Он бежал, внимая стенаниям предков, что теснились в глубинах Излома. Бежал, оставляя позади предателей. Друид, обманутый братьями — южными жрецами, возжелавшими принести его в жертву Рогатому. Его! В чьих жилах текла смолянисто-черная кровь древнего дуба. Густая, вязкая, крамольная, не чета той пресной синевато-алой жиже, наполнявшей нынче молодые и до беспредела лицемерные деревца.
— Потом явился Он — Альверий, говорит меня зовут. Я спасу тебя, милая, если сделаешь для меня кое-что. Убьешь Друида. И я согласилась… и после, прямо там, в огне, он взял меня как какое-то животное, сказал, будешь носить мое дитя, явишь его миру… — Зачем же, Лерия? — сурово сказал Вир.
— Я хотела жить!
— Нет, Лерия, это не путь жизни. Ты выбрала путь смерти, но теперь у тебя есть я… — Ты умрешь! — вскрикнула Лерия, поднимаясь на ноги.
— Я ухожу отсюда, но и ты уйдешь со мной, — проговорил Друид.
— Лерия, я призываю тебя.
— Нет!
— Лерия!
— Нет!
— Лерия! Твоя душа теперь моя. И может когда-нибудь ты очистишь ее… Мягкий свет обнял голову Друида, простираясь и к Лерии, растворяя девчонку в себе.
— Пора нам найти другой дом, — промолвил Вир, чувствуя, как нечто пульсирует возле горла — словно пробивается росток.
— Это еще не конец.
— Нафига тебе эти желуди, дурочка? — Алешка выдернул из ее рук банку с сокровищами.
— А я сделаю себе ожелуденное ожерелье! — радостно воскликнула Лера.
— Отдай!
— А ты догони! — Мальчишка скривил и без того корявенькие губы и унесся прочь, как олень, сверкнув черными глазищами.
Лера хотела броситься за ним, но другого ей хотелось даже больше.
Наконец-то она решилась!
К тому же за год она подросла и теперь-то уж точно могла дотянуться — до кругленького дупла, похожего на выколотый глазок на стволе высокого дуба.
Она встала на носочки, прижимаясь всем своим щупленьким телом к грубой коре, и просунула внутрь тонкую ручонку.
Ей всегда было интересно узнать, что там. Там ведь обязательно что-то есть, так? Сокровище, клад!
Пальцы коснулись чего-то странного, острого, но мягкого, как … нос?
Она опустила ладонь чуть ниже… неужели это… губы?
Она хотела отдернуть руку, убежать прочь от этого жуткого места, но что-то держало ее… кто-то.
— Как твое имя? — раздался голос изнутри.
Светлые волосы девочки встали дыбом.
— Ле… Лера… — зачем-то сказала она.
— Хорошо, — ответило существо из дерева.
— Лера, Лерочка…