Фандом: Гарри Поттер. Герман Грейнджер, негр, задира и главный хулиган Хогвартса обращает свое внимание на робкую и прилежную блондинку Дракону Малфой, которой теперь придется учиться защищаться, и это изменит все в каноне. Тотальный гендерсвап — пол у всех персонажей, и даже пары котиков изменен на противоположный.
91 мин, 21 сек 13065
— Кого я вижу, моя дорогая племянница, — продолжал голос. — Надо полагать, воссоединение с отцом прошло немного не так, как его представлял себе мой глупый братец?!
Бетельгейзе Блэк, без маски, откровенно глумливо скалясь, вышел в круг света. В руке его обманчиво небрежно лежала палочка, словно «дядя Бета» ее сейчас выронит. Но Дракона знала, что это лишь уловка, знала, насколько опасен, быстр, безжалостен Бетельгейзе в бою.
— Конечно же, эта глупышка Патти…
— Эй, ты, дрочильщик Смерти, — сплюнул Грейнджер, — выходи биться один на один!
Он отодвинул плечом Дракону, вставая перед ней, и тут же крутанул палочку.
— Фините!
— Недурно, недурно для такого грязнокожего, — хмыкнул Бетельгейзе.
— Протего! — крикнула Дракона, подаваясь вперед под рукой Германа.
Бетельгейзе еще раз крутанул палочкой, его невербальное заклинание разнесло щит Драконы, следующее задело плечо Грейнджера, который не успел уклониться. Позади слышался хруст стекла, ругательства, можно было не сомневаться — часть Вышивальщиц уцелела и приближается. Что там чувствовала Гарриет? Пророчество? Теперь это не имело значения, им не пройти мимо дяди, а значит, ловушка все же захлопнулась.
— Ба! — Бетельгейзе неожиданно отпрыгнул. — Да сегодня прямо день семейных встреч!
Палочка в его руке крутилась и вертелась с умопомрачительной скоростью, он молча отбивал атаки. Из темноты летели заклинания, тоже невербальные.
— Бери Гарриет и уходи! — из темноты выбежал Мило Прюэтт, отец Рони.
Следом за ним показалась Сарина Блэк, лицо ее было красным от ярости, из палочки рвались лучи заклинаний. Бетельгейзе хрипло рассмеялся, отступая под натиском двоюродной сестры, затем улучил момент и резко ткнул себя палочкой в левую руку, ниже плеча.
— Сам не справился и зовешь свою Темную сучку?! — крикнула Сарина.
Вот тут Бетельгейзе проняло, он яростно взревел и перешел в ответную атаку. В зале вспыхнул свет, что-то громко треснуло и разлетелось, затем донеслись выкрик и удар, такой, что зашатался пол под ногами. Слышались многочисленные хлопки аппарации, где-то вдалеке вспыхнул столб света, все вокруг свистело, грохотало, визжало и ухало.
— Постоянная бдительность! — загремел фирменный возглас Аланны Грюм.
«Уродливая, как сама Смерть», как обзывали ее враги из-за того, что Аланна потеряла ногу и глаз во время первой войны, а тело Грюм было испещрено многочисленными шрамами. Аланна, в свою очередь, лишь кривилась в усмешке и говорила, что раз она Смерть, то обязательно придет за своими Вышивальщицами. И приходила, хватала и сажала их в Азкабан.
Затем словно огромный молот обрушился на Дракону, оглушая и вжимая в пол.
Ее подхватили и вскинули на плечо, потащили куда-то прочь от схватки. Герман, вяло поняла Дракона. Она хотела крикнуть, что нужно помочь Винченце и Грете, но мир вокруг стал беззвучным, плоским и бесцветным. Все пропало, мелькнула мысль, такая же вялая, как и предыдущая. Затем ее поставили на ноги, и Герман что-то проговорил, но Дракона не слышала. Он начал ее трясти, потом полез рукой в рот, и Дракона, словно очнувшись, сжала зубы. На вкус палец Грейнджера был грязным и потным, сам Герман отдернул руку и что-то заорал зло, затем отпустил Дракону. Сунул ей под нос флакон с зельем, Дракона попробовала отпихнуться, но бесполезно. Могучая рука сжала ей щеки, как будто собираясь раздавить, и Герман влил зелье в приоткрывшийся рот. Дракона отбрыкивалась, пыталась выплюнуть, но Герман держал ее крепко, зажимал нос.
— … ра! — звук вернулся на середине слова, резко, моментально.
— Сам дурак! — выкрикнула Дракона, кашляя и отплевываясь.
— Хватит ворковать, голубки! — зло выкрикнула Рони, появляясь рядом.
Лицо ее было разодрано, словно она сражалась со стаей кошек, мантия свисала лохмотьями. Грохот магической битвы усилился за это время и стал почти нестерпимым.
— Пророчество у Гарриет! Бежим!
Рони утерла лицо, не замечая, что лишь размазывает кровь, и Дракона невольно подумала, что и сама, наверное, выглядит не лучше. Но они хотя бы были живы, с учетом размаха битвы, бушующей вокруг, — уже достижение!
— Гарриет! — откуда-то сверху шлепнулась Сарина Блэк, подскочила к Поттер. — Ты в порядке?
— Да-да, — Гарриет вскинула руку к шраму, — я сумела закрыться.
Уроки Окклюменции, неожиданно поняла Дракона, она сумела закрыть сознание. Неужели Темная Леди все это время была рядом? В другой руке Гарриет сжимала шар, в котором словно плавал туман или какая-то серебристая жидкость.
— Тогда уходим, пока не прибыли авроры!
— Откуда вы узнали?
— Она предупредила! — вскинула руку Сарина.
Люциана лишь слабо улыбнулась и кивнула всем. Видно было, что вспыхнувшие Гарриет и Рони с трудом сдерживаются, чтобы не высказать все, что думают о тех, кто принимает помощь Малфоев. Ну да, была у них пара стычек в прошлые года, но это все Дибби! А Герман так вообще сам первым полез!
— Аппарируем! — крикнула Сарина, встряхнув длинными черными волосами. — Рони, Гарриет — со мной, Герман, Дракона — с Люцианой!
Бетельгейзе Блэк, без маски, откровенно глумливо скалясь, вышел в круг света. В руке его обманчиво небрежно лежала палочка, словно «дядя Бета» ее сейчас выронит. Но Дракона знала, что это лишь уловка, знала, насколько опасен, быстр, безжалостен Бетельгейзе в бою.
— Конечно же, эта глупышка Патти…
— Эй, ты, дрочильщик Смерти, — сплюнул Грейнджер, — выходи биться один на один!
Он отодвинул плечом Дракону, вставая перед ней, и тут же крутанул палочку.
— Фините!
— Недурно, недурно для такого грязнокожего, — хмыкнул Бетельгейзе.
— Протего! — крикнула Дракона, подаваясь вперед под рукой Германа.
Бетельгейзе еще раз крутанул палочкой, его невербальное заклинание разнесло щит Драконы, следующее задело плечо Грейнджера, который не успел уклониться. Позади слышался хруст стекла, ругательства, можно было не сомневаться — часть Вышивальщиц уцелела и приближается. Что там чувствовала Гарриет? Пророчество? Теперь это не имело значения, им не пройти мимо дяди, а значит, ловушка все же захлопнулась.
— Ба! — Бетельгейзе неожиданно отпрыгнул. — Да сегодня прямо день семейных встреч!
Палочка в его руке крутилась и вертелась с умопомрачительной скоростью, он молча отбивал атаки. Из темноты летели заклинания, тоже невербальные.
— Бери Гарриет и уходи! — из темноты выбежал Мило Прюэтт, отец Рони.
Следом за ним показалась Сарина Блэк, лицо ее было красным от ярости, из палочки рвались лучи заклинаний. Бетельгейзе хрипло рассмеялся, отступая под натиском двоюродной сестры, затем улучил момент и резко ткнул себя палочкой в левую руку, ниже плеча.
— Сам не справился и зовешь свою Темную сучку?! — крикнула Сарина.
Вот тут Бетельгейзе проняло, он яростно взревел и перешел в ответную атаку. В зале вспыхнул свет, что-то громко треснуло и разлетелось, затем донеслись выкрик и удар, такой, что зашатался пол под ногами. Слышались многочисленные хлопки аппарации, где-то вдалеке вспыхнул столб света, все вокруг свистело, грохотало, визжало и ухало.
— Постоянная бдительность! — загремел фирменный возглас Аланны Грюм.
«Уродливая, как сама Смерть», как обзывали ее враги из-за того, что Аланна потеряла ногу и глаз во время первой войны, а тело Грюм было испещрено многочисленными шрамами. Аланна, в свою очередь, лишь кривилась в усмешке и говорила, что раз она Смерть, то обязательно придет за своими Вышивальщицами. И приходила, хватала и сажала их в Азкабан.
Затем словно огромный молот обрушился на Дракону, оглушая и вжимая в пол.
Ее подхватили и вскинули на плечо, потащили куда-то прочь от схватки. Герман, вяло поняла Дракона. Она хотела крикнуть, что нужно помочь Винченце и Грете, но мир вокруг стал беззвучным, плоским и бесцветным. Все пропало, мелькнула мысль, такая же вялая, как и предыдущая. Затем ее поставили на ноги, и Герман что-то проговорил, но Дракона не слышала. Он начал ее трясти, потом полез рукой в рот, и Дракона, словно очнувшись, сжала зубы. На вкус палец Грейнджера был грязным и потным, сам Герман отдернул руку и что-то заорал зло, затем отпустил Дракону. Сунул ей под нос флакон с зельем, Дракона попробовала отпихнуться, но бесполезно. Могучая рука сжала ей щеки, как будто собираясь раздавить, и Герман влил зелье в приоткрывшийся рот. Дракона отбрыкивалась, пыталась выплюнуть, но Герман держал ее крепко, зажимал нос.
— … ра! — звук вернулся на середине слова, резко, моментально.
— Сам дурак! — выкрикнула Дракона, кашляя и отплевываясь.
— Хватит ворковать, голубки! — зло выкрикнула Рони, появляясь рядом.
Лицо ее было разодрано, словно она сражалась со стаей кошек, мантия свисала лохмотьями. Грохот магической битвы усилился за это время и стал почти нестерпимым.
— Пророчество у Гарриет! Бежим!
Рони утерла лицо, не замечая, что лишь размазывает кровь, и Дракона невольно подумала, что и сама, наверное, выглядит не лучше. Но они хотя бы были живы, с учетом размаха битвы, бушующей вокруг, — уже достижение!
— Гарриет! — откуда-то сверху шлепнулась Сарина Блэк, подскочила к Поттер. — Ты в порядке?
— Да-да, — Гарриет вскинула руку к шраму, — я сумела закрыться.
Уроки Окклюменции, неожиданно поняла Дракона, она сумела закрыть сознание. Неужели Темная Леди все это время была рядом? В другой руке Гарриет сжимала шар, в котором словно плавал туман или какая-то серебристая жидкость.
— Тогда уходим, пока не прибыли авроры!
— Откуда вы узнали?
— Она предупредила! — вскинула руку Сарина.
Люциана лишь слабо улыбнулась и кивнула всем. Видно было, что вспыхнувшие Гарриет и Рони с трудом сдерживаются, чтобы не высказать все, что думают о тех, кто принимает помощь Малфоев. Ну да, была у них пара стычек в прошлые года, но это все Дибби! А Герман так вообще сам первым полез!
— Аппарируем! — крикнула Сарина, встряхнув длинными черными волосами. — Рони, Гарриет — со мной, Герман, Дракона — с Люцианой!
Страница 12 из 26
