Демон-хранитель

— На кого ставим? — тем временем серьёзно спросил Арен. Мальчик задумался и важно изрёк:

— На Диалу ставлю! Это ведь она, да? — спросил он, показав на меня пальцем. Арен расхохотался, а я, подавив искушение дать мальчишке подзатыльник, чтоб не путал кислое с пресным, строго ответила:

— Не угадал! А теперь иди к себе в комнату, нарисуй мой портрет, подпиши крупными буквами «ФЕСТА» и повесь себе на стену!

— А, так ты Феста, да? Я слышал, ты сильная! Я на тебя поставлю, — не смутился паренёк и протянул букмекеру деньги. Я заглянула через плечо и увидела, что сумма, мягко говоря, небольшая — всего пятнадцать дартов. Но даже и это мне польстило.

— О, Феста, на тебя уже пять к одному! — удивился букмекер, делая запись в своей таблице. — У тебя неплохая репутация!

— Я тоже так думаю. Я народу доверяю. Поставлю-ка тоже, пожалуй, — мило улыбнулась я, протягивая парню мешочек. Тот машинально принял его, не развязывая, и уточнил:

— На кого ставишь-то? На темнобашников, на Корнела, на Ди… кгхм… ну да…

— На себя, — уверенно сказала я, не без удовлетворения наблюдая за отвисшей челюстью букмекера.

— Да ладно? — наконец пришёл в себя демон. — Никогда ещё не видел, чтобы ставили на самих себя! Честно говоря, это не только самонадеянно, но и… глупо, что ли. Если ты одерживаешь победу в Играх — тебе и так не нужны деньги, ты же уходишь из Даймонеса! Не лучше ли поставить на кого-то из соперников? Если что, в накладе хотя бы не останешься. Многие так делают.

— Если я проиграю, мне будет всё равно. Я не должна проиграть.

— Ну как скажешь… Ого! — Арен присвистнул, — Да тут целая куча денег! Тридцать… пятьдесят… сто дартов! Ты что, все свои сбережения принесла?

— Не все, но много.

— Ну и дела… Так, ставь тут свою подпись. Видишь руну в углу? Руна истинного договора. Всё честно, фирма веников не вяжет.

— Вижу.

Когда я расписалась в указанном месте и отошла от столика Арена, который как ни в чём ни бывало откашлялся и продолжил зазывать всех к своему тотализатору, то тут же наткнулась на Диалу, которая уютно устроилась в мягком кресле у камина. Светящиеся багровые узоры, покрывавшие полукруг над камином, и тихо тлевшие угли отражались в её карих глазах алыми огоньками.

— Браво, — насмешливо сказала Диала, — Иногда, признаться, я даже завидую твоей непрактичности. С таким пренебрежением разбрасываться деньгами… Не учись ты в Школе, я бы подумала, что у тебя очень богатая семья, если ты можешь бросать деньги на ветер.

Я подошла к ней и села в соседнее кресло.

— Не беспокойся. Я останусь и при победе, и при деньгах. А ты на кого-нибудь ставила?

— Не на тебя, не надейся. На Корнела. Он очень сильно повысил свой уровень в последнее время, тебе не кажется? Не говоря уже о том, какая у него внешность… Мне будет так жаль, если он или я покинем Даймонес и больше не увидимся… Хотя, вполне вероятно, мы уйдём из этой дыры вместе. Ведь в этом году два победителя.

— Да что ты говоришь? — уязвлённо сказала я. — Давно ли ты предлагала убить его за его подставы и махинации?

— Хочешь сказать, тебе он не нравится?

Я ощутила, как кровь бросилась мне в лицо.

— Конечно, нет! Видеть его не могу! Редкостный подлец! Ходит по Школе так, как будто свои владения осматривает! А лицо такое надменное, холодное-холодное, ничего не прочтёшь, ни одной его мысли, ни одного злобного замысла…

— Ты просто не видишь то, что хочешь видеть, вот и всё. Тебя используют, а ты ведёшься, как девчонка.

Я вспылила:

— Кто бы говорил! Сама-то, прохлопала свою змею и даже ничего не заметила!

— Я хотя бы Корнелу ничего не должна… Да ладно. На самом деле я шучу, он меня тоже ужасно раздражает. Если на Играх ваши с ним дорожки пересекутся — я помогу тебе с ним разобраться, — снисходительно бросила бывшая подруга.

— А потом?

Диала не ответила.

Я смотрела на её лицо и ощущала, что Диала чувствует то же самое, что и я. Храбрится, иронизирует, ненавидит, — и вместе с тем отчаянно борется с непослушным чувством.

Мои размышления прервал гулкий удар колокола. Это был сигнал на обед.

Направляясь к главной лестнице, я встретила Кеель и Люциферу. Обе девушки беззаботно болтали. Кеель прошептала что-то на ухо Люське. Люська фыркнула, и обе расхохотались. Мне же вдруг представилось, как в лабиринте Игр приятельницы сражаются за победу, швыряясь энергетическими зарядами, ослепляя, оглушая и планомерно уничтожая друг друга… Мне стало нехорошо от одной мысли об этом.

— Привет, Феста! — крикнула Кеель. — Ты слышала, к нам кое-кто приезжает?

— Кто?

— Да опять кто-то из Совета. А ты думаешь, просто так занятия в Школе отменили?

— Опять им от нас что-то нужно…

Мы подошли к лестничному пролёту и, влившись в поток спешащих на обед, начали спускаться на первый этаж.