Долгий рассвет

Баан-Ну отскочил от того места, где они стояли.

― Вы видели? ― завопил он, хватаясь за сердце. ― Невидимые беллиорцы!

― Как мы могли их видеть, если они невидимые? ― педантично начал Ву-Инн, который оказался поблизости, но его перебили несколько арзаков сразу.

― Мы видели! ― с непреходящим изумлением сказал один. ― Я смотрел прямо на неё, а она взяла и исчезла! Растворилась!

Из пустоты донёсся звонкий смех и топот ног.

― Я же говорил! ― повторял Баан-Ну, как заведённый. ― Они есть! Невидимые беллиорцы! А мне никто не верил, а то я не знаю, что вы не верили!

― Приходится признать, что они есть, ― сказал подошедший Бу-Сан. ― Я считал вашу идею фантазией, но…

Энни появилась перед ними из воздуха и отвесила шутовской поклон.

― А мы есть, ― сказала она. ― Бойтесь невидимых беллиорцев! Они за вами следят!

На лицах менвитов отразился шок, арзаки хихикали, раньше поняв, что опасности нет, мальчишка Тим и вовсе покатывался со смеху.

― Почему же ты не стала невидимой, когда была в опасности? ― не выдержал Баан-Ну.

― Не могла, ― призналась Энни. ― Я же говорила: при особых обстоятельствах. Но ваши лица надо видеть! Не бойтесь! Теперь, когда вы исправились, мы вам ничего плохого не сделаем.

Баан-Ну усомнился в том, что они исправились, но ничего не сказал.

Утро было уже далеко не ранним, в открытое окно доносились голоса, пение птиц, влетал душистый свежий ветерок, а просыпаться было легко и приятно.

― Привет, ― сказал Мевир, зевая и потирая глаза. ― Поверить не могу, что всё закончилось!

― Что ― всё? ― уточнил Эйгард. Он лежал на спине, закинув руки за голову и косился на Мевира, ожидая, пока тот проснётся окончательно.

― Всё, ― ответил Мевир, для верности показывая на окно. ― И нашествие тумана, и наша болезнь. М-м-м… ― И он сладко потянулся.

Судя по задумчивому взгляду, Эйгард прислушивался к себе, пытаясь понять, выздоровел или ещё нет, но Мевир ждать не собирался. Он-то точно знал, что уже здоров, правда, во всём теле была слабость, но это должно было пройти.

― Так, ― сказал он, озираясь. ― Предлагаю такое: сначала в душ, потом переодеться, а потом выбираться отсюда. Если хочешь.

― Во-первых, нас отсюда так просто не выпустят, ― фыркнул Эйгард, ― во-вторых, я бы ещё повалялся в тишине и спокойствии. Но насчёт душа я не против. Кстати, где мы одежду возьмём?

Мевир выбрался из постели, порылся в шкафу и нашел ещё два комплекта пижамы.

― Выбора нет, ― сказал он. ― А вот и полотенце.

― Наконец-то можно смыть с себя всю эту дрянь! ― воскликнул Эйгард, и Мевир не был уверен, что он говорит только про пот и грязь, которые остались после их болезни. Это случилось с ними до победы над захватившим страну злом и отчасти ему принадлежало, поэтому мысль про тёплую воду казалась тем более заманчивой.

― Тебя можно трогать? ― с осторожностью спросил Эйгард, намыливая мочалку.

― Отчего же нет? ― удивился Мевир. ― Ай, щекотно!

― Здесь не щекотно, врёшь! ― сказал Эйгард, нарочно щекоча ему бока. ― Да стой спокойно!

― Это ты мне не даёшь! ― захихикал Мевир, прижимая локти к бокам и пытаясь увернуться. ― Вот доберусь я до твоих пяток, только мочалку дай!

― Ты прав, ― сказал Эйгард, когда они навозились и успокоились. ― Душ ― это святое.

― С некоторых пор, ― поправил Мевир. ― И я бы не сказал, что это хорошо.

Эйгард открыл один глаз, по лицу у него текла мыльная пена.

― Зато ты всегда чистый, ― сказал он. ― Во всём надо искать положительное. Ты сам говоришь. Хочешь, я кое-кому вмажу?

― Не надо, ― испугался Мевир. ― Только этого не хватало.

― Ты сам?

― Никто! Потому что незачем! Я просто на него посмотрю. Проникновенно.

― Ага, и он тут же раскается, ― не поверил Эйгард. ― В любом случае, если что, зови меня на помощь.

Вымывшись и переодевшись, они расселись по своим местам, но ждать им пришлось недолго. Открылась дверь и вошёл Лон-Гор, который нёс им завтрак.

― Сам полковник приносит нам еду! ― восхитился Мевир. ― Доброе утро! А мы уже здоровы, можно нам отсюда…

И он сделал красноречивый жест.

― Нельзя, ― строго ответил Лон-Гор и достал сканер. ― Сначала обследования, потом еда, потом посмотрим.

― Так вы нас выпустите? ― через некоторое время спросил Эйгард с надеждой, прихлёбывая компот.

― Выпущу, ― неохотно сказал Лон-Гор. ― Принесу одежду и выметайтесь, свежий воздух полезнее для восстановления… Никакой работы, никаких купаний!

Он присел на край их сдвинутых коек.

― И вот ещё что. Ман-Ра. Я подумал, вы должны знать.

― Что ― Ман-Ра? ― насторожились оба.

С ужасом они выслушали рассказ о спасении незадачливого биолога, и лицо Эйгарда становилось всё более жёстким.

― То есть, сейчас самый подходящий момент, чтобы доломать его окончательно? ― уточнил он.

Мевир и Лон-Гор на мгновение лишились дара речи.

― А вы хотите? ― с осторожностью поинтересовался полковник. Эйгард прислушался к себе.

― Хочу посмотреть, как он мучается, ― признался он. ― А в следующую секунду уже хочу его никогда не видеть больше. И что мне делать?