Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
586 мин, 27 сек 23040
Недовольно переговариваясь, министры, чиновники и остальные члены Совета проследовали в Малый Тронный зал. Когда двери с тяжёлым грохотом закрылись, открылась другая дверь, небольшая, ведущая в холл этажа. Двое Стервятников выволокли девушку лет ста семидесяти, с короткими, неровно подстриженными волосами. Одета она была в больничную пижаму.
— Как тебя зовут? — негромко спросил Эндариан, как только Стервятники покинули зал.
— Кеель, — хмуро ответила девушка. Она не выглядела напуганной, скорее, уставшей, и разглядывала окружавшее её убранство даже с некоторым любопытством. Первый Советник встал, спустился с возвышения и подошёл к окну, точно больше всего его занимали тяжёлые бархатные шторы.
— Ты хорошо знала Мефистофию?
— Я с ней знакома.
— Не надо преуменьшать. Дружба в наше время неизбежна, это явление, которое просочилось к нам из Внешнего мира уже давно. Тебе ничего не грозит. Вы ведь сражались в лабиринте? И она не хотела причинять тебе вреда.
— Как видите, — ответила Кеель, — моя больничная пижама говорит лучше меня.
— Если бы она хотела причинить тебе вред, ты бы не стояла здесь сейчас. Скажи, она ведь применяла не только тёмную и стихийную магию? В лабиринте, на уроках, на тренировках… К изначальной энергии примешивалось ещё что-то, противоположное, может быть, даже напоминающее Свет…
Девушка выглядела очень удивлённой.
— Такого не было! Никогда!
— Я сказал, что тебе не причинят вреда, — голос Эндариана стал совсем тихим, — если ты будешь говорить правду.
— Но это была только наша магия, клянусь! Если я лгу, пусть пустота разобьёт моё тело на осколки, а сущность мою поглотит адское пламя, пусть оно…
— Довольно. Допустим, ты не врёшь, хотя всё это очень удивительно.
Первый Советник наконец повернулся к девушке и неожиданно протянул ладони к своей серебряной маске. Та с лёгким стуком упала ему под ноги. На Кеель смотрел демон лет четырёхсот, с начавшими седеть густыми волосами, с глубокими морщинами на лбу и пустым, холодным взглядом чёрных глаз.
— Многие считают безымянных ни на что не способными. Если демон прошёл Стирание, говорят они, то он — отброс общества, от рождения наделённый не более чем жалкими задатками силы. Тот, кого ничего не ждёт, и которого можно не опасаться. Поверь мне, девочка, это не всегда так… Ты держишь голову прямо, ты храбришься, но я ясно вижу твой страх. Окажись я на твоём месте, возможно, я боялся бы не меньше тебя, ибо в своё время я тоже был безымянным.
— Вы учились в Школе? — выдавила Кеель.
— Да, как и всякий, прошедший Стирание. Учился, участвовал в Играх, стал первым, выполнил задание и вернулся, потому что почувствовал в себе настоящую силу, которую так и не смог заглушить серый Внешний мир. Опасен каждый от нас, и более всего — тот, от которого ничего не ждут…
Эндариан приблизился к девушке почти вплотную. Та пыталась отвести взгляд, но у неё ничего не выходило.
— Сто лет назад Мефистофия убила своего друга. Хаос наградил её за этот дар, дав ей новую, опасную для неё самой силу… она не могла забыть об этом, даже если ей очень этого хотелось, ведь это стало частью её. Ты знаешь об этом? Ведь она рассказывала тебе?
— Нет, ничего! Мы с ней тогда даже не общались, а потом… разве у меня хватило бы смелости спросить… Клянусь, мне она ничего не говорила…
Её глаза встретились с бездонными зрачками демона. Не несколько мгновений оба, девушка и Советник, застыли подобно каменным статуям. Но этот поединок не нёс в себе ничего, даже отдалённо похожего на равенство сторон. Губы девушки дрожали, в глазах показались кровавые слёзы, однако она так и не смогла опустить взгляд, пока Эндариан не отпустил её. Окончательно ослабев, Кеель упала к его ногам.
— Даррелл! — резко приказал Первый Советник. — Найдите в Огненной башне девушку по имени Диала. Доставьте её сюда, вероятнее всего, она — та, что нужна нам.
— Давно бы доставили, — отозвался Второй, — но её в башне нет. Иначе она тоже стояла бы перед вами. Её нет ни в Триаде, ни в Школе — сбежала, как и комендант.
— Отыскать, — прервал его Эндариан. — Девчонку — в подземелья, она ещё может пригодиться. Передай остальным, что они могут вернуться в Тронный зал…
Он снова отвернулся к окну и одной рукой отодвинул тяжёлые шторы. Провожая взглядом серые хлопья, танцевавшие за окном, он будто бы совсем забыл о происходящем — до тех пор, пока почтительное покашливание за спиной не заставило его оторваться.
— Господин Эндариан, Совет хотел бы кое-что прояснить.
Семеро стояли перед ним полукругом, Даррелл — в отдалении, делал вид, что вовсе ни при чём. Интересно. Что заставило их назвать его, Первого из Советников, по имени? Неужели всё настолько серьёзно, чтобы пренебречь вековым этикетом аристократов Тьмы?
— Вы отослали нас, когда беседовали с арестованной. Вы не удостоили нас ни одним доказательством того, что всё, что мы делаем — ради наказания истинных виновников происходящего. Вы просто приказали — и мы поверили вам, как верили долгие двести лет, как велит нам верить наш долг.
— Как тебя зовут? — негромко спросил Эндариан, как только Стервятники покинули зал.
— Кеель, — хмуро ответила девушка. Она не выглядела напуганной, скорее, уставшей, и разглядывала окружавшее её убранство даже с некоторым любопытством. Первый Советник встал, спустился с возвышения и подошёл к окну, точно больше всего его занимали тяжёлые бархатные шторы.
— Ты хорошо знала Мефистофию?
— Я с ней знакома.
— Не надо преуменьшать. Дружба в наше время неизбежна, это явление, которое просочилось к нам из Внешнего мира уже давно. Тебе ничего не грозит. Вы ведь сражались в лабиринте? И она не хотела причинять тебе вреда.
— Как видите, — ответила Кеель, — моя больничная пижама говорит лучше меня.
— Если бы она хотела причинить тебе вред, ты бы не стояла здесь сейчас. Скажи, она ведь применяла не только тёмную и стихийную магию? В лабиринте, на уроках, на тренировках… К изначальной энергии примешивалось ещё что-то, противоположное, может быть, даже напоминающее Свет…
Девушка выглядела очень удивлённой.
— Такого не было! Никогда!
— Я сказал, что тебе не причинят вреда, — голос Эндариана стал совсем тихим, — если ты будешь говорить правду.
— Но это была только наша магия, клянусь! Если я лгу, пусть пустота разобьёт моё тело на осколки, а сущность мою поглотит адское пламя, пусть оно…
— Довольно. Допустим, ты не врёшь, хотя всё это очень удивительно.
Первый Советник наконец повернулся к девушке и неожиданно протянул ладони к своей серебряной маске. Та с лёгким стуком упала ему под ноги. На Кеель смотрел демон лет четырёхсот, с начавшими седеть густыми волосами, с глубокими морщинами на лбу и пустым, холодным взглядом чёрных глаз.
— Многие считают безымянных ни на что не способными. Если демон прошёл Стирание, говорят они, то он — отброс общества, от рождения наделённый не более чем жалкими задатками силы. Тот, кого ничего не ждёт, и которого можно не опасаться. Поверь мне, девочка, это не всегда так… Ты держишь голову прямо, ты храбришься, но я ясно вижу твой страх. Окажись я на твоём месте, возможно, я боялся бы не меньше тебя, ибо в своё время я тоже был безымянным.
— Вы учились в Школе? — выдавила Кеель.
— Да, как и всякий, прошедший Стирание. Учился, участвовал в Играх, стал первым, выполнил задание и вернулся, потому что почувствовал в себе настоящую силу, которую так и не смог заглушить серый Внешний мир. Опасен каждый от нас, и более всего — тот, от которого ничего не ждут…
Эндариан приблизился к девушке почти вплотную. Та пыталась отвести взгляд, но у неё ничего не выходило.
— Сто лет назад Мефистофия убила своего друга. Хаос наградил её за этот дар, дав ей новую, опасную для неё самой силу… она не могла забыть об этом, даже если ей очень этого хотелось, ведь это стало частью её. Ты знаешь об этом? Ведь она рассказывала тебе?
— Нет, ничего! Мы с ней тогда даже не общались, а потом… разве у меня хватило бы смелости спросить… Клянусь, мне она ничего не говорила…
Её глаза встретились с бездонными зрачками демона. Не несколько мгновений оба, девушка и Советник, застыли подобно каменным статуям. Но этот поединок не нёс в себе ничего, даже отдалённо похожего на равенство сторон. Губы девушки дрожали, в глазах показались кровавые слёзы, однако она так и не смогла опустить взгляд, пока Эндариан не отпустил её. Окончательно ослабев, Кеель упала к его ногам.
— Даррелл! — резко приказал Первый Советник. — Найдите в Огненной башне девушку по имени Диала. Доставьте её сюда, вероятнее всего, она — та, что нужна нам.
— Давно бы доставили, — отозвался Второй, — но её в башне нет. Иначе она тоже стояла бы перед вами. Её нет ни в Триаде, ни в Школе — сбежала, как и комендант.
— Отыскать, — прервал его Эндариан. — Девчонку — в подземелья, она ещё может пригодиться. Передай остальным, что они могут вернуться в Тронный зал…
Он снова отвернулся к окну и одной рукой отодвинул тяжёлые шторы. Провожая взглядом серые хлопья, танцевавшие за окном, он будто бы совсем забыл о происходящем — до тех пор, пока почтительное покашливание за спиной не заставило его оторваться.
— Господин Эндариан, Совет хотел бы кое-что прояснить.
Семеро стояли перед ним полукругом, Даррелл — в отдалении, делал вид, что вовсе ни при чём. Интересно. Что заставило их назвать его, Первого из Советников, по имени? Неужели всё настолько серьёзно, чтобы пренебречь вековым этикетом аристократов Тьмы?
— Вы отослали нас, когда беседовали с арестованной. Вы не удостоили нас ни одним доказательством того, что всё, что мы делаем — ради наказания истинных виновников происходящего. Вы просто приказали — и мы поверили вам, как верили долгие двести лет, как велит нам верить наш долг.
Страница 120 из 160
