Я менеджер крупной компании в Москве. Сразу хочу сказать, что не пью и наркотики тоже не употребляю. Работаю с 10 до 19 часов. Каждый день возвращаюсь с работы одним и тем же путем: машина + метро. Для меня это удобно — спишь дольше, и времени остается больше. Скажу, не вдаваясь в подробности, что машину приходится оставлять рядом с одним из парков на стоянке.
1 мин, 57 сек 10993
В тот вечер начальник сказал мне задержаться. В итоге опоздал я порядочно, зато к одиннадцати вечера очередной «жутко важный» отчет был готов. Метро, машина, и вот уже я сижу в теплом салоне. Выезжаю с парковки, еду вдоль парка и вижу — на остановке стоит«девочка». Ну, я и думаю: «Чем черт не шутит?». Рогатый в этот вечер и правда не шутил — через несколько секунд «жрица любви» уже шла к моей машине этакой походкой от бедра. Я опустил стекло и услышал стандартное:«Привет, не хочешь ли развлечься?». Само собой, я хотел. Спрашиваю: «Сколько?». Она говорит: «Тебе сполна хватит.» А я же клерк — мне нужно, чтобы все четко было. Я не сдаюсь, но и она не говорит. Я и думаю, странно как-то это, и тут замечаю, что глаза у нее… в целом обычные, но вот зрачки шестиугольные. Я вздрогнул, смотрю вокруг и вижу — людей поблизости нет, машин тоже. Это в Москве-то! Я, еще когда с парковки выезжал, думал:«Отлично, до дома быстрее доеду!». Вот и приехал… И «девочка» тоже это понимает.
Смотрит на меня двумя своими гексозрачками и улыбается во все тридцать два зуба, будто говорит: «Попался ты, парень!». И медленно так, победоносно кладет свою наманикюренную руку на ручку двери. А я и сделать-то ничего не в состоянии. Хвала центральным замкам — дверь была заблокирована. Резко выходя из ступора, я сорвался с места. Но эта тварь за стойку уцепилась и не выпускает, наоборот — даже вторую руку через окно просунуть пытается и к шее моей тянется своими красными ногтищами. Я руль руками чуть не вырвал. А она на меня все равно смотрит своими жуткими глазами, а зрачки в них расширяются медленно, как зум на фотоаппарате, и оттуда веет такой непроглядной тьмой и черной ненавистью, что пробирает до самой глубины души. Она мне говорит: «Жалкий кусок мяса! Отдай мне свою кожу!». Ну всё, конец, думаю — доигрался я с «девочками». Вижу краем глаза — впереди столб фонарный светится у обочины. Я не знаю, как вписался. Раздался громкий лязг, и «девочка» осталась там,«намотавшись» на столб. Хотя, проехав метров сто, в зеркале заднего вида я отчётливо увидел, как этот терминатор ковыляет за моей машиной в свете фонаря.
Я не помню, как добрался до дома. Помню, по дороге проехал под несколькими камерами — наверное, ко мне через неделю придет толстая пачка штрафов. Теперь я боюсь, что «девочка» сможет меня каким-то образом разыскать, чтобы довершить то, что она хотела со мной сделать…
Смотрит на меня двумя своими гексозрачками и улыбается во все тридцать два зуба, будто говорит: «Попался ты, парень!». И медленно так, победоносно кладет свою наманикюренную руку на ручку двери. А я и сделать-то ничего не в состоянии. Хвала центральным замкам — дверь была заблокирована. Резко выходя из ступора, я сорвался с места. Но эта тварь за стойку уцепилась и не выпускает, наоборот — даже вторую руку через окно просунуть пытается и к шее моей тянется своими красными ногтищами. Я руль руками чуть не вырвал. А она на меня все равно смотрит своими жуткими глазами, а зрачки в них расширяются медленно, как зум на фотоаппарате, и оттуда веет такой непроглядной тьмой и черной ненавистью, что пробирает до самой глубины души. Она мне говорит: «Жалкий кусок мяса! Отдай мне свою кожу!». Ну всё, конец, думаю — доигрался я с «девочками». Вижу краем глаза — впереди столб фонарный светится у обочины. Я не знаю, как вписался. Раздался громкий лязг, и «девочка» осталась там,«намотавшись» на столб. Хотя, проехав метров сто, в зеркале заднего вида я отчётливо увидел, как этот терминатор ковыляет за моей машиной в свете фонаря.
Я не помню, как добрался до дома. Помню, по дороге проехал под несколькими камерами — наверное, ко мне через неделю придет толстая пачка штрафов. Теперь я боюсь, что «девочка» сможет меня каким-то образом разыскать, чтобы довершить то, что она хотела со мной сделать…
