Этот октябрь выдался на редкость мерзопакостным. Поблёкшие проспекты тонули в холодных осадках; вязким болотом мокрая листва под ногами создавала ощущение топи. Хмурились серые лица молчаливых прохожих, каждый из которых впал в свою собственную осеннюю депрессию. Не стал исключением и молодой человек, что сидел всю дорогу, прильнув к исцарапанному окошку вечернего трамвая: измождённый всепоглощающей распутицей, его разум кричал, мечась в четырёх стенах своей ментальной клети, однако лицо человека продолжало сохранять унылую невозмутимость.
111 мин, 38 сек 2687
Но как бы небыли сильны шторма, бушевавшие в душе одинокого человека на протяжении всего прошедшего года, в последнее время Валентин стал замечать, как его горестные воспоминания всё чаще и чаще меркнут, уступив место флёру фантастических духов, принадлежащих той обворожительной незнакомке. Аромат её парфюма пьянил, будоражил воображение Валентина и словно бы преследовал его: находился человек дома или на улице, на работе или во сне — Лозинскому всюду казалось, что эта голубоглазая брюнетка где-то рядом. Точно паранойя, в какой-то момент мысли о ней окончательно заполонили разум бредящего мужчины. Угрожающе часто перед его глазами стал возникать образ загадочной бестии, пленившей уязвлённую душу своей красотой и недоступностью… Он мечтал навсегда позабыть эти соблазнительные линии тела, мягкие черты лица и бесстыдный, манящий взгляд, но как назло, она вновь проходила в проклятый четвёртый вагон, кружа Валентину голову кошачьей грацией своих движений. Как и всегда, задумчивая девушка располагалась невдалеке, лицом к человеку: слушала музыку, читала электронные книги, изредка поглядывая на своего заворожённого спутника. В ней было всё, о чём он так давно мечтал: безупречная красота, вкус и, конечно же, характер. Крепко обвив шею Валентина лассо, сплетённым из женских чар, брюнетка не выпускала блондина из своего сладкого плена, интригуя и привлекая к себе различными жестами, взглядами… вот только зачем? Этим вопросом Лозинский был озадачен уже не первую неделю, и отступаться от поиска истины, так и не получив ответа, был не намерен.
Отчасти, мужчина понимал, что эти детские игры ему уже давно осточертели, однако сейчас, ввиду своей заинтересованности личностью незнакомки, он был вынужден играть по её правилам.
Это произошло чуть более недели назад, пасмурным октябрьским вечером. В вагоне было на удивление многолюдно, но необъяснимое притяжение продолжало концентрировать взгляд Валентина лишь на одном единственном лице. Ещё до объявления конечной станции мужчина убрал свою бесполезную книгу в дипломат и застегнул молнию на куртке — любое промедление могло вновь помешать ему узнать, куда же так спешит одинокая незнакомка. Мысль о том, что его повреждённая нога будет не меньшей помехой, мужчина постарался замуровать в застенках разума, думая лишь о ней — о той, что сводила его с ума на протяжении всех этих недель. О той, что существенно изменила всю его однообразную жизнь. О девушке в красном шарфе.
Когда железные двери распахнулись, взвинченные усталостью и образовавшейся давкой пассажиры ринулись на платформу, не стесняясь в выражениях и совершенно позабыв о банальных правилах приличия. Несмотря на хаос вокруг, Валентин старался держаться к брюнетке как можно ближе, и только когда перрон остался позади, а хмурые, как и небо над ними, толпы разошлись в разные стороны, мужчина смог наконец перейти на спокойный шаг и немного отдалиться. Следуя за девушкой на расстоянии десятка метров, он с упоением следил за соблазнительными движениями её аппетитных бёдер, не в силах оторвать своего взгляда. Поначалу многолюдные центральные улицы сменились пустующими двориками, лиловые грозовые тучи душили горожан чрезмерно ионизированным воздухом, стихли звуки автотранспорта, ветра, природы… все, за исключением размеренного стука двух каблучков и без того высокой брюнетки. Поёжившись от холода промозглого октября, постукивающий зубами Лозинский отдавал хрупкой девушке должное, ведь прохлады вокруг она словно не замечала. Впрочем, точно также, как и прихрамывающего преследователя в чёрном.
Проходя мимо фасада двухэтажного особняка, она остановилась перед объявлением о пропаже подростка, приклеенном к столбу. Ощущая себя маньяком, мужчина несколько сбавил ход, прислушиваясь к воцарившейся тишине. В этот момент, Лозинского выдал досадный случай. В тиши притихшего частного сектора, изредка прерываемой звоном тарелок и проезжающим вдали автотранспортом, прозвучал короткий сигнал сообщения, застав своего взволнованного получателя врасплох. Уж этого Валентин никак не мог ожидать. Молниеносным движением, девушка тут же оказалась к преследователю лицом, окинув невозмутимым взглядом остолбеневшего невдалеке блондина.
Отчасти, мужчина понимал, что эти детские игры ему уже давно осточертели, однако сейчас, ввиду своей заинтересованности личностью незнакомки, он был вынужден играть по её правилам.
Это произошло чуть более недели назад, пасмурным октябрьским вечером. В вагоне было на удивление многолюдно, но необъяснимое притяжение продолжало концентрировать взгляд Валентина лишь на одном единственном лице. Ещё до объявления конечной станции мужчина убрал свою бесполезную книгу в дипломат и застегнул молнию на куртке — любое промедление могло вновь помешать ему узнать, куда же так спешит одинокая незнакомка. Мысль о том, что его повреждённая нога будет не меньшей помехой, мужчина постарался замуровать в застенках разума, думая лишь о ней — о той, что сводила его с ума на протяжении всех этих недель. О той, что существенно изменила всю его однообразную жизнь. О девушке в красном шарфе.
Когда железные двери распахнулись, взвинченные усталостью и образовавшейся давкой пассажиры ринулись на платформу, не стесняясь в выражениях и совершенно позабыв о банальных правилах приличия. Несмотря на хаос вокруг, Валентин старался держаться к брюнетке как можно ближе, и только когда перрон остался позади, а хмурые, как и небо над ними, толпы разошлись в разные стороны, мужчина смог наконец перейти на спокойный шаг и немного отдалиться. Следуя за девушкой на расстоянии десятка метров, он с упоением следил за соблазнительными движениями её аппетитных бёдер, не в силах оторвать своего взгляда. Поначалу многолюдные центральные улицы сменились пустующими двориками, лиловые грозовые тучи душили горожан чрезмерно ионизированным воздухом, стихли звуки автотранспорта, ветра, природы… все, за исключением размеренного стука двух каблучков и без того высокой брюнетки. Поёжившись от холода промозглого октября, постукивающий зубами Лозинский отдавал хрупкой девушке должное, ведь прохлады вокруг она словно не замечала. Впрочем, точно также, как и прихрамывающего преследователя в чёрном.
Проходя мимо фасада двухэтажного особняка, она остановилась перед объявлением о пропаже подростка, приклеенном к столбу. Ощущая себя маньяком, мужчина несколько сбавил ход, прислушиваясь к воцарившейся тишине. В этот момент, Лозинского выдал досадный случай. В тиши притихшего частного сектора, изредка прерываемой звоном тарелок и проезжающим вдали автотранспортом, прозвучал короткий сигнал сообщения, застав своего взволнованного получателя врасплох. Уж этого Валентин никак не мог ожидать. Молниеносным движением, девушка тут же оказалась к преследователю лицом, окинув невозмутимым взглядом остолбеневшего невдалеке блондина.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 14 из 34
