Дикий сад

Неужели Лестрейндж вернул их? Я посмотрела на двери — стул на месте.

Опять шутки «Грифона»? Но зачем ему это? Чего он добивается?

Вздохнув, я спрятала часы в тайник вместе с волшебной палочкой. Нужно спуститься. Мне не хотелось, но придется расспросить Лестрейнджа о мире за этими стенами.

Возможно, сегодня я узнаю, как выбраться отсюда и вернуться домой.

Полынь

— Почему вы молчите?

— Почему ты задаешь глупые вопросы, Грейнджер? — Лестрейндж посмотрел на меня с раздражением. — Часы — это ключ от «Грифона». Надень их и иди куда хочешь. Что непонятного?

— Но я уже пробовала!

Лестрейндж только отмахнулся.

— Не мешай. Не видишь, я занят. — Он кивнул на газету в руках. — Иди лучше Снейпу помоги мензурки с котлами мыть.

Я больше часа пыталась выведать, как ему удалось покинуть «Грифон», но Лестрейндж не рассказал ничего нового. Сначала он был терпелив и подтвердил мою догадку о часах Алисы. Я обрадовалась и, надев их, поспешила вниз. Мне не терпелось оказаться на свободе.

Барьер лопнул, словно мыльный пузырь. Я ощутила это, когда приблизилась к дверям, но они не открылись. Сколько бы я ни дергала за ручку, сколько бы ни стучала и ни ругалась — бесполезно.

Крики эхом, словно в насмешку, разносились по холлу, отражались от стен и искажались.

То смех, то голоса

То пронзительный визг, то стон.

Я пыталась заткнуть уши, чтобы не слышать эти звуки. Стены давили, подчиняли, заставляли забыть. Не магию, нет.

Свободу.

«Грифон» приручал меня, словно пугливое животное. Открывал секреты, показывал сны, уговаривая довериться и считать его другом. Самым преданным. Единственным.

И я на какой-то миг поверила. Но сегодня, подойдя к зеркалу, вместо своего отражения увидела лицо Алисы. Короткие темные волосы, круглое лицо и россыпь едва заметных веснушек на щеках — все было неправильным, чужим.

Испугавшись, я набросила на зеркало плед. Смущение смешалось с обидой, полынно-горькой, удушающей, словно я виновна в том, что заняла чье-то место. А хозяйка, настоящая и любимая, вот-вот придет и прогонит меня.

Накрыв зеркало, я вернулась к Лестрейнджу, но он даже разговаривать со мной не стал. А ведь наверняка рассказал не все.

Я ушла, не в силах больше спорить. Каждая стычка с Лестрейнджем выматывала так, словно мы сражалась на дуэли. И я пошла к Снейпу. Его кабинет — островок покоя: никаких сюрпризов, никаких появляющихся из ниоткуда вещей, никаких зеркал.

Снейп сидел за столом и что-то писал в ежедневнике. Последний эксперимент закончился расплавленным котлом. Мы работали над усовершенствованием зелья Памяти, но испытать его не могли. Не на себе же!

— Рабастан ничего не рассказал? — поинтересовался Снейп.

— Рассказал, — ответила я, сев в кресло напротив. — Барьер исчез, но открыть дверь я не смогла.

— Вы расстроены.

Не вопрос — утверждение. Я не стала спорить, лишь спросила:

— А вы бы хотели выйти из дома? Прогуляться…

— Нет.

— Неужели вам не надоело сидеть в четырех стенах?

Снейп пристально посмотрел на меня, а потом вдруг усмехнулся и сказал:

— Идем.

— Куда?

— Вниз. — Он подошел ко мне и протянул руку.

Неожиданно.

Такой простой жест ошеломил меня. Я неуверенно улыбнулась.

Снейп терпеливо ждал. Сейчас он совершенно не походил на того мрачного и замкнутого человека, которого я знала. Его глаза были чуть прищурены, словно он бросал мне вызов. Хмыкнув, я сжала его руку, сухую и шершавую, словно лист пергамента.

Снейп легонько потянул, и я послушно встала. Я привыкла быть ведомой, но с ним это было необычно. Он не принуждал.

Не настаивал.

Лишь предлагал.

Пока спускались по лестнице, Снейп так и не отпустил мою руку, а я не стала вырываться.

— Часы у вас? — спросил Снейп.

Я кивнула и поинтересовалась:

— Они помогут открыть дверь?

— Разумеется.

Он не стал ничего объяснять. Шагнул вперед. Я ощутила упругую волну воздуха, которая на миг стала плотной, а потом пропустила нас. Моя ладонь все еще покоилась в его, и я неожиданно поверила, что в этот раз все получится. И ощутила радость, пьянящую, словно сливочное пиво. Я понимала, что не смогу сегодня покинуть «Грифон». То же самое ощущение было, когда я нашла комнату Крауча. Словно еще один кусок мозаики встал на место с тихим щелчком.

— Вы готовы? — спросил Снейп.

В его глазах все еще горел вызов, а на губах играла усмешка. Он ждал, что я отступлюсь. Позорно сбегу и продолжу блуждать по «Грифону» и воспоминаниям, которые, казалось, пропитали каждый уголок этого дома.

Но я не испугаюсь, не в этот раз.

— Конечно, — ответила я, усмехнувшись.

Он повернул ручку, и дверь бесшумно открылась. Свет, ослепляющий до слез, хлынул в проем. Я часто заморгала.

Было одновременно и больно, и радостно. Хотелось завопить от счастья, рассмеяться, но я позволила себе лишь легонько сжать ладонь Снейпа.

— Пошли. — Он потянул меня за собой.