На волне 90-х книжные прилавки многочисленных базаров, палаток и даже киосков заполонила эзотерическая литература про открытие всех чакр, пособия по практической чёрной магии и учебники астрального карате. Интерес к боевым искусствам, вспыхнувший на закате СССР, угасал, как угасали и отечественные школы бокса и борьбы. Толпы школьников пубертатного периода оказались предоставлены сами себе.
Добавить в моё избранное
6 мин, 8 сек 2354
Те, кто покрепче, всё равно находили себя в спорте. Те, кто решил жить по законам волчьих стай, стал сбиваться в шайки, банды, «бригады». И перед неокрепшими духовно и физически ботаниками вроде меня во всём своём ужасном великолепии вставал вопрос: быть ежедневным объектом насмешек и терпеть издёвки, тычки и удары толпы шакалят, либо стать одним из них, стать «лучшим другом» всех и каждого в какой-нибудь стайке, получая за это издёвки и оскорбления только от них, а не от всех подряд. К сожалению, не нашлось тогда никого рядом, кто дал бы мне пинка в сторону спортзала или вправил мозги, показав надуманность моих подростковых переживаний.
И тут с какого-то книжного развала моя тётка-«экстрасенс» и«серая ведьма Агриппина»(хотя по паспорту — Зинаида Егоровна) притащила своему заморышу-племянничку«Первое полное практическое руководство по магии Вуду (с рецептами)» (название книги я изменил). Причём, даже она, несмотря на увлечения новомодной оккультной мишурой, посмеивалась над нелепой яркой обложкой и обещаниями могущества, сказочных богатств и решения всех проблем.
В первую же ночь книга была мной изучена. В середине попался контракт. Он был напечатан прямо в ней. В нём предлагалось заключить пожизненное соглашение с любым из пожелавших откликнуться духов — соглашение о взаимодействии и покровительстве. В случае моего согласия и прочтения слов призыва предлагалось просто подождать, пока в пустой строчке под контрактом не появится отметка — точка, помарка, прокол листа… Что угодно — это бы означало, что договор вступил в силу.
Я закрыл книгу поздно, во втором часу ночи. Утром же, после завтрака, я зашёл за портфелем и, поколебавшись минуту, приоткрыл книгу на нужной странице. В пустовавшей накануне строке коричневело аккуратное пятнышко.
Весь день я просидел, как на иголках, домой я прибежал раньше обычного и, сославшись на подготовку к контрольной, закрылся в своей комнате. То, что не казалось серьёзным вчера, обрело смысл сегодня. Обидчик избил тебя? Одержимый духом-покровителем отброс общества топориком для мяса изуродует его руки, которыми он посмел ударить, и ноги, которые его привели к тебе. Просто проведи ритуал, ублажи духа и дай ему пристанище… А потом выпусти на охоту. Он сам найдёт, чьё тело занять, и сам же накажет обидчика. Тебе только надо оставить дорогу — символический путь, по которому дух-покровитель сможет выйти из своего пристанища: открытое окно, приоткрытую дверь квартиры…
Синяк на левой скуле был уже желтоватым, разбитые губы почти зажили, но обида на местного «авторитета» никуда не делась — тот регулярно напоминал о себе, гогоча при моём появлении, картинно показывая удар кулаком в район головы и«одалживая» деньги. Как раз после вопроса по поводу возврата хотя бы части долга удар превратился из замедленного и плавного в болезненный таран, заставивший мою голову отскочить от кулака, как мяч от стены. Второй удар я не помнил — просто когда пришёл в себя, во рту стоял привкус крови, а куртки не было — я валялся в переулке возле школы в одной рубашке.
Теперь же мне у меня была возможность проверить свои силы и отомстить обидчику. Да и если уж на то пошло, я до конца в это не верил. А если бы что-то произошло, я бы стал искать логические объяснения, доказывать себе случайность всего произошедшего. И тут я вернулся к описанному примеру — «одержимый духом-покровителем отброс общества топориком для мяса изуродует его руки, которыми он посмел ударить»… Для нашего городка это было бы ЧП. В этом случае я бы уже не смог забиться в нишу отрицания происходящего, а последние сомнения оказались бы развеяны.
В полночь я провёл ритуал, оставил дорогу духов — открытое окно в спальне — и отпустил духа-покровителя на охоту. Как ни странно, но заснул я довольно быстро. Проснувшись, первым делом спрятал все следы проведённого ритуала, потом подошёл к окну, чтобы закрыть его, и обомлел: на подоконнике виднелось аккуратное коричневое пятнышко пятнышко засохшей крови. Побаливающая с утра голова взорвалась каскадом мыслей и эмоций, но к своему стыду должен признать, что скорее это было предвкушение, нежели стыд.
А наш городок всколыхнула тем временем весть о том, что кто-то сильно порезал сына местного «частника» продававшего забугорный ширпотреб на местном рынке — особенно пострадали руки: перерубленные сухожилия, многочисленные переломы костей предплечий, почти перерубленный пополам лучезапястный сустав правой руки и раздробленные фаланги пальцев левой… Обстоятельства произошедшего в интересах следствия не разглашались, но народная молва донесла до всех желающих вести, что якобы из дома ничего не пропало, а приехавший к вечеру хозяин обнаружил своего сына еле живого и истекающего кровью на кухне. Там же были следы пьянки — очевидно, пользуясь отсутствием бати, наследничек решил покутить с товарищами. А вот дальше мнения разнились: кто говорил, что его дружи порезали, кто — что после пьянки, когда все разошлись, в дом вломились грабители и начали пытать сынка в надежде выведать у него место хранения сбережений его главы семьи.
И тут с какого-то книжного развала моя тётка-«экстрасенс» и«серая ведьма Агриппина»(хотя по паспорту — Зинаида Егоровна) притащила своему заморышу-племянничку«Первое полное практическое руководство по магии Вуду (с рецептами)» (название книги я изменил). Причём, даже она, несмотря на увлечения новомодной оккультной мишурой, посмеивалась над нелепой яркой обложкой и обещаниями могущества, сказочных богатств и решения всех проблем.
В первую же ночь книга была мной изучена. В середине попался контракт. Он был напечатан прямо в ней. В нём предлагалось заключить пожизненное соглашение с любым из пожелавших откликнуться духов — соглашение о взаимодействии и покровительстве. В случае моего согласия и прочтения слов призыва предлагалось просто подождать, пока в пустой строчке под контрактом не появится отметка — точка, помарка, прокол листа… Что угодно — это бы означало, что договор вступил в силу.
Я закрыл книгу поздно, во втором часу ночи. Утром же, после завтрака, я зашёл за портфелем и, поколебавшись минуту, приоткрыл книгу на нужной странице. В пустовавшей накануне строке коричневело аккуратное пятнышко.
Весь день я просидел, как на иголках, домой я прибежал раньше обычного и, сославшись на подготовку к контрольной, закрылся в своей комнате. То, что не казалось серьёзным вчера, обрело смысл сегодня. Обидчик избил тебя? Одержимый духом-покровителем отброс общества топориком для мяса изуродует его руки, которыми он посмел ударить, и ноги, которые его привели к тебе. Просто проведи ритуал, ублажи духа и дай ему пристанище… А потом выпусти на охоту. Он сам найдёт, чьё тело занять, и сам же накажет обидчика. Тебе только надо оставить дорогу — символический путь, по которому дух-покровитель сможет выйти из своего пристанища: открытое окно, приоткрытую дверь квартиры…
Синяк на левой скуле был уже желтоватым, разбитые губы почти зажили, но обида на местного «авторитета» никуда не делась — тот регулярно напоминал о себе, гогоча при моём появлении, картинно показывая удар кулаком в район головы и«одалживая» деньги. Как раз после вопроса по поводу возврата хотя бы части долга удар превратился из замедленного и плавного в болезненный таран, заставивший мою голову отскочить от кулака, как мяч от стены. Второй удар я не помнил — просто когда пришёл в себя, во рту стоял привкус крови, а куртки не было — я валялся в переулке возле школы в одной рубашке.
Теперь же мне у меня была возможность проверить свои силы и отомстить обидчику. Да и если уж на то пошло, я до конца в это не верил. А если бы что-то произошло, я бы стал искать логические объяснения, доказывать себе случайность всего произошедшего. И тут я вернулся к описанному примеру — «одержимый духом-покровителем отброс общества топориком для мяса изуродует его руки, которыми он посмел ударить»… Для нашего городка это было бы ЧП. В этом случае я бы уже не смог забиться в нишу отрицания происходящего, а последние сомнения оказались бы развеяны.
В полночь я провёл ритуал, оставил дорогу духов — открытое окно в спальне — и отпустил духа-покровителя на охоту. Как ни странно, но заснул я довольно быстро. Проснувшись, первым делом спрятал все следы проведённого ритуала, потом подошёл к окну, чтобы закрыть его, и обомлел: на подоконнике виднелось аккуратное коричневое пятнышко пятнышко засохшей крови. Побаливающая с утра голова взорвалась каскадом мыслей и эмоций, но к своему стыду должен признать, что скорее это было предвкушение, нежели стыд.
А наш городок всколыхнула тем временем весть о том, что кто-то сильно порезал сына местного «частника» продававшего забугорный ширпотреб на местном рынке — особенно пострадали руки: перерубленные сухожилия, многочисленные переломы костей предплечий, почти перерубленный пополам лучезапястный сустав правой руки и раздробленные фаланги пальцев левой… Обстоятельства произошедшего в интересах следствия не разглашались, но народная молва донесла до всех желающих вести, что якобы из дома ничего не пропало, а приехавший к вечеру хозяин обнаружил своего сына еле живого и истекающего кровью на кухне. Там же были следы пьянки — очевидно, пользуясь отсутствием бати, наследничек решил покутить с товарищами. А вот дальше мнения разнились: кто говорил, что его дружи порезали, кто — что после пьянки, когда все разошлись, в дом вломились грабители и начали пытать сынка в надежде выведать у него место хранения сбережений его главы семьи.
Страница 1 из 2
