Долгий путь домой

Кто-то до сих пор не верит, но такие люди были всегда. У них свои теории насчёт Альдераана, одна безумнее другой, — так уж они справляются с тем, что случилось. Но множество, отойдя от ступора, было вынуждено по-новому взглянуть на галактику и сделать свой выбор.

Альянс ныне представляется им тем, чем он хотел быть всегда, — единственной силой, способной противостоять Империи, а не сборищем разобщённых ячеек. Понятное дело, им всем ещё есть куда расти, но образ этот одновременно и полезный, и опасный. Теперь именно они основная цель: имперцы с завидным упорством доказывают, что повстанцам не победить, но в тоже время Альянс — самое место для тех, кто сгибается под тяжестью тирании.

С Джарайей они встречаются в кабаке у космопорта. На подбородке у неё новый шрам, волосы выкрашены в тёмно-синий. Она небрежно окидывает Кассиана взглядом с головы до пят и кивает: присаживайся, мол.

— Ну и где твоя неповоротливая тень?

К2 она тоже не нравилась, впрочем, ему никто никогда не нравился.

— Погиб. Как твоя жена?

— Понятия не имею, она мне не докладывает, — тут же отвечает Джарайя: значит, где-то под глубоким прикрытием. Кажется, она до сих пор зла на Кассиана за то, что тот завербовал Ами. — Прогуляться сможешь? — В голосе слышится намёк на беспокойство: значит, скрыть лёгкую хромоту не вышло.

— Сейчас?

Джарайя пожимает плечами.

— Сегодня особенный день. Можно встретить старых друзей, понюхать цветочки, взорвать пару зданий…

— Как в старые времена, — бормочет Кассиан и поднимается. Будь она сейчас на задании, пришлось бы на этом и распрощаться. В последний раз его угораздило заработать ранение и попасть на допрос к имперцам, но Джарайя всё-таки его вытащила. — Всё может быть.

По дороге домой приходит сообщение с новыми координатами — базу наконец перенесли. Кассиан кривится, осознав, куда именно: хуже Хота ничего и придумать было нельзя. Впрочем, вряд ли имперцам придёт в голову, что кто-то окажется настолько чокнутым, что обоснуется в этой проклятой ледяной пустыне, так что ладно.

Первые два часа совещания Кассиана бьёт озноб, а стоит отправиться на поиски своей комнаты, он тут же умудряется заблудиться. Эти два дня оказались до ужаса долгими.

И таких дней будет только больше — Бейз с Чиррутом явно вляпались в заварушку с Чёрным Солнцем на Орд Мантелле. Дравен винит в этом Кассиана, но скоро понимает, что это хорошая возможность зачистить организацию и прикарманить её ресурсы.

Кода на двери нет, она с лёгкостью отходит в сторону. Глазам требуется несколько секунд, чтобы привыкнуть к темноте, но тут навстречу воздвигается огромная тень — такая знакомая тень, в голове тут же мелькает: «К2! — Да нет, быть того не может! — Имперский дроид», — и Кассиан тянется к бластеру, а спину продирает мороз.

— Кассиан, ты вернулся, — произносит Кей, и рука по дороге к бластеру расслабляется, воздух с шумом вырывается из лёгких.

— Кей, — с удивлением отвечает Кассиан. И совсем непонятно, как такое вообще возможно, и во что сейчас угораздило вляпаться.

— Женщина, которая назвалась Джин Эрсо, перезагрузила меня. Сказала, что ты на задании, — с укором в голосе продолжает Кей.

Джин. Ну конечно.

— Она мой добрый друг, Кей.

— Я обновлю свои базы, — раздражённо отвечает дроид, и Кассиан невольно смеётся, в груди растекается тепло. — Она сказала, что меня застрелили, когда я тебя защищал, — добавляет Кей, и Кассиан кивает.

— Дать тебе доступ к отчётам по операции?

— Да, пожалуйста.

Кассиан загружает терминал, вбивает код, а по жилам до сих пор разбегается тепло, внутри распускается что-то, подозрительно похожее на радость.

— Развлекайся, Кей. Я скоро вернусь, нужно поговорить с Джин.

— Добрый друг Джин Эрсо, — всё так же недоверчиво уточняет Кей. Кассиан невольно ухмыляется и порывисто обнимает дроида, и тот неуклюже похлопывает его по спине.

Замок знает его: стоит приложить к панели ладонь, индикатор загорается зелёным, дверь отходит в сторону. Джин тут же просыпается, она вообще чутко спит, подвигается к краю койки.

В комнате темно, но он может с лёгкостью вообразить знакомые черты, когда Джин оглядывает его, тянется рукой к свежему синяку на щеке. Прикосновение лёгкое, тёплое, и Кассиан ловит её ладонь и переплетает пальцы со своими.

Трудно поверить, что они знакомы каких-то две недели, что полмесяца назад она была совсем чужой. Кассиан вспоминает их первую встречу, тот неподдельный огонь, что пылал в ней, — яростный и опасный. Сейчас это пламя согревает, оно стало давним другом, ощущением дома.

Джин улыбается, когда он берёт её за руку, и Кассиан не в силах удержаться и не поцеловать её.

Можно ощутить вкус её улыбки, мягкость её губ. Рука вдруг оказывается у неё на шее — Кассиан совсем не помнит, когда успел её туда положить, пальцы зарываются в волосы. Джин тут же придвигается ближе, а потом ещё ближе.