Десять

Безликий остановился неожиданно. Смрад гнили и жужжание мух раздавались повсюду. Зрелище оказалось каким-то адским безумством. Расчлененные, изуродованные тела крепились на деревьях, что росли по кругу, словно арена. И в центре этой «поляны» и находилась Карла, которую все еще крепко держал Слендер.

— Смотри! — рычало безжалостное существо, вонзившись острыми когтями в лицо девочки, не позволяя закрывать глаза.

Изувеченные туши, обнаженные и в драных тряпках, выпотрошенные и разорванные на кусочки. Они располагались на тяжелых ветках хвойных деревьев, будто самые настоящие украшения. Карла кричала. Плакала. Желчь острым комком разрывала тонкое горлышко, грозясь заполнить рот и вырваться наружу. Безликий вдруг отошел, избавив девочку от хватки и позволяя ей упасть. Вопль в ее голове умножался, создавая единый невыносимый гул. Из ушей уже давно текли ручейки крови, а с губ стекала рвота.

— Смотри, тварь! — его грубый крик казался более оглушающим, чем звуковая иллюзия. — Я заводил их сюда! Я их собирал! Обманывал и гипнотизировал! Смотри!

— Почему…

Рык, словно громовой разряд, разнесся по округе, заставляя вмиг освободить разум малышки от ее же крика. От любого звука. Насовсем. Монстр скрутил руками ее шею, сдавливая и шипя.

— Потому, что вы, люди, насмехаетесь над тем, что нужно избегать в страхе, — ответил он на ее вопрос, когда голова Карлы безвольно болталась на скупом лоскуте кожи.

Легенды никогда не рождаются с пустых слов. Легенды сплетаются из одной ниточки, которую постепенно докручивают суеверные жители. Мудрые сторонятся легенд, а глупые — измываются, шутят. Безликий Ужас, Хранитель Леса всегда слышит их. Он наблюдает и делает все, чтобы его история поддерживала тот огонек страха в сердцах горожан. Он не позволит осквернить свою легенду.

Никому.