Фандом: Гарри Поттер. Она ненормальная. Определенно — умалишенная! Безумная Гермиона Грейнджер… О, простите, конечно же, Грейнждер-Уизли! Только вот с ума она сходит вовсе не по мужу. А по кому? Кто он — тот, ради которого эта женщина готова забыть семью и детей, да вообще оставить свою жизнь (в прямом и переносном смысле)?! Реальный мужчина или лишь плод ее больного воображения?Мне было бы все равно, не согласись я, Драко Малфой, стать ее лечащим врачом…
123 мин, 47 сек 6181
И так без остановки. Она рассказывала, как проходили эксперименты с новым заклинанием, он критиковал. Она задавала вопросы о зельях, которые ей не удавались, он объяснял. Оказалось, Снейп умеет раскладывать по полочкам знания, как и пробирки в своей лаборатории. Поразительный мужчина!
Они не успели попрощаться — будильник вырвал Гермиону из объятий Морфея так же внезапно, как Огневиски окунул ее туда. Утро ворвалось в ее мир, наполненный Роном и житейскими хлопотами. Но на этот раз новый день не тяготил Главу Отдела Тайн. Напротив, он обещал новые возможности и свершения.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Рон заботливо, и в его голосе читался… Испуг?
— А что? — Гермиона игриво улыбнулась мужу, закручивая волосы в замысловатую прическу.
— Да так… — Рон махнул рукой, словно отгонял унылые мысли, и отправился в душ.
Антипохмельное зелье придало дополнительную бодрость духу, и Гермиона отправилась покорять новые вершины. Первый день в роли Главы Отдела Тайн — самого многообещающего отдела в Министерстве. Она стала Невыразимой. Красивое определение для красивой женщины. Не хватало только одного… Гермиона наконец-то познакомилась со своими сотрудниками-подчиненными, осмотрела кабинет и даже подписала несколько бумаг. Особенно ей понравилась гигантская библиотека, открывавшаяся за задней стеной ее кабинета. Поговаривали, теперь она занимала Комнату Знаний. Это особенно польстило ей, и Гермиона весь день пребывала в отличном настроении.
Она увидела его в тот же день после работы. Шла по улице, надеясь заскочить в свою любимую галерею за новым пеньюаром, когда увидела того, кого хотела бы встретить больше всего на свете.
Он шел, чуть ссутулясь, одетый во все черное. Его волосы были схвачены сзади в небрежный «конский хвост». И хотя Гермиона видела только его спину, этого хватило, чтобы подойти, коснуться локтя и с замиранием сердца окликнуть:
— Северус Снейп?
Мужчина обернулся. Конечно, не он. Но как похож! Столько общих черт, столько знакомых линий! Он оглядел свою случайную визави с головы до ног, а потом вдруг улыбнулся тонкими губами, совсем не так, как делал профессор, и произнес:
— Нет, но для вас я мог бы побыть им, если хотите!
В другой — нормальной — ситуации Гермиона отказалась бы. Но он был такой живой, такой настоящий, и так близко, что она улыбнулась в ответ.
— Хочу! — сказала женщина задорно, и глаза незнакомца вспыхнули.
— Тогда пойдем? — хитро сказал он.
— Пойдемте, — согласилась Гермиона. — Вон там, за углом, есть неплохой ресторан.
— Простите? — улыбка слетела с лица мужчины.
— Что-то не так? — Гермиона непонимающе уставилась на него.
— Честно говоря, я полагал, что такой тон общения располагает… кхм… к более близкому знакомству, — он почесал затылок. Снейп никогда не делал так.
— Ах вот что! — Гермиона поняла, как ошиблась. — Тогда, думаю, ничего не выйдет.
— Но почему же? — казалось, она понравилась собеседнику.
— Потому что вы не Северус Снейп! — отрезала Гермиона и пошла в сторону галереи.
Он догнал ее, схватил за руку и остановил, говоря тихо и нежно, словно гладя:
— Хорошо, пойдемте в ресторан.
Они сели за столик, и мужчина заказал стейк средней прожарки и вино. Гермиона ограничилась салатом. Она вовсе не была уверена, что делает все правильно, но…
— Я похож на одного из ваших знакомых? — спросил мужчина, чье имя она даже не попыталась узнать.
— Со спины, — прохладно ответила Гермиона, не желая вдаваться в подробности.
— Как странно, — мужчина прикусил губу. — Сегодня утром я также обознался.
— Приняли прохожую за старую любовь? — чуть скептически выдала Гермиона, и собеседник усмехнулся:
— Все гораздо прозаичнее: принял кислоту за щелочь! — он усмехнулся, очевидно, вспоминая события минувшего утра, а Гермиона задрожала всем телом.
После ужина она оказалась в его постели в гостинице неподалеку. Неожиданно для себя, ломая все правила и приличия, она отдалась ему со страстью, о которой даже не подозревала. Он был ненасытен, словно мучился воздержанием долгие годы. Он заставлял ее кричать и биться в экстазе. Гермиона закрывала глаза — и случайный знакомый превращался в Северуса. Просто в Северуса, такого загадочного и в то же время такого мужественного, и оттого — простого и близкого.
Он входил в нее сверху, и лежа на боку, и сзади. Он даже сподвиг ее — Главу Отдела Тайн — задрать ноги к плечам, чтобы проникновение было максимально глубоким и оттого еще более желанным и живым, живым, живым! Гермиона даже не предполагала, на какие фокусы способно ее тело, привыкшее за долгие годы жизни с Роном к миссионерской позе…
А после оргазма ей захотелось умереть от стыда и ощущения предательства на собственном теле, обильно покрытом спермой чужого мужчины, который с коротким рыком излился ей на живот. Гермиона закрыла глаза, уже никого не представляя, не фантазируя больше.
— Как тебя зовут? — спросила она мужчину, лежащего без сил рядом, и он улыбнулся в ответ:
— Я хочу остаться для тебя Северусом Снейпом, — просто ответил он.
Они не успели попрощаться — будильник вырвал Гермиону из объятий Морфея так же внезапно, как Огневиски окунул ее туда. Утро ворвалось в ее мир, наполненный Роном и житейскими хлопотами. Но на этот раз новый день не тяготил Главу Отдела Тайн. Напротив, он обещал новые возможности и свершения.
— Ты хорошо себя чувствуешь? — спросил Рон заботливо, и в его голосе читался… Испуг?
— А что? — Гермиона игриво улыбнулась мужу, закручивая волосы в замысловатую прическу.
— Да так… — Рон махнул рукой, словно отгонял унылые мысли, и отправился в душ.
Антипохмельное зелье придало дополнительную бодрость духу, и Гермиона отправилась покорять новые вершины. Первый день в роли Главы Отдела Тайн — самого многообещающего отдела в Министерстве. Она стала Невыразимой. Красивое определение для красивой женщины. Не хватало только одного… Гермиона наконец-то познакомилась со своими сотрудниками-подчиненными, осмотрела кабинет и даже подписала несколько бумаг. Особенно ей понравилась гигантская библиотека, открывавшаяся за задней стеной ее кабинета. Поговаривали, теперь она занимала Комнату Знаний. Это особенно польстило ей, и Гермиона весь день пребывала в отличном настроении.
Она увидела его в тот же день после работы. Шла по улице, надеясь заскочить в свою любимую галерею за новым пеньюаром, когда увидела того, кого хотела бы встретить больше всего на свете.
Он шел, чуть ссутулясь, одетый во все черное. Его волосы были схвачены сзади в небрежный «конский хвост». И хотя Гермиона видела только его спину, этого хватило, чтобы подойти, коснуться локтя и с замиранием сердца окликнуть:
— Северус Снейп?
Мужчина обернулся. Конечно, не он. Но как похож! Столько общих черт, столько знакомых линий! Он оглядел свою случайную визави с головы до ног, а потом вдруг улыбнулся тонкими губами, совсем не так, как делал профессор, и произнес:
— Нет, но для вас я мог бы побыть им, если хотите!
В другой — нормальной — ситуации Гермиона отказалась бы. Но он был такой живой, такой настоящий, и так близко, что она улыбнулась в ответ.
— Хочу! — сказала женщина задорно, и глаза незнакомца вспыхнули.
— Тогда пойдем? — хитро сказал он.
— Пойдемте, — согласилась Гермиона. — Вон там, за углом, есть неплохой ресторан.
— Простите? — улыбка слетела с лица мужчины.
— Что-то не так? — Гермиона непонимающе уставилась на него.
— Честно говоря, я полагал, что такой тон общения располагает… кхм… к более близкому знакомству, — он почесал затылок. Снейп никогда не делал так.
— Ах вот что! — Гермиона поняла, как ошиблась. — Тогда, думаю, ничего не выйдет.
— Но почему же? — казалось, она понравилась собеседнику.
— Потому что вы не Северус Снейп! — отрезала Гермиона и пошла в сторону галереи.
Он догнал ее, схватил за руку и остановил, говоря тихо и нежно, словно гладя:
— Хорошо, пойдемте в ресторан.
Они сели за столик, и мужчина заказал стейк средней прожарки и вино. Гермиона ограничилась салатом. Она вовсе не была уверена, что делает все правильно, но…
— Я похож на одного из ваших знакомых? — спросил мужчина, чье имя она даже не попыталась узнать.
— Со спины, — прохладно ответила Гермиона, не желая вдаваться в подробности.
— Как странно, — мужчина прикусил губу. — Сегодня утром я также обознался.
— Приняли прохожую за старую любовь? — чуть скептически выдала Гермиона, и собеседник усмехнулся:
— Все гораздо прозаичнее: принял кислоту за щелочь! — он усмехнулся, очевидно, вспоминая события минувшего утра, а Гермиона задрожала всем телом.
После ужина она оказалась в его постели в гостинице неподалеку. Неожиданно для себя, ломая все правила и приличия, она отдалась ему со страстью, о которой даже не подозревала. Он был ненасытен, словно мучился воздержанием долгие годы. Он заставлял ее кричать и биться в экстазе. Гермиона закрывала глаза — и случайный знакомый превращался в Северуса. Просто в Северуса, такого загадочного и в то же время такого мужественного, и оттого — простого и близкого.
Он входил в нее сверху, и лежа на боку, и сзади. Он даже сподвиг ее — Главу Отдела Тайн — задрать ноги к плечам, чтобы проникновение было максимально глубоким и оттого еще более желанным и живым, живым, живым! Гермиона даже не предполагала, на какие фокусы способно ее тело, привыкшее за долгие годы жизни с Роном к миссионерской позе…
А после оргазма ей захотелось умереть от стыда и ощущения предательства на собственном теле, обильно покрытом спермой чужого мужчины, который с коротким рыком излился ей на живот. Гермиона закрыла глаза, уже никого не представляя, не фантазируя больше.
— Как тебя зовут? — спросила она мужчину, лежащего без сил рядом, и он улыбнулся в ответ:
— Я хочу остаться для тебя Северусом Снейпом, — просто ответил он.
Страница 11 из 35
