Девять трупов, ведущих к счастливой жизни

— Да, но с чего бы ему?

— Нынешнему — ни с чего, да, — соглашается Сугавара. — Тем более, наш побег — пятно на его репутации. А вот какие мотивы будут у того, кто заменит его на этой должности — это уже совсем другой вопрос.

— То есть, надо всего-то сменить руководство агентства? Размах, однако.

— Учитывая архив Кенмы с компроматом, это может получиться. Если Кенма захочет сотрудничать с нами, — Суга выжидающе смотрит на Куроо.

А вот и начинается скользкая дорожка, очень скользкая.

— Не знаю, возможно, — осторожно отвечает Куроо. — А если нет?

— Тогда остается вариант с Бокуто. Если шефом отдела станет он, то о наших поисках можно смело забыть.

Куроо крайне подозрительно смотрит на Сугавару, пытаясь понять, каким боком тут вообще Бокуто.

— Они с Акааши немного помогали нам — и сразу, пока мы срывали поиски вас с Кенмой, и потом, когда мы уже пытались перехватить тебя раньше, чем поймает отдел, — отвечает Сугавара на так и незаданный вопрос. — Но напрямую в вашу ситуацию они вмешиваться не могли. Учитывая общее прошлое в спецотделе, начальство сразу их в этом подозревало.

— А вас, значит, нет, — криво улыбается Куроо, вот ведь в кои-то веки логика руководства ему понятнее и ближе.

— Неа, — довольно кивает Сугавара.

— Недооценили вашу дурь, — фыркает Куроо.

Но вообще — обалдеть. Прям целый мировой заговор. Внезапно.

— Кстати, Акааши просил передать Кенме свои сожаления, — напоминает Дайчи. — Он не знал, что в качестве хакера они ловят именно его. А то бы не так старался поймать.

— Вы давно это все планировали? — Куроо неопределенным жестом обводит бункер.

— Что рано или поздно из агентства придется сваливать? — уточняет Сугавара. — Да с самого перевода в отдел опальных агентов. Хотя думали, что еще как минимум несколько лет у нас еще есть, но уж вышло, как вышло.

— А я, значит, в качестве катализатора и ускорителя этого процесса?

— Типа того, — хмыкает Дайчи.

Ну, в общем-то не так все уж и плохо. Если в их глобальном замысле есть место и для Бокуто, и для Кенмы, то Куроо им нужен, а не просто так они с ним связались из чистого человеколюбия. И это, пожалуй, лучшая новость за сегодня.

— Но это все потом, — Дайчи кладет руку на колено Куроо, — а пока нам надо сидеть тихо и не высовываться.

А потом Суга повторяет его жест уже со вторым коленом. И Куроо резко вспоминает, что сидит между ними в одном куцем халатике. Откидывается на спинку дивана и ржет. Да, это будут очень веселые три месяца, полгода или сколько им тут придется отсиживаться.

Куроо приглашающее разводит ноги. Суга соскальзывает вниз, тянет за пояс халата, распахивая его. Куроо подается вперед, Дайчи стягивает мягкую ткань с его плеч, аккуратно, не задевая перевязку на руке. А потом так же осторожно пересаживает Куроо к себе на колени. Надо же, каким может быть нежным и обходительным. Куда только вся темпераментность и страстность подевалась.

— Решили завести себе котика? — Куроо не может удержаться от ехидства.

— Ага, — соглашается Дайчи, чувствительно прикусывая зубами мочку его уха, того самого. Вот злыдень, сам же прострелил. Ладно, Суга — ему можно, Суге все можно, но у Дайчи вообще совести нет! Но долго возмущаться не получается. Суга уже ласкает его ноги, целует, дразнящее проводит кончиками пальцев по внутренней стороне бедра и с каждым движением все ближе подбирается к паху. А Дайчи оглаживает спину и плечи, спускается поцелуями по шее и не собирается останавливаться. Куроо подставляется под их ласки, наслаждаясь и впитывая, отдаваясь и с неприкрытой откровенностью стелясь под обоих. Он ощущает стояк Дайчи, но тот не спешит, долго и тщательно готовит, словно и не он столько раз трахал его почти насухо.

Куроо все еще удивляется, что Дайчи умеет быть таким, но тут его взгляд падает на Сугу, и неожиданно картинка складывается, очень интересно складывается. Куроо точно знает, что Дайчи нравится быть грубым. Но Куроо скорее поверит в рептилоидов в сенате, чем в то, что Дайчи будет грубым с Сугой. И это понимание приносит ответы на многие вопросы. Ну а сегодня — да, он у них на правах повышенно побитого и дважды простреленного котика, вот и ему перепадает тепла и ласки даже от Дайчи, ничего удивительного.

Когда Дайчи наконец-то входит в него, Суга обхватывает губами его член. Куроо откидывается назад, вжимаясь в Дайчи. Он пытается зацепиться ногами за диван, но самую малость не достает. Зато Суга отлично угадывает желания, даже невысказанные. Он укладывает ноги Куроо себе на плечи, и начинает приподниматься и опускаться в такт движением Дайчи. Который сегодня все так же удивительно нежен и нетороплив, движется в Куроо крайне медленно и осторожно. И, кажется, он настроен на очень-очень долгий раунд. И Суга — тоже. И чтобы Куроо возражал? Он словно качается на волнах, и в них хочется утонуть, раствориться и полностью растаять.

И Куроо хорошо, просто удивительно хорошо.