— Ларис, я тебе признаться хочу, — невнятно пробормотала Оля, смачно похрустывая маринованным огурцом.
8 мин, 45 сек 18982
Она тотчас прозрела. И остолбенела от ужаса. Ещё бы — с её левого соска прямо в Ольгин рот стекали алые струйки. Старик давил своей костлявой рукой, и ручейки становились толще… Ольга кашлянула. Снова. Ещё, и зашлась в кашле. Сползла вниз. Старик отдёрнул пальцы, как от огня. Кровь в ранках начала сворачиваться.
Лариса вскочила. Соединила ноги и вытянулась по струнке. Подняла руки до горизонтали и застыла. На лице её играла счастливая улыбка. Она была крестом… Глаза старика медленно, как бы с неохотой, закрылись. Черты его заострились: нос стал ещё длинней, подбородок теперь торчал кверху… Он сложил руки на груди и сделался недвижим.
Лариса подошла и без страха дотронулась до его лица. Старик был холоден и твёрд, как вчерашний мертвец.
Ольга мирно спала на полу. Лариса потрепала её по щеке и начала натягивать на себя кофточку.
Подруга открыла глаза. Осмотрелась.
— Ты чего это тут делаешь? — спросила она, с трудом поднимаясь.
— То же, что и ты. Смотри, кажись, старика уморили… Ничего, он не жилец был, я точно знаю. Ты что, не помнишь, как меня сюда притащила?
— Не-ет… — растерянно пробормотала Ольга.
Они тихо вышли из палаты, благополучно прокрались мимо посапывающего дежурного врача и поднялись наверх.
У входа в отделение свернулся калачиком Барсик.
— Будто и не было ничего, — прошептала Лариса и провела по груди рукой. Ей очень хотелось, чтобы быстрее зажили царапины.
Она уложила Ольгу на кушетку, и та сразу засопела. В уголках губ виднелась запёкшаяся кровь. Лариса достала ватку, смочила водкой и тщательно всё стёрла.
Вышла в коридор, постояла немного, прислушиваясь. Дождь успокаивающе барабанил по окнам. Ноги сами привели её к бабе Дусе.
Баба Дуся спала, шамкая беззубым ртом. Наверное, ей снилась любимая пшенная каша. Лариса поправила подушку и зачем-то погладила старушечью голову с редкими седыми волосиками. Уходя, заметила под кроватью что-то блестящее. Подняла. Небольшая, но тяжёлая иконка с незамутнённым окисью жёлтым окладом. Подумав, положила её в тумбочку и вернулась на место дежурной медсестры.
Лариса вскочила. Соединила ноги и вытянулась по струнке. Подняла руки до горизонтали и застыла. На лице её играла счастливая улыбка. Она была крестом… Глаза старика медленно, как бы с неохотой, закрылись. Черты его заострились: нос стал ещё длинней, подбородок теперь торчал кверху… Он сложил руки на груди и сделался недвижим.
Лариса подошла и без страха дотронулась до его лица. Старик был холоден и твёрд, как вчерашний мертвец.
Ольга мирно спала на полу. Лариса потрепала её по щеке и начала натягивать на себя кофточку.
Подруга открыла глаза. Осмотрелась.
— Ты чего это тут делаешь? — спросила она, с трудом поднимаясь.
— То же, что и ты. Смотри, кажись, старика уморили… Ничего, он не жилец был, я точно знаю. Ты что, не помнишь, как меня сюда притащила?
— Не-ет… — растерянно пробормотала Ольга.
Они тихо вышли из палаты, благополучно прокрались мимо посапывающего дежурного врача и поднялись наверх.
У входа в отделение свернулся калачиком Барсик.
— Будто и не было ничего, — прошептала Лариса и провела по груди рукой. Ей очень хотелось, чтобы быстрее зажили царапины.
Она уложила Ольгу на кушетку, и та сразу засопела. В уголках губ виднелась запёкшаяся кровь. Лариса достала ватку, смочила водкой и тщательно всё стёрла.
Вышла в коридор, постояла немного, прислушиваясь. Дождь успокаивающе барабанил по окнам. Ноги сами привели её к бабе Дусе.
Баба Дуся спала, шамкая беззубым ртом. Наверное, ей снилась любимая пшенная каша. Лариса поправила подушку и зачем-то погладила старушечью голову с редкими седыми волосиками. Уходя, заметила под кроватью что-то блестящее. Подняла. Небольшая, но тяжёлая иконка с незамутнённым окисью жёлтым окладом. Подумав, положила её в тумбочку и вернулась на место дежурной медсестры.
История дочитана
Какой след эта история оставила у тебя?
Реакция сохранена в этом браузере. Войдите, чтобы не потерять реакции, ночные метки и трофеи
Страница 3 из 3
