Все что мы видим, слышим, ощущаем — всего лишь иллюзия действительности, созданная нашим мозгом на основе сигналов полученных от наших органов чувств. В реальности нет цветов, есть лишь радиоволны разной длинны. Нет звуков, есть лишь колебания среды. Нет времени, нет чувств и нет смысла. Каждый из нас живёт в своей собственной Вселенной которую сам создаёт и сам наполняет смыслом.
378 мин, 50 сек 12639
В городе уже творилось, нечто слишком странное и очень страшное. Мертвые пошли по улицам, а живые начали панически спасаться от них и бороться за свою жизнь. До столкнувшихся газелей и двух зомбаков, обгрызающих трупы людей уже никому не было дела. По ночной Москве заполошно метались кареты скорой помощи и милицейские автомобили, мигая проблесковыми маячками и воя сиренами. По улицам двигалась военная техника. Звуки выстрелов в ночном воздухе напоминали прифронтовую канонаду. Катастрофа росла и ширилась, победоносно шагая по жилым кварталам, пока город пытался уснуть для ночного отдыха.
К разбитым машинам так никто и не приехал. Красномордый и Плюха кормились до самого утра. У толстяка вытянулись вперед мощные челюсти, добавилось зубов, кисти рук превратились в уродливые узловатые лапы с когтями и, вообще, он добавил в своих и так немалых размерах. Еще живым при росте почти два метра и широкой кости он весил чуть ли не пару центнеров, а сейчас он прибавил не менее тридцати килограммов. У Плюхи лицо превратилось в устрашающую морду, напоминающую морду бабуина, шея вытянулась, а руки и ноги обзавелись острыми когтями. Два свеженьких зомби сильно мутировали превращаясь в быстрых, сильных и смертельно опасных тварей — морфов.
С рассветом мощный толстяк разогнул, мешавшие ему выбраться, смятые панели кузова и выполз на дорогу. Следующую еду пришлось тоже добывать с усилиями. Могучие лапы красномордого гнули кузовные панели как жесть, освобождая аппетитный корм. Малец выбрал другую тактику. Заострившуюся вытянутую морду на длинной шее бывший наркоман засовывал внутрь искореженных автобусов и выдирал себе куски посочнее. Еще он ловко орудовал длинными когтистыми лапами, выуживая куски до которых не мог дотянуться челюстями. Сил у него было конечно меньше чем у здоровяка, и он не мог вскрывать на манер консервных банок кузова разбитых «газелей».
В городе началась паника и массовое бегство. Проезжающие мимо люди старались проскочить мимо кормящихся мертвяков как можно быстрее. Но, наконец, обоими мёртвыми тварями заинтересовались. В районе одиннадцати часов утра напротив разбитых микроавтобусов остановился экипаж ППС. Из окна высунулись стволы сразу двух автоматов, и короткие частые очереди ударили по мертвым мутантам. Если Плюха выскочил из-под огня быстро, получив всего пару пробоин, то неуклюжего толстяка изрядно нашпиговали свинцом. Наконец толстый морф сумел запрыгнуть вслед за мелким в разбитую витрину спортивного магазина. В след морфу смертельными осами летели пули.
Морфам в срочном порядке пришлось убираться подальше в недра магазина. Съестного там ничего не нашлось, а силы на восстановление требовались. Попытки возвратиться к прежнему месту кормежки оказались не удачными. Милиционеры не уезжали. Едва толстяку стоило показать морду или иную часть тела, как в него начинали стрелять. Вожделенная еда была недоступна.
Красномордый услышал из глубин магазина скрип когтей по металлу. Звук был привлекательный. Руины «газелек» издавали похожие звуки, когда мертвая тварь выдирала свою добычу из покореженной техники. Он встрепенулся и на четвереньках, стелясь практически по полу, двинулся в сторону откуда доносились интригующие звуки. Красномордый нашел Плюху в подсобных помещениях. Тот скребся в железную дверь. За дверью чувствовалось, что-то живое и аппетитное. Еда!
Красномордый отошел назад и с разбегу ударился всем телом в полотнище. Мелкий мутант едва успел отскочить в сторону, чтобы не попасть под удар, а дверь аж прогнулась. С потолка посыпалась пыль, табличка схемы эвакуации при пожаре соскочила с крючка и с жалобным звоном раскололась об бетонный пол. За дверью послышался какой-то грохот, наверное, что-то упало, и оттуда, из чрева темного помещения, донесся испуганный крик живого человека. Это были самый лучший подарок — великолепная компенсация за тяжкие страдания от злых людей. Красномордый отошел назад и снова кинулся на дверь. Теперь он бился в дверь уже без остановки, молотя ее не только всей тушей, но и лапами. Изящная дверь из тонкого металла в большей мере создавала иллюзию неприступной преграды, чем действительно могла защитить. Наконец раздался громкий скрежет, ригель замка согнулся и выскользнул из коробки, а правая часть дверной коробки провалилась во внутрь. Продираясь в образовавшуюся щель, толстяк вообще вывернул выгнутую пузырем дверь из поема вместе с коробкой.
Человек забился в самый дальний угол и в отчаянии сжимал короткий гриф от небольшой штанги. Блестящая хромированная палка в руках придавала жертве хотя бы тень уверенности. Протопав по рухнувшим металлическим стеллажам, толстяк выдрал у женщины гриф вместе с рукой, а потом, захватив ее всей лапищей прямо за голову, вытащил из смешного укрытия. Морфы жрали человека вместе быстро и сосредоточенно, разбрызгивая кровь по всей подсобке. Жрали ее целиком в одежде и с костями. Еды не хватило. Уборщица из Киргизии не могла похвастаться габаритами, да и худая была как щепка.
К разбитым машинам так никто и не приехал. Красномордый и Плюха кормились до самого утра. У толстяка вытянулись вперед мощные челюсти, добавилось зубов, кисти рук превратились в уродливые узловатые лапы с когтями и, вообще, он добавил в своих и так немалых размерах. Еще живым при росте почти два метра и широкой кости он весил чуть ли не пару центнеров, а сейчас он прибавил не менее тридцати килограммов. У Плюхи лицо превратилось в устрашающую морду, напоминающую морду бабуина, шея вытянулась, а руки и ноги обзавелись острыми когтями. Два свеженьких зомби сильно мутировали превращаясь в быстрых, сильных и смертельно опасных тварей — морфов.
С рассветом мощный толстяк разогнул, мешавшие ему выбраться, смятые панели кузова и выполз на дорогу. Следующую еду пришлось тоже добывать с усилиями. Могучие лапы красномордого гнули кузовные панели как жесть, освобождая аппетитный корм. Малец выбрал другую тактику. Заострившуюся вытянутую морду на длинной шее бывший наркоман засовывал внутрь искореженных автобусов и выдирал себе куски посочнее. Еще он ловко орудовал длинными когтистыми лапами, выуживая куски до которых не мог дотянуться челюстями. Сил у него было конечно меньше чем у здоровяка, и он не мог вскрывать на манер консервных банок кузова разбитых «газелей».
В городе началась паника и массовое бегство. Проезжающие мимо люди старались проскочить мимо кормящихся мертвяков как можно быстрее. Но, наконец, обоими мёртвыми тварями заинтересовались. В районе одиннадцати часов утра напротив разбитых микроавтобусов остановился экипаж ППС. Из окна высунулись стволы сразу двух автоматов, и короткие частые очереди ударили по мертвым мутантам. Если Плюха выскочил из-под огня быстро, получив всего пару пробоин, то неуклюжего толстяка изрядно нашпиговали свинцом. Наконец толстый морф сумел запрыгнуть вслед за мелким в разбитую витрину спортивного магазина. В след морфу смертельными осами летели пули.
Морфам в срочном порядке пришлось убираться подальше в недра магазина. Съестного там ничего не нашлось, а силы на восстановление требовались. Попытки возвратиться к прежнему месту кормежки оказались не удачными. Милиционеры не уезжали. Едва толстяку стоило показать морду или иную часть тела, как в него начинали стрелять. Вожделенная еда была недоступна.
Красномордый услышал из глубин магазина скрип когтей по металлу. Звук был привлекательный. Руины «газелек» издавали похожие звуки, когда мертвая тварь выдирала свою добычу из покореженной техники. Он встрепенулся и на четвереньках, стелясь практически по полу, двинулся в сторону откуда доносились интригующие звуки. Красномордый нашел Плюху в подсобных помещениях. Тот скребся в железную дверь. За дверью чувствовалось, что-то живое и аппетитное. Еда!
Красномордый отошел назад и с разбегу ударился всем телом в полотнище. Мелкий мутант едва успел отскочить в сторону, чтобы не попасть под удар, а дверь аж прогнулась. С потолка посыпалась пыль, табличка схемы эвакуации при пожаре соскочила с крючка и с жалобным звоном раскололась об бетонный пол. За дверью послышался какой-то грохот, наверное, что-то упало, и оттуда, из чрева темного помещения, донесся испуганный крик живого человека. Это были самый лучший подарок — великолепная компенсация за тяжкие страдания от злых людей. Красномордый отошел назад и снова кинулся на дверь. Теперь он бился в дверь уже без остановки, молотя ее не только всей тушей, но и лапами. Изящная дверь из тонкого металла в большей мере создавала иллюзию неприступной преграды, чем действительно могла защитить. Наконец раздался громкий скрежет, ригель замка согнулся и выскользнул из коробки, а правая часть дверной коробки провалилась во внутрь. Продираясь в образовавшуюся щель, толстяк вообще вывернул выгнутую пузырем дверь из поема вместе с коробкой.
Человек забился в самый дальний угол и в отчаянии сжимал короткий гриф от небольшой штанги. Блестящая хромированная палка в руках придавала жертве хотя бы тень уверенности. Протопав по рухнувшим металлическим стеллажам, толстяк выдрал у женщины гриф вместе с рукой, а потом, захватив ее всей лапищей прямо за голову, вытащил из смешного укрытия. Морфы жрали человека вместе быстро и сосредоточенно, разбрызгивая кровь по всей подсобке. Жрали ее целиком в одежде и с костями. Еды не хватило. Уборщица из Киргизии не могла похвастаться габаритами, да и худая была как щепка.
Страница 17 из 109
