Дом на краю болота

— Начала взрываться Настя, все же правильно говорят, что травмы детства — самые тяжелые, и они всегда при тебе. Если попадешь в неблагоприятную среду или с таким вот абьюзивным человеком, то память выдает те эмоции, в которых ты когда-то был и они всплывают рано или поздно при неблагоприятных обстоятельствах. А казалось, будто они благополучно исчезли. Из памяти ничего не исчезает…

— Забудь про моих друзей, тебе до них не долететь никогда!

Потом поспешила выйти, чтобы лишнего не сказать. Когда вышла, она сделала вдох, задержала, потом с шумно сделала выход. Анжелла всегда действовала ей на нервы.

Анжелла стояла как ошпаренная. Она еще такой наглой, смелой, дерзкой и жесткой «прислуги» не встречала, все ее боялись, как«начальницу» — помощника Главного всё же, да и документы их у нее хранятся.

— Ну, извини, извини, пожаааалуйста, — испугалась бумажная «прислуга» как называли ее горничные и уборщицы.

— Я видела вашего Витю, когда вы приехали, а я как раз из машины выходила, тааааакой мужчинаааа.

— Анжел, тебе сколько?

— Не намного старше тебя.

— Ясно, одиночество тебя не украшает.

— А я и говорю, что мне мужик нужен, нормальный, вот я и подумала, что в гости к вам приеду, познакомишь со всеми своими барачными.

Тут Настя так посмотрела на «почти одногодку» что Анжелла медленно стала садиться на свое кресло, шумно глотнула слюну и…

— Ты давай иногда вспоминай, что ты на работе и обязанности вспомни.

Деньги за что получаешь?

И вышла.

— Стерва! С. ка! Тварь! …

— Анжелла, с тобой всё в порядке.

— Да, Хайдар Юсупович!

— Вот и работай!

Настя не успела на вахтовый, у него свой лимит ожидания, и пришлось на попутке автостопом.

— Эй, девушка, вы здесь работаете?

— Тонированное переднее окно опустилось, и оттуда выглянул неприятный тип, если вспомнить описание мужиков, о которых говорила Маша, похож на «жирного».

— Нет, извините, я мужа жду.

— Может, мы подвезем?

— Неприятно подмигнув, осмотрел ее водила.

Вечером она никогда не оставалась сверхурочно, но дела хотелось завершить до дня увольнения.

— Ты знаешь этих?

— Спросила Настя.

— Нет!

— Резко отрезала Анжелла.

— Ясно.

— Коротко ответила Настя. Она уже знала характер этой мажорки.

— А почему ты не спрашиваешь? А зачем они приезжали? Что у тебя спрашивали?

— Анжелла была удивлена, и ей очень хотелось продолжения.

— Не знакома. Я с их впервые вижу. Испугалась.

— Я курить выходила днем, они про Машу спрашивали. Они хотели позвать ее, а я сказала, что она уже уволилась. Они выругались, и ушли.

Настя от услышанного еще сильней испугалась.

— Ты чегоооо?

— Удивилась Анжелла.

Настя набрала Витю:

— Вить, в нашу сторону поехала черная легковая, я не разбираюсь, и номер не успела. Анжелла говорит, что они приезжали днем, спрашивали про Машу. Она дома?

— Да, я звонил Фархаду, спросил, может молоко купить, а он сказал, что Маша звонила домой, по пути купила. Они вместе что-то готовят. А ты где?

— На остановке напротив работы. Никак не могу уехать. Они остановились, хотели подвезти.

— Ты зайди обратно. Стой там. Я приеду за тобой.

Анжелла тоже не спешила домой, когда услышала, что за Настей приедет Витя.

— Интересно, интереееесно, какая у него тачка?

У них ни у кого машин не было, только три велосипеда.

Где-то через полчаса подъехала «Лада» хозяин Фархада:

— О, да! Как же я не догадалась!

— Иди уже. Была бы ты добрей и нормальной, ты бы давно и в гостях у нас была, и, может, дружили с тобой. Ты ведь неплохая баба!

— А вы живете колхозом? К вам? А что, пригласила бы меня?

— Анжелла никогда не слышала, чтобы он ей сотрудники отзывались как о хорошей и даже в свою компанию могли пригласить. Почему бы и нет!

Настя уже не слушала ее, а работодатель Фархада Нуруло сказал: «Эта длинноногая приключения на свою. опу в такой час? Чего домой не едет?» — Потом заботливо, по-отечески сказал ей (эту трассу ночную он знал хорошо):

— Девочка, тебе домой пора, уезжай отсюда скорей! Здесь опасно!

Анжелла послушно побежала к своей иномарке и быстро уехала.

Маша показала характер.

Нуруло, по просьбе Вити, оставил их с Настей на перекрестке, а сам поехал к себе домой.

Вечер за деревней — это черное небо и три огонька из барака. Похолодало. Витя снял свою кожаную куртку и помог надеть Насте. У нее снова разлетелись цветочки по всему телу, ей казалось, что она люминесцентно светилась даже через куртку, будто бы она — светлячок.

Она робко прижалась к нему, так хотелось, чтобы он ее обнял.

— Холодно, что ли?

— Аха, — сказала она и прижалась к нему.

— Сейчас согреешься! Скоро дома будем, там ужин. Как хорошо, когда тебя ждут!

Приближаясь ко входной двери, они остановились. Молча глядели друг другу в глаза. Этого момента она ждала столько лет! Витя нежно обнял ее и так они постояли какое-то время. Только он решился приблизить ворот куртки, чтобы нагнуться и поцеловать в щечку, как в окно выглянули все, кто был дома. Они услышали скрип половицы на крыльце.

— Во, теперь все дома!

— Слышно было, как они обрадовались.