным, который орал охрипшим голосом, — «пока менты не приедут ни кто ни куда не пойдёт!» В девичьих комнатах раздавались рыдания. Сеня, пока надзирающий отвлёкся, воспользовался коридорным окном, по непрямому назначению. Один чёрт во дворе ни кого, а ему, что? Лопнуть?

Вернулся в комнату, уселся на кровать. Светка Самошина, была красой номер два на потоке. По его мнению, изящная блондинка, могла бы быть и номер один, будь чуть понахальнее. Наконец-то добрался и слух о способе убийства — перегрызли горло. Зубами! Затащили тело до половины в воду и так бросили. Грун на пляже был всегда истоптан десятками босых ног, а вокруг жилой городок на сотни строителей.