Фандом: Star Wars. Предыстория Кассиана до событий «Изгоя-1».
46 мин, 48 сек 6531
Именно этого он и ждал все эти дни. Решение было принято давным-давно, но они оба откладывали последний шаг, беспокоились, что всё идёт слишком быстро, слишком поспешно, пусть ход событий и казался неизбежным.
В ожидании есть своё, деликатное удовольствие, но так намного приятней.
— С возвращением? — будто читая мысли, спрашивает Джин. Её дыхание теплом овевает губы.
— На сегодня — да, — соглашается он. — А завтра… Если тебе интересно, есть одно дело на Орд Мантелле. — Кассиан даже не думает отправиться туда без неё. С одной стороны, могут быть проблемы, а с другой — совсем наоборот. — Кажется, два каких-то идиота влезли в заварушку с «Чёрным солнцем».
— Звучит заманчиво. — Её смех такой тёплый и родной. Джин наклоняет голову и целует его в уголок рта. Ладони скользят по шее, ложатся на плечи и осторожно тянут вниз, на койку.
Кассиан с охотой подчиняется, позволяет ей сесть себе на колени. Узкая военная койка определённо не рассчитана на двоих, на ней неудобно, но он не променял бы этот миг ни на что на свете.
Джин целует его крепче, упирается в плечи ладонями, и Кассиан невольно стонет ей в губы. Сейчас всё происходит и стремительно, и неторопливо, и будто бы бесцельно, словно им обоим хватит этого поцелуя до конца жизни.
Когда всё заканчивается, у обоих на миг перехватывает дыхание, они не в силах отодвинуться друг от друга. Ладонь Джин лежит у него на груди, прямо над тем местом, где колотится сердце, и Кассиан знает, что в темноте она чувствует это лихорадочное биение. Они оба застывают на мгновение, и оно тянется и тянется бесконечно, и было бы так просто ещё раз, теперь уже настойчивей, поцеловать Джин, стянуть рубашку с её плеч, утонуть в ней, забыться.
Но так тоже просто: потереться носом о её шею, притянуть к себе, дать поудобней устроиться рядом на узкой койке. Время ещё есть — и его хватит на всё.
На борту корабля К2, как и ожидалось, уже начал предполётную подготовку. А вот обнаружить здесь же укутанного в сразу три куртки Бодхи со скрещенными на груди руками и упрямым лицом оказалось неожиданностью.
Правда, лицо толком и не разглядеть.
— Он не любит холод, — заговорщически шепчет Джин, и улыбается Бодхи, получая в ответ сердитый взгляд.
— Я с Джеды. У нас по ночам бывало холодно, но это не холод, это какое-то природное извращение, — бурчит тот. — Кстати, я лечу с вами.
— А врачи тебе разрешили? — спрашивает Кассиан.
Бодхи стягивает шарф и ухмыляется:
— Нет. А тебе? Официально?
Ну да, нечего сказать, сам виноват.
— Кажется, я точно знаю, когда ошибся, — жалуется Кассиан и швыряет сумки в грузовой отсек. — Стоило пойти поперёк Совета, угнать корабль — и никто больше не считает меня главным.
— Если тебе станет легче, я никогда не считала тебя главным, — серьёзно отвечает Джин и, наклонившись, быстро целует его в лоб, а потом лезет на корабль. — Привет, Кей.
— А, вот и добрый друг Джин Эрсо, — сообщает Кей, и Кассиану упорно кажется, что тот над ним посмеивается. К2 окидывает взглядом Бодхи, поворачивается. — У нас будут ещё пассажиры? Мне не сообщали, придётся пересчитать степени риска.
— Ну, тогда развлекайся, — Кассиан легонько хлопает Бодхи по плечу. — Давай, лейтенант, вези нас на Орд Мантелл.
В последний раз на Орд Мантелле он был под личиной правительственного агента Уилликса. В отличие от остальных оперативных псевдонимов, этот ещё не успел засыпаться и сослужит им хорошую службу, даст добраться куда нужно.
Уилликс особенно полезен в качестве занозы в заднице у других бюрократов: те многое готовы спустить на тормозах, лишь бы отвязаться. А ещё он ярый сторонник правил и кодексов, дресс-кодов в том числе — чего не скажешь о самом Кассиане.
Джин наблюдает за сборами, кривится при виде его гладко зализанных волос и чисто выбритого лица.
— Ты сам на себя не похож, — сообщает она, и Кассиан заводит глаза к потолку.
— В этом всё и дело.
Джин задумчиво хмыкает, проводит пальцами по свежевыбритой щеке, приподнимает его лицо за подбородок и быстро целует.
— Думаю, я привыкну, — решает она и продолжает, всё ещё касаясь губами его губ: — Правда, подозреваю, будут царапины от щетины.
— Ну, уже есть немножко, — Кассиан проводит большим пальцем по уголку её рта. В ярком корабельном освещении заметно, что кожа там и правда немного покраснела. Джин ухмыляется, а он, уже чувствуя, что может пожалеть, услышав ответ, всё-таки спрашивает: — Что?
— Ты думал, я про лицо говорю, да? — Джин старательно напускает на себя невинный вид, но тщетно. Кровь бросается Кассиану в лицо, низ живота наливается теплом.
— Потом обсудим, — хрипло бормочет он, а Джин в ответ довольно улыбается.
— Конечно. Если выполним задание, можно даже обсудить, кто в группе главный.
— Понятия не имею, когда у меня всё пошло не так, — громко произносит из кабины Бодхи. — Знать бы…
— Хочешь, я проведу диагностику? — предлагает К2, и Джин, услышав эти слова, смеётся, утыкаясь лицом Кассиану в шею.
В ожидании есть своё, деликатное удовольствие, но так намного приятней.
— С возвращением? — будто читая мысли, спрашивает Джин. Её дыхание теплом овевает губы.
— На сегодня — да, — соглашается он. — А завтра… Если тебе интересно, есть одно дело на Орд Мантелле. — Кассиан даже не думает отправиться туда без неё. С одной стороны, могут быть проблемы, а с другой — совсем наоборот. — Кажется, два каких-то идиота влезли в заварушку с «Чёрным солнцем».
— Звучит заманчиво. — Её смех такой тёплый и родной. Джин наклоняет голову и целует его в уголок рта. Ладони скользят по шее, ложатся на плечи и осторожно тянут вниз, на койку.
Кассиан с охотой подчиняется, позволяет ей сесть себе на колени. Узкая военная койка определённо не рассчитана на двоих, на ней неудобно, но он не променял бы этот миг ни на что на свете.
Джин целует его крепче, упирается в плечи ладонями, и Кассиан невольно стонет ей в губы. Сейчас всё происходит и стремительно, и неторопливо, и будто бы бесцельно, словно им обоим хватит этого поцелуя до конца жизни.
Когда всё заканчивается, у обоих на миг перехватывает дыхание, они не в силах отодвинуться друг от друга. Ладонь Джин лежит у него на груди, прямо над тем местом, где колотится сердце, и Кассиан знает, что в темноте она чувствует это лихорадочное биение. Они оба застывают на мгновение, и оно тянется и тянется бесконечно, и было бы так просто ещё раз, теперь уже настойчивей, поцеловать Джин, стянуть рубашку с её плеч, утонуть в ней, забыться.
Но так тоже просто: потереться носом о её шею, притянуть к себе, дать поудобней устроиться рядом на узкой койке. Время ещё есть — и его хватит на всё.
На борту корабля К2, как и ожидалось, уже начал предполётную подготовку. А вот обнаружить здесь же укутанного в сразу три куртки Бодхи со скрещенными на груди руками и упрямым лицом оказалось неожиданностью.
Правда, лицо толком и не разглядеть.
— Он не любит холод, — заговорщически шепчет Джин, и улыбается Бодхи, получая в ответ сердитый взгляд.
— Я с Джеды. У нас по ночам бывало холодно, но это не холод, это какое-то природное извращение, — бурчит тот. — Кстати, я лечу с вами.
— А врачи тебе разрешили? — спрашивает Кассиан.
Бодхи стягивает шарф и ухмыляется:
— Нет. А тебе? Официально?
Ну да, нечего сказать, сам виноват.
— Кажется, я точно знаю, когда ошибся, — жалуется Кассиан и швыряет сумки в грузовой отсек. — Стоило пойти поперёк Совета, угнать корабль — и никто больше не считает меня главным.
— Если тебе станет легче, я никогда не считала тебя главным, — серьёзно отвечает Джин и, наклонившись, быстро целует его в лоб, а потом лезет на корабль. — Привет, Кей.
— А, вот и добрый друг Джин Эрсо, — сообщает Кей, и Кассиану упорно кажется, что тот над ним посмеивается. К2 окидывает взглядом Бодхи, поворачивается. — У нас будут ещё пассажиры? Мне не сообщали, придётся пересчитать степени риска.
— Ну, тогда развлекайся, — Кассиан легонько хлопает Бодхи по плечу. — Давай, лейтенант, вези нас на Орд Мантелл.
В последний раз на Орд Мантелле он был под личиной правительственного агента Уилликса. В отличие от остальных оперативных псевдонимов, этот ещё не успел засыпаться и сослужит им хорошую службу, даст добраться куда нужно.
Уилликс особенно полезен в качестве занозы в заднице у других бюрократов: те многое готовы спустить на тормозах, лишь бы отвязаться. А ещё он ярый сторонник правил и кодексов, дресс-кодов в том числе — чего не скажешь о самом Кассиане.
Джин наблюдает за сборами, кривится при виде его гладко зализанных волос и чисто выбритого лица.
— Ты сам на себя не похож, — сообщает она, и Кассиан заводит глаза к потолку.
— В этом всё и дело.
Джин задумчиво хмыкает, проводит пальцами по свежевыбритой щеке, приподнимает его лицо за подбородок и быстро целует.
— Думаю, я привыкну, — решает она и продолжает, всё ещё касаясь губами его губ: — Правда, подозреваю, будут царапины от щетины.
— Ну, уже есть немножко, — Кассиан проводит большим пальцем по уголку её рта. В ярком корабельном освещении заметно, что кожа там и правда немного покраснела. Джин ухмыляется, а он, уже чувствуя, что может пожалеть, услышав ответ, всё-таки спрашивает: — Что?
— Ты думал, я про лицо говорю, да? — Джин старательно напускает на себя невинный вид, но тщетно. Кровь бросается Кассиану в лицо, низ живота наливается теплом.
— Потом обсудим, — хрипло бормочет он, а Джин в ответ довольно улыбается.
— Конечно. Если выполним задание, можно даже обсудить, кто в группе главный.
— Понятия не имею, когда у меня всё пошло не так, — громко произносит из кабины Бодхи. — Знать бы…
— Хочешь, я проведу диагностику? — предлагает К2, и Джин, услышав эти слова, смеётся, утыкаясь лицом Кассиану в шею.
Страница 11 из 13
