Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фанфику «Моя семья и другие животные».Сборник детективных драбблов.После окончания войны с Волдемортом профессор Снейп кардинально меняет профессию…
160 мин, 8 сек 21688
— Они никогда не станут нашими конкурентами, сэр! — возразила я. — Люди сначала идут к нам, а только потом к ним. Если мы им отказываем. Потому что у нас слишком много дел в разработке, сэр, а эти детективы помогают нам, снимая часть бремени. Меньшую часть, сэр.
— Это хорошая мысль, Поттер, очень хорошая, — сказал мой начальник, светлея лицом.
— Разрешите продолжить, сэр? Эти детективы — всего лишь два человека. Куда им сравняться с нашими возможностями, с нашими объемами! У нас семь отделов и вероятность мгновенного реагирования, контроля, розыска по всей Британии. Разве им доступны наши масштабы, сэр? И потом, они берут на себя самые легкие дела. Кражи, мошенничества … Как раз работа для мелких детективов. Им не взять на себя убийства — никогда, сэр!
— Верно, Поттер! — обрадовался капитан. — Убийства мы им не отдадим. Кто же в здравом уме пойдет с убийством к частным детективам? Они несерьезные люди, Поттер, ты права!
Мы не знали, что именно в этот момент к старшему инспектору Фоссету пришла городская сумасшедшая — ну, у каждой полиции мира есть такая сумасшедшая, вы же понимаете, — и заявила, что гадалка предсказала ей, будто бы ее убьют через три дня, и она требует от авроров немедленно найти убийцу.
Инспектор Булль с трудом от нее отделался.
Догадайтесь с трех раз, куда она пошла дальше?
Профессор Снейп внимательно посмотрел на нервную посетительницу, которая болтала без умолку и истискала подлокотники своего кресла.
Профессор уже предложил ей фирменный успокаивающий чай с мелиссой, который намного улучшил обстановку, но эта дама была не из простых. Для ее успокоения потребовалось бы целое ведро чая.
— … и эти авроры — болваны, нечуткие бабуины! Они выгнали меня и высмеяли! Они даже не стали меня слушать! Я им говорю: речь идет об убийстве, как можно над этим смеяться, а они…
— Они остались за порогом нашего агентства, и пусть их поведение пребудет на их совести. А вы здесь, миссис Робсон, и здесь никто не станет смеяться над вами. Вы правильно сделали, что пришли сюда.
— Я им говорю: это дело решенное, это предсказала мисс Вертикаль — она великая гадалка, ее пророчества всегда сбываются! Сотни людей это могут подтвердить, у Вертикали есть двести постоянных клиентов. Она мне всегда говорила правду. Всегда — и вот я прихожу к ней сегодня… Она смотрит на меня… Раскладывает карты — и я сразу поняла, что будет нечто ужасное, я это ощутила! Я просто почувствовала, что так и будет, и тут она говорит: дорогая, у вас пиковый туз на сердце! Это значит смерть! Скорая смерть! А в сочетании с теми пиковыми валетами — это убийство. Вы умрете через три дня. И когда она сказала это, она сама заплакала.
— Не расстраивайтесь. Рассказывайте дальше, а мы найдем предполагаемого убийцу и предотвратим преступление. Три дня, миссис Робсон, — это вполне достаточный срок, чтобы разобраться в деле. Вы правильно сделали, что не стали терять время и пришли сюда. Вы пришли вовремя.
— Вы меня так успокоили, — всхлипнула клиентка.
— Расскажите мне всё.
— Наконец-то меня кто-то выслушает! Эти гамадрилы в форме, они только ржали и посоветовали напоследок не тратить деньги на всяких шарлатанов и не морочить голову их предсказаниями!
— Они абсолютно не правы! — вставила Луна. — Прорицание — очень серьезная наука. Только невежды могут относиться к ней пренебрежительно. Это самая перспективная и малоизученная ветвь теории магии, как я считаю.
— Мисс Лагвуд! — взвизгнула посетительница. — Конечно же, мисс Лавгуд! Вы дочь издателя «Придиры»! О, наконец-то я пришла по адресу. Теперь я спокойна.
— В «Придире» было много статей по изучению прорицаний, — подтвердила Луна.
— «Придира» — мой любимый журнал. Единственный нормальный научный журнал в нашей стране! — горячо сказала миссис Робсон. — Я ваша постоянная подписчица, не пропускаю ни одного номера! О, теперь я понимаю, что вы к моему делу отнесетесь внимательно.
— Любой человек, считающий, что его хотят убить, заслуживает внимания, — проворчал Снейп.
Тут я должна сделать пояснение…
Я не удивилась, что профессор Снейп принял клиентку и заверил, что доверяет ее россказням — он и Волдеморта заверял, что обожает его, он вообще способен заверить кого угодно в чем угодно. Если бы я так умела…
Но я отказывалась верить, что он серьезно займется ее делом.
Делом о предсказании гадалки!
Профессор Снейп как никто ненавидел гадалок. С детства. Когда ему было двадцать лет, одна гадалка предсказала в его присутствии кое-что, что испортило ему жизнь, и с тех пор профессор не выносил самое это слово. В его присутствии упоминать гадалок приравнивалось к личному оскорблению.
Я уверена, что профессор спал и видел, как он отравит всех гадалок на свете и останется при мнении, что сделал благое дело. Мир без гадалок будет лучше!
Иногда я и сама так считаю.
И если я в чем-то уверена, так это в том, что все гадалки — шарлатанки, по которым плачет Азкабан и которые вытягивают деньги у таких доверчивых ослов, как миссис Робсон.
— Это хорошая мысль, Поттер, очень хорошая, — сказал мой начальник, светлея лицом.
— Разрешите продолжить, сэр? Эти детективы — всего лишь два человека. Куда им сравняться с нашими возможностями, с нашими объемами! У нас семь отделов и вероятность мгновенного реагирования, контроля, розыска по всей Британии. Разве им доступны наши масштабы, сэр? И потом, они берут на себя самые легкие дела. Кражи, мошенничества … Как раз работа для мелких детективов. Им не взять на себя убийства — никогда, сэр!
— Верно, Поттер! — обрадовался капитан. — Убийства мы им не отдадим. Кто же в здравом уме пойдет с убийством к частным детективам? Они несерьезные люди, Поттер, ты права!
Мы не знали, что именно в этот момент к старшему инспектору Фоссету пришла городская сумасшедшая — ну, у каждой полиции мира есть такая сумасшедшая, вы же понимаете, — и заявила, что гадалка предсказала ей, будто бы ее убьют через три дня, и она требует от авроров немедленно найти убийцу.
Инспектор Булль с трудом от нее отделался.
Догадайтесь с трех раз, куда она пошла дальше?
Профессор Снейп внимательно посмотрел на нервную посетительницу, которая болтала без умолку и истискала подлокотники своего кресла.
Профессор уже предложил ей фирменный успокаивающий чай с мелиссой, который намного улучшил обстановку, но эта дама была не из простых. Для ее успокоения потребовалось бы целое ведро чая.
— … и эти авроры — болваны, нечуткие бабуины! Они выгнали меня и высмеяли! Они даже не стали меня слушать! Я им говорю: речь идет об убийстве, как можно над этим смеяться, а они…
— Они остались за порогом нашего агентства, и пусть их поведение пребудет на их совести. А вы здесь, миссис Робсон, и здесь никто не станет смеяться над вами. Вы правильно сделали, что пришли сюда.
— Я им говорю: это дело решенное, это предсказала мисс Вертикаль — она великая гадалка, ее пророчества всегда сбываются! Сотни людей это могут подтвердить, у Вертикали есть двести постоянных клиентов. Она мне всегда говорила правду. Всегда — и вот я прихожу к ней сегодня… Она смотрит на меня… Раскладывает карты — и я сразу поняла, что будет нечто ужасное, я это ощутила! Я просто почувствовала, что так и будет, и тут она говорит: дорогая, у вас пиковый туз на сердце! Это значит смерть! Скорая смерть! А в сочетании с теми пиковыми валетами — это убийство. Вы умрете через три дня. И когда она сказала это, она сама заплакала.
— Не расстраивайтесь. Рассказывайте дальше, а мы найдем предполагаемого убийцу и предотвратим преступление. Три дня, миссис Робсон, — это вполне достаточный срок, чтобы разобраться в деле. Вы правильно сделали, что не стали терять время и пришли сюда. Вы пришли вовремя.
— Вы меня так успокоили, — всхлипнула клиентка.
— Расскажите мне всё.
— Наконец-то меня кто-то выслушает! Эти гамадрилы в форме, они только ржали и посоветовали напоследок не тратить деньги на всяких шарлатанов и не морочить голову их предсказаниями!
— Они абсолютно не правы! — вставила Луна. — Прорицание — очень серьезная наука. Только невежды могут относиться к ней пренебрежительно. Это самая перспективная и малоизученная ветвь теории магии, как я считаю.
— Мисс Лагвуд! — взвизгнула посетительница. — Конечно же, мисс Лавгуд! Вы дочь издателя «Придиры»! О, наконец-то я пришла по адресу. Теперь я спокойна.
— В «Придире» было много статей по изучению прорицаний, — подтвердила Луна.
— «Придира» — мой любимый журнал. Единственный нормальный научный журнал в нашей стране! — горячо сказала миссис Робсон. — Я ваша постоянная подписчица, не пропускаю ни одного номера! О, теперь я понимаю, что вы к моему делу отнесетесь внимательно.
— Любой человек, считающий, что его хотят убить, заслуживает внимания, — проворчал Снейп.
Тут я должна сделать пояснение…
Я не удивилась, что профессор Снейп принял клиентку и заверил, что доверяет ее россказням — он и Волдеморта заверял, что обожает его, он вообще способен заверить кого угодно в чем угодно. Если бы я так умела…
Но я отказывалась верить, что он серьезно займется ее делом.
Делом о предсказании гадалки!
Профессор Снейп как никто ненавидел гадалок. С детства. Когда ему было двадцать лет, одна гадалка предсказала в его присутствии кое-что, что испортило ему жизнь, и с тех пор профессор не выносил самое это слово. В его присутствии упоминать гадалок приравнивалось к личному оскорблению.
Я уверена, что профессор спал и видел, как он отравит всех гадалок на свете и останется при мнении, что сделал благое дело. Мир без гадалок будет лучше!
Иногда я и сама так считаю.
И если я в чем-то уверена, так это в том, что все гадалки — шарлатанки, по которым плачет Азкабан и которые вытягивают деньги у таких доверчивых ослов, как миссис Робсон.
Страница 21 из 44
