Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фанфику «Моя семья и другие животные».Сборник детективных драбблов.После окончания войны с Волдемортом профессор Снейп кардинально меняет профессию…
160 мин, 8 сек 21705
Я думаю, что он предложил напоследок подстраховаться от возможного предательства и уговорил подельников дать Непреложный обет никому и никогда не называть место их тайных встреч. Ущелье Хромого в Грампианских горах — чей язык растреплет это, то пусть будут последние слова не в меру трепучего языка!
Разбойники согласились. Они привыкли доверять своему атаману — ведь то был Октавиус Грант?
Но как только они принесли Обет, кто-то выхватил палочку и поразил их всех заклятием Забвения.
Тем самым подписав им всем смертный приговор. Они вышли из Ущелья, не помня, зачем они собрались здесь, о чем они договорились… Миллион золота достался хитрецу и уверенность, что тайна клада запечатана устами Смерти. Все свидетели преступления будут мертвы в свое время, и смерть их будет выглядеть непонятной, ничем не связанной с истинным убийцей.
— Мой муж был великим человеком, — с вызовом сказала миссис Грант.
— Ваш муж? — Снейп поднял бровь. — Я думаю, что заклятие Забвения произнесли вы. И я думаю, что на этом ваша игра окончена, мадам. Послушайтесь доброго совета: сдавайтесь добровольно…
Ливия Грант спокойно подняла палочку и начла говорить:
— Авада…
— Ступефай! — одновременно ответили Снейп и Луна.
Луна направилась ко входной двери, где всю ночь ждал отряд авроров из убойного отдела, а Снейп укорил замершую миссис Грант:
— Мадам, я же предупреждал…
Когда Ливию Грант уводили, она крикнула:
— Но клада вам не найти! Никогда!
— Мы обыскали весь дом и ничего не находим, — подтвердил капитан отряда, мрачно глядя на миссис Грант.
Она захохотала.
— Вы и не найдете, — заметил Снейп. — Я полагаю, что миссис Грант была достаточно умна, чтобы закрыть клад на Фиделиус в своем же сердце. Все остальные, кто знал о кладе, умерли, и миссис Грант осталась единственным Хранителем Тайны. Так что вы могли пройти мимо клада и даже наступить на него, но увидеть его вы не в состоянии.
— Так и есть, вы, стадо болванов! — закричала Ливия Грант. — Вам не найти моего клада!
— Посмотрим, — прошептал Снейп на ухо старшему аврору. — Я думаю, что пора навестить в больнице Калия Гилкреста и поведать последние новости. Калий Гилкрест был одним и посвященных в тайну клада, и теперь он всё вспомнил. Вдруг арест Ливии Грант развяжет ему язык?
С помощью Калия Гилкреста, который поделился секретом без всякой радости.
Я думаю, что его мучило сознание, как некстати эти троллевы авроры вмешались в дело и всё разнюхали. Ведь бедняга был в шаге от того, чтобы стать единственным претендентом на клад после ареста Ливии Грант…
Но клад достался Министерству магии, золото вернулось в банк, а прочее добро — прежним владельцам. И премия за находку клада уплыла в агентство «Лунный свет». О чем язвительный профессор Снейп не преминул уведомить Гилкреста. Пусть радуется мысли, что если бы он был сговорчивее, то мог бы претендовать на процент от клада, положенный за его обнаружение. Но раз Гилкрест молчал как могила, то и премии за болтливость не заслужил.
На что потратило премию агентство Снейпа, я не знаю. Луна шепнула, что они сделали легкий ремонт, и это было очень кстати.
А остаток премии Снейп, как и грозился, употребил на благо особняка Блэков, и теперь на лестнице нашего дома висел большой двойной портрет — Сириус и Регулус.
Регулус всё время молчал и играл снитчем, а Сириус день и ночь лаялся с миссис Блэк, которая была поэтому абсолютно счастлива. Она практически переселилась в новый портрет, чтобы всё время видеть Регулуса и чтобы ругаться с Сириусом было удобнее.
Кричер трижды заливал портрет Сириуса несмываемой гадостью, и если бы Гарри с самого начала не окружил картину Отталкивающими чарами, худо бы его крестному пришлось…
А со Снейпом Сириус не разговаривал вообще. Как только приходил Снейп, Сириус превращался в большую черную собаку и ложился спать. Снейп не уставал восхищаться, каким же Блэк стал умным — и почему он при жизни так себя не вел?
Кстати, пока я пишу эти строки, Сириус и Вальбурга опять ругаются. Она его обзывает беспородным дворнягой, а он ее — старой болонкой. Пожалуй, я сейчас отложу перо и наведу на портреты Немотный сглаз. Еще вчера собиралась это сделать.
И будет тишина… Вот возьму-ка и наложу сглаз на ВСЕ портреты Гриммо! Как будет хорошо.
Нет, вы же не представляете, каково это: постоянно жить в доме, где есть сотня живых портретов. Это Гарри, наивное дитя, думает, что «бедняжка Джинни брошена дома в полном одиночестве» — ха! Когда у тебя за спиной молотят языками сто портретов, об одиночестве можно только мечтать.
Разбойники согласились. Они привыкли доверять своему атаману — ведь то был Октавиус Грант?
Но как только они принесли Обет, кто-то выхватил палочку и поразил их всех заклятием Забвения.
Тем самым подписав им всем смертный приговор. Они вышли из Ущелья, не помня, зачем они собрались здесь, о чем они договорились… Миллион золота достался хитрецу и уверенность, что тайна клада запечатана устами Смерти. Все свидетели преступления будут мертвы в свое время, и смерть их будет выглядеть непонятной, ничем не связанной с истинным убийцей.
— Мой муж был великим человеком, — с вызовом сказала миссис Грант.
— Ваш муж? — Снейп поднял бровь. — Я думаю, что заклятие Забвения произнесли вы. И я думаю, что на этом ваша игра окончена, мадам. Послушайтесь доброго совета: сдавайтесь добровольно…
Ливия Грант спокойно подняла палочку и начла говорить:
— Авада…
— Ступефай! — одновременно ответили Снейп и Луна.
Луна направилась ко входной двери, где всю ночь ждал отряд авроров из убойного отдела, а Снейп укорил замершую миссис Грант:
— Мадам, я же предупреждал…
Когда Ливию Грант уводили, она крикнула:
— Но клада вам не найти! Никогда!
— Мы обыскали весь дом и ничего не находим, — подтвердил капитан отряда, мрачно глядя на миссис Грант.
Она захохотала.
— Вы и не найдете, — заметил Снейп. — Я полагаю, что миссис Грант была достаточно умна, чтобы закрыть клад на Фиделиус в своем же сердце. Все остальные, кто знал о кладе, умерли, и миссис Грант осталась единственным Хранителем Тайны. Так что вы могли пройти мимо клада и даже наступить на него, но увидеть его вы не в состоянии.
— Так и есть, вы, стадо болванов! — закричала Ливия Грант. — Вам не найти моего клада!
— Посмотрим, — прошептал Снейп на ухо старшему аврору. — Я думаю, что пора навестить в больнице Калия Гилкреста и поведать последние новости. Калий Гилкрест был одним и посвященных в тайну клада, и теперь он всё вспомнил. Вдруг арест Ливии Грант развяжет ему язык?
Глава 9. По семейным обстоятельствам
Вдогонку прошлому скажу, что неправедно нажитый клад Грантов мы нашли.С помощью Калия Гилкреста, который поделился секретом без всякой радости.
Я думаю, что его мучило сознание, как некстати эти троллевы авроры вмешались в дело и всё разнюхали. Ведь бедняга был в шаге от того, чтобы стать единственным претендентом на клад после ареста Ливии Грант…
Но клад достался Министерству магии, золото вернулось в банк, а прочее добро — прежним владельцам. И премия за находку клада уплыла в агентство «Лунный свет». О чем язвительный профессор Снейп не преминул уведомить Гилкреста. Пусть радуется мысли, что если бы он был сговорчивее, то мог бы претендовать на процент от клада, положенный за его обнаружение. Но раз Гилкрест молчал как могила, то и премии за болтливость не заслужил.
На что потратило премию агентство Снейпа, я не знаю. Луна шепнула, что они сделали легкий ремонт, и это было очень кстати.
А остаток премии Снейп, как и грозился, употребил на благо особняка Блэков, и теперь на лестнице нашего дома висел большой двойной портрет — Сириус и Регулус.
Регулус всё время молчал и играл снитчем, а Сириус день и ночь лаялся с миссис Блэк, которая была поэтому абсолютно счастлива. Она практически переселилась в новый портрет, чтобы всё время видеть Регулуса и чтобы ругаться с Сириусом было удобнее.
Кричер трижды заливал портрет Сириуса несмываемой гадостью, и если бы Гарри с самого начала не окружил картину Отталкивающими чарами, худо бы его крестному пришлось…
А со Снейпом Сириус не разговаривал вообще. Как только приходил Снейп, Сириус превращался в большую черную собаку и ложился спать. Снейп не уставал восхищаться, каким же Блэк стал умным — и почему он при жизни так себя не вел?
Кстати, пока я пишу эти строки, Сириус и Вальбурга опять ругаются. Она его обзывает беспородным дворнягой, а он ее — старой болонкой. Пожалуй, я сейчас отложу перо и наведу на портреты Немотный сглаз. Еще вчера собиралась это сделать.
И будет тишина… Вот возьму-ка и наложу сглаз на ВСЕ портреты Гриммо! Как будет хорошо.
Нет, вы же не представляете, каково это: постоянно жить в доме, где есть сотня живых портретов. Это Гарри, наивное дитя, думает, что «бедняжка Джинни брошена дома в полном одиночестве» — ха! Когда у тебя за спиной молотят языками сто портретов, об одиночестве можно только мечтать.
Страница 33 из 44
