Дэйн Свитмен (Dane Sweetman) — австралийский неонацист и осужденный преступник. У Свитмена было обширное криминальное прошлое в течении всей его юности, будучи в различных исправительных учреждениях за объемный массив преступлений, включая взлом и проникновение, вооруженное ограбление, нападение, покушение на убийство, сексуальное насилие и владение смертельным оружием.
1 мин, 30 сек 2538
Он был заключен в тюрьму в 80-х, где стал благочестивым неонацистским правоведником, и ушел так далеко, что сформировал свою собственную группу внутри тюрьмы, известную как «The Guard» которая хвасталась напропалую, что имела в своих рядах даже членов среди тюремной системы, которые им во всю потыкали.
После своего освобождения, Свитмен направил жесткий характер по отношению к своим политическим убеждениям. Он был ответственен за массовые «бомбардировки» вандализма, поджог синагоги и продолжительный список нападений на иммигрантов, чернокожих, азиатов, гомосексуалистов и панков.
Он был заключен в тюрьму в 1991 году за зверское убийство своего товарища, неонациста Дэвида Ноубла (David Noble), ударив его по голове топором и зарезав до смерти несколькими ударами ножа.
Именно в Верховном суде в декабре 1991 года, когда судья приговорил его к 20 годам лишения свободы за убийство, Свитмен внезапно вытащил нож. Свитмен достал самодельный нож из своего сапога и ошеломил суд, когда вонзил его в деревянную скамью подсудимых.
«Если бы я хотел кого-то убить, я хотел бы сделать это сейчас» — закричал он на Филиппа Камминса (Philip Cummins), судью, который зачитал окончательный вердикт.
Мощно сложенный человек крикнул, «Зиг хайль!» когда полицейские с применением насилия вытащили его из зала суда. Как он проходил мимо скамьи СМИ, Свитмен бросился вперед, и плюнул на двух женщин-журналистов и прорычал,«Вы сионистские личинки собираетесь получить его». Кстати, до сих пор не ясно, как он смог пронести нож в зал суда. По всей видимости, это случилось из-за халатности полицейских.
Пока он находился в тюрьме, он стал мишенью со стороны других заключенных за свои агрессивные нападения, совершая сексуальные изнасилования молодых парней, которые были в заключении.
Свитмен был условно-досрочно освобожден в 2005 году и снова начал привлекать последователей своей идеи, в основном это были молодые НС-скинхеды, которые буквально боготворили его за внушающую страх репутацию среди преступного мира Мельбурна. Позже он был вновь арестован за более тяжкие преступления.
После своего освобождения, Свитмен направил жесткий характер по отношению к своим политическим убеждениям. Он был ответственен за массовые «бомбардировки» вандализма, поджог синагоги и продолжительный список нападений на иммигрантов, чернокожих, азиатов, гомосексуалистов и панков.
Он был заключен в тюрьму в 1991 году за зверское убийство своего товарища, неонациста Дэвида Ноубла (David Noble), ударив его по голове топором и зарезав до смерти несколькими ударами ножа.
Именно в Верховном суде в декабре 1991 года, когда судья приговорил его к 20 годам лишения свободы за убийство, Свитмен внезапно вытащил нож. Свитмен достал самодельный нож из своего сапога и ошеломил суд, когда вонзил его в деревянную скамью подсудимых.
«Если бы я хотел кого-то убить, я хотел бы сделать это сейчас» — закричал он на Филиппа Камминса (Philip Cummins), судью, который зачитал окончательный вердикт.
Мощно сложенный человек крикнул, «Зиг хайль!» когда полицейские с применением насилия вытащили его из зала суда. Как он проходил мимо скамьи СМИ, Свитмен бросился вперед, и плюнул на двух женщин-журналистов и прорычал,«Вы сионистские личинки собираетесь получить его». Кстати, до сих пор не ясно, как он смог пронести нож в зал суда. По всей видимости, это случилось из-за халатности полицейских.
Пока он находился в тюрьме, он стал мишенью со стороны других заключенных за свои агрессивные нападения, совершая сексуальные изнасилования молодых парней, которые были в заключении.
Свитмен был условно-досрочно освобожден в 2005 году и снова начал привлекать последователей своей идеи, в основном это были молодые НС-скинхеды, которые буквально боготворили его за внушающую страх репутацию среди преступного мира Мельбурна. Позже он был вновь арестован за более тяжкие преступления.
