Фандом: Ориджиналы. Чтобы попасть в мир людей, юному демону предстоит пройти долгий путь. Трудное и нудное обучение в Школе, затем служение в Тёмной Канцелярии, начинающееся с самых низов. Затем долгие препирательства с бюрократами, подача заявки на предмет внешнеинтеграции Совету Девяти, прохождение отбора… Целые сотни лет проходят в этом долгом карьерном пути, который к тому же может и вовсе не увенчаться успехом…
586 мин, 27 сек 23011
На самом деле никаких связей, разумеется, не было. Но когда ты — демон, для тебя всегда и повсюду день открытых дверей.
День шёл за днём. Катя, измученная ночными кошмарами и моими коварными приглашениями то в парк, то в кино, отвлекавшими её от уроков, делалась нервной и раздражительной. Мне оставалось только направить её раздражение в нужное русло. И отчасти мне это удавалось — одна несделанная работа по биологии следовала за другой. После того, как раствор серной кислоты, пролившийся прямо на парту, испортил ей единственный форменный пиджак, на контрольной работе из головы (совершенно неожиданно, разумеется!) вылетели все формулы, а учительница начала спрашивать её каждый урок, химия как предмет также утратила для неё привлекательность. Тетради лежали в ящиках стола. Склянки с веществами грустно пылились на стеклянных полках.
Я начала думать, что моё задание близко к своему завершению. Прошло всего лишь чуть больше недели, а каков результат! Ещё месяц, и Катя окончательно забросит все мысли о карьере учёного.
Мне же учёба в школе Лишённых неудобств не доставляла. Все нужные решения и ответы мгновенно говорило мне Воспоминание, а некоторые предметы и вовсе были мне уже знакомы, например, география и история.
Проблемы иногда возникали разве что с историей, потому что в Даймонесе мы изучали историю Внешнего мира в целом, а тут надо было знать именно историю России. Иногда меня и вовсе заклинивало, и…
В общем, однажды на уроке истории Николай Владимирович, высокий, словно вытянутый, чем-то похожий на кузнечика историк рассказывал нам о событиях перед Первой мировой войной. Я в это время, забывшись, рисовала в тетради саламандру.
— Мдэ… будем говорить, это событие серьёзно повлияло на международную политику… что произошло потом, вы все… мдэ… знаете. Итак, из-за чего началась Первая мировая война в классическом понимании? Местникова!
Хвост у огненной ящерицы выходил каким-то надломанным. А тут на голове были ещё пара шипов…
— Варвара, вы слушаете меня?
У историка была отвратительная привычка называть всех на «вы». Он всегда обращался к ученикам высокопарно и как-то брезгливо, как Советник к чёртам-слугам.
— Угу? — полувопросительно отозвалась я, прикрыв тетрадь ладонью.
— Повторяю вопрос. Из-за чего началась Первая мировая война?
Воспоминание услужливо полыхнуло у меня на пальце, но ответ на вопрос возник в моей голове мгновением раньше. Многодневная зубрёжка и доведённые до автоматизма ассоциации вопроса с ответом уже сделали своё дело.
— Первый Советник Донетриус Андрел тайно заключил обменно-силовой договор с эстами, среди которых оказался предатель; Совет Девяти узнал об этом, и…
Зловещая тишина подсказала мне, что что-то я делаю не так. Даже болтуны на задних партах перестали шептаться. Сбоку послышались нервные смешки.
— Прошу прощения? — ледяным тоном произнёс учитель.
И только тут я вспомнила, где нахожусь и какую глупость только что сморозила. Мне захотелось откусить свой глупый язык, чтобы больше не выдавал меня.
— Извините… я задумалась.
— О чём?
— Я просто читала недавно книгу, и… ну, в общем… запуталась… — впервые я покраснела, отвечая на вопросы Лишённого.
Не дав Николаю Владимировичу опомниться, я отбарабанила правильный ответ, который прошептало мне кольцо, и опустила голову, уткнувшись в свои каракули на тетрадных полях.
После звонка ко мне сразу же подскочил Влад, длинноногий, взъерошенный, как искупавшийся в луже воробей, под стать своей фамилии — Воробьёв. Его бойкость и достаточно нахальная манера общения одновременно и нравились мне, и слегка раздражали. Не терплю, когда какой-то Лишённый ухитряется быть заметнее меня и привлекать внимание без исключения всех вокруг.
— Варенька, ну ты даёшь! Это какой же книгой так надо зачитаться, э?
— Ты читаешь фэнтези? — басом пробурчал другой мой одноклассник по прозвищу Саныч, типичный качок с нетипичной склонностью к фэнтези — фильмам, книгам, компьютерным играм. Насколько я сумела понять, помимо спорта, это было единственным его увлечением.
— Читаю, — согласилась я, чтобы не вызвать дополнительных вопросов. Но вышло только хуже.
— Ух ты! Круто! — искренне восхитился Саныч, — А я никогда не слышал о таких книжках! Ну там, Совет Девяти и всё такое… дашь почитать?
— Не советую, Саныч! — захохотал Влад, — Эта книжка наверняка разрушит твою хрупкую детскую психику!
Обладатель хрупкой детской психики не обратил на его слова никакого внимания. Пришлось врать дальше.
— Нет, у меня её нет. Вернула знакомой.
— Хоть название скажи, а? — жалобно пробасил Саныч. В его маленьких глазах читалась тоска по великому и магическому печатному слову.
— Отстань, — огрызнулась я. — Катя! Катька! Ты куда запропастилась? Они сейчас меня съедят!
— Как ты там говорила? Совет Девяти? — неожиданно переспросил Воробьёв, наклоняясь надо мной. — Кто это?
День шёл за днём. Катя, измученная ночными кошмарами и моими коварными приглашениями то в парк, то в кино, отвлекавшими её от уроков, делалась нервной и раздражительной. Мне оставалось только направить её раздражение в нужное русло. И отчасти мне это удавалось — одна несделанная работа по биологии следовала за другой. После того, как раствор серной кислоты, пролившийся прямо на парту, испортил ей единственный форменный пиджак, на контрольной работе из головы (совершенно неожиданно, разумеется!) вылетели все формулы, а учительница начала спрашивать её каждый урок, химия как предмет также утратила для неё привлекательность. Тетради лежали в ящиках стола. Склянки с веществами грустно пылились на стеклянных полках.
Я начала думать, что моё задание близко к своему завершению. Прошло всего лишь чуть больше недели, а каков результат! Ещё месяц, и Катя окончательно забросит все мысли о карьере учёного.
Мне же учёба в школе Лишённых неудобств не доставляла. Все нужные решения и ответы мгновенно говорило мне Воспоминание, а некоторые предметы и вовсе были мне уже знакомы, например, география и история.
Проблемы иногда возникали разве что с историей, потому что в Даймонесе мы изучали историю Внешнего мира в целом, а тут надо было знать именно историю России. Иногда меня и вовсе заклинивало, и…
В общем, однажды на уроке истории Николай Владимирович, высокий, словно вытянутый, чем-то похожий на кузнечика историк рассказывал нам о событиях перед Первой мировой войной. Я в это время, забывшись, рисовала в тетради саламандру.
— Мдэ… будем говорить, это событие серьёзно повлияло на международную политику… что произошло потом, вы все… мдэ… знаете. Итак, из-за чего началась Первая мировая война в классическом понимании? Местникова!
Хвост у огненной ящерицы выходил каким-то надломанным. А тут на голове были ещё пара шипов…
— Варвара, вы слушаете меня?
У историка была отвратительная привычка называть всех на «вы». Он всегда обращался к ученикам высокопарно и как-то брезгливо, как Советник к чёртам-слугам.
— Угу? — полувопросительно отозвалась я, прикрыв тетрадь ладонью.
— Повторяю вопрос. Из-за чего началась Первая мировая война?
Воспоминание услужливо полыхнуло у меня на пальце, но ответ на вопрос возник в моей голове мгновением раньше. Многодневная зубрёжка и доведённые до автоматизма ассоциации вопроса с ответом уже сделали своё дело.
— Первый Советник Донетриус Андрел тайно заключил обменно-силовой договор с эстами, среди которых оказался предатель; Совет Девяти узнал об этом, и…
Зловещая тишина подсказала мне, что что-то я делаю не так. Даже болтуны на задних партах перестали шептаться. Сбоку послышались нервные смешки.
— Прошу прощения? — ледяным тоном произнёс учитель.
И только тут я вспомнила, где нахожусь и какую глупость только что сморозила. Мне захотелось откусить свой глупый язык, чтобы больше не выдавал меня.
— Извините… я задумалась.
— О чём?
— Я просто читала недавно книгу, и… ну, в общем… запуталась… — впервые я покраснела, отвечая на вопросы Лишённого.
Не дав Николаю Владимировичу опомниться, я отбарабанила правильный ответ, который прошептало мне кольцо, и опустила голову, уткнувшись в свои каракули на тетрадных полях.
После звонка ко мне сразу же подскочил Влад, длинноногий, взъерошенный, как искупавшийся в луже воробей, под стать своей фамилии — Воробьёв. Его бойкость и достаточно нахальная манера общения одновременно и нравились мне, и слегка раздражали. Не терплю, когда какой-то Лишённый ухитряется быть заметнее меня и привлекать внимание без исключения всех вокруг.
— Варенька, ну ты даёшь! Это какой же книгой так надо зачитаться, э?
— Ты читаешь фэнтези? — басом пробурчал другой мой одноклассник по прозвищу Саныч, типичный качок с нетипичной склонностью к фэнтези — фильмам, книгам, компьютерным играм. Насколько я сумела понять, помимо спорта, это было единственным его увлечением.
— Читаю, — согласилась я, чтобы не вызвать дополнительных вопросов. Но вышло только хуже.
— Ух ты! Круто! — искренне восхитился Саныч, — А я никогда не слышал о таких книжках! Ну там, Совет Девяти и всё такое… дашь почитать?
— Не советую, Саныч! — захохотал Влад, — Эта книжка наверняка разрушит твою хрупкую детскую психику!
Обладатель хрупкой детской психики не обратил на его слова никакого внимания. Пришлось врать дальше.
— Нет, у меня её нет. Вернула знакомой.
— Хоть название скажи, а? — жалобно пробасил Саныч. В его маленьких глазах читалась тоска по великому и магическому печатному слову.
— Отстань, — огрызнулась я. — Катя! Катька! Ты куда запропастилась? Они сейчас меня съедят!
— Как ты там говорила? Совет Девяти? — неожиданно переспросил Воробьёв, наклоняясь надо мной. — Кто это?
Страница 89 из 160
