Девушка для Драко

— Добрый вечер, любезнейший! — Малфой склонился в одном из самых своих заискивающих поклонов, стоило Барону показаться из сырой стены в самой глубине замка.

— Молодой Малфой! — Барон приосанился. — Что нужно?

Деловой тон нисколько не смутил Драко. Напротив, ему показалось, что шанс выведать нужную информацию есть.

— Я просто шёл мимо, — Малфой напустил на лицо безразличное выражение, — и подумал, что призракам, должно быть, нелегко приходится, ведь порой нужно скрываться от людских глаз…

— Ближе к делу, — Барон сложил руки на груди и изобразил постукивание сапогом по полу, словно его ждали неотложные дела.

— Как вам, призракам, удаётся быть невидимыми и неслышными для людей, если вам этого хочется? — в лоб спросил Драко и не прогадал: Барон любил поговорить о себе.

— Это очень древняя магия, юноша, — с достоинством произнёс он. — Её изобретение приписывают колдунам, жившим ещё до Мерлина…

— Очень занятно, — неподдельно восхитился Малфой.

Барон растаял от такого истинного интереса к его персоне.

— Тут все дело в том, юноша, что мы — призраки — субстанции бестелесные. На самом деле, — он понизил голос, — мы всегда невидимые. Но, когда нам очень хочется пообщаться с кем-то из живых людей, мы используем магию, чтобы стать плотнее настолько, насколько требуется, чтобы человеческий глаз мог различить наши очертания.

— Ага, — Драко задумчиво закусил губу. — Это значит, что если такую магию применить к субстанции более плотной, она, наоборот, рассеит её до состояния невидимости?

— Опасная магия, — Барон стал серьезен. — Живые редко используют её. А к чему, собственно, все эти расспросы?

— Да так, просто любопытно, — Драко уже хотел уходить, но призрак преградил ему дорогу.

— Слизеринцам чуждо праздное любопытство, — Барон нахмурился.

— Эту магию применил один из профессоров Хогвартса, — туманно ответил Малфой, чтобы отвязаться. — Так что все безопасно. Просто… любопытно.

И он поспешил покинуть излюбленное подземелье Барона, бросив на прощание что-то вроде сухой благодарности.

Теперь важнее всего было то, что он на верном пути. По крайней мере, Драко так казалось.

Весь остаток дня он ходил довольный и даже улыбнулся зачем-то Поттеру за ужином. Гойл посматривал на Драко с опаской, а Забини прошептал Малфою в самое ухо:

— Давно пора забить на всех этих баб и переключиться на героев!

— Блез, — Драко благодушно ухмыльнулся. — Что-то тебя последнее время на голубизну так и тянет… Думаешь сменить ориентацию?

— Пошёл ты, — обиделся почему-то Забини и отвернулся к Харперу.

Малфой с Гойлом вышли из-за стола и направились к подземельям. Нужно было как следует отдохнуть.

Впрочем, дойти до места назначения без приключений не удалось. В коридоре Поттер нагнал их и бесцеремонно оттащил Малфоя в сторонку.

— Слушай сюда.

— Я — само внимание, — Драко насторожился.

— Знаешь, я бы на твоём месте поторопился расколдовать Гермиону, а то она сама не своя в последнее время.

— Да я, в общем-то, и сам не заинтересован в проволочках, — Драко с любопытством посмотрел на Гарри.

— Мне кажется, Гермиона так долго не протянет. Ходит все время нервная, взвинченная…

Это было уже что-то новое.

— А с чего ты решил, что это она из-за меня? — напряжённо уточнил Драко.

— Вчера она получила письмо, — пояснил Поттер. — Прочитала — и у неё как крышу снесло!

— А что в письме-то? — Малфой сделал страшные глаза. — Может, ей из Гринготтса написали, что на её имя оформлен левый кредит на пару тысяч галлеонов.

— Да не знаю я, что в письме! — огрызнулся Поттер. — Сама она не говорит, Джинни тоже молчит — только обмолвилась, что ты — утырок.

— Тоже мне новость!

— В письме было что-то, связанное с тобой, уж поверь мне! — Поттер горячо закивал. — Знаешь, ты далёк от кандидатов в мои друзья, но если Гермионе так будет лучше…

— Ты перепишешь на меня свой дом? — скептически уточнил Малфой.

— Слушай, она и так достаточно настрадалась. Дай ей побыть счастливой, а?

Драко вздрогнул от такой откровенности. Он почувствовал, как волна уважения к Поттеру накрывает его с головой.

— Если мне удастся все сделать правильно, я… — он сглотнул, — приложу все усилия, чтобы не обидеть её.

— Только попробуй обидеть! — Поттер горячо потряс кулаком и быстро пошёл прочь.

Глава 19. Голубая

Драко долго не мог уснуть, размышляя над тем, что сказал ему Поттер. Но из всей этой истории с письмом ясно было только одно: может, Грейнджер не может видеть и слышать его, но вот прочитать его письмо вполне в состоянии!

Поэтому первое, что Малфой сделал наутро, — отнёс в совятню письмо с пылким уверением: что бы ни случилось, он намерен выполнить своё обещание. А там будь что будет!

За завтраком Малфой внимательно наблюдал за реакцией Гермионы на своё послание и был немало удивлён: её глаза широко раскрылись, затем она полезла в сумку и извлекла оттуда другой пергамент. Долго смотрела на оба листка, словно сравнивая, а потом оторвала от каждого по куску и сказала что-то Джинни.