Фандом: Гарри Поттер. Она ненормальная. Определенно — умалишенная! Безумная Гермиона Грейнджер… О, простите, конечно же, Грейнждер-Уизли! Только вот с ума она сходит вовсе не по мужу. А по кому? Кто он — тот, ради которого эта женщина готова забыть семью и детей, да вообще оставить свою жизнь (в прямом и переносном смысле)?! Реальный мужчина или лишь плод ее больного воображения?Мне было бы все равно, не согласись я, Драко Малфой, стать ее лечащим врачом…
123 мин, 47 сек 6196
Эльфы подали закуски. Все молча жевали, и видно было, что Гермиона — лишняя в узком семейном кругу.
— Что слышно из Министерства? — спросила она в никуда.
Ответила Астория:
— Министр заявил о том, что уходит в отставку, — сказала она жеманно. — Я думаю, его давно пора было сменить.
— Кингсли был настоящим профессионалом! — с жаром возразила Гермиона, для которой эта новость была не из приятных. — Вряд ли удастся найти достойного человека на его место в короткие сроки.
— Согласен, — как всегда, улыбнулся Люциус. — И если Визенгамот не справится с этой задачей в десятидневный срок, будут организованы выборы.
— У вас есть «свой» кандидат?! — голос Гермионы звучал резче, чем следовало бы.
— Возможно, — промурлыкал Люциус. — За последние годы я растерял уже слишком много связей… Надо что-то менять!
— Зато вы, я смотрю, не меняетесь! — Гермиона ощутила, как запылали щеки и заныло плечо.
— Тебе стоит успокоиться, Грейнджер, — подал голос молчавший до этого Драко. — Если поднимется давление, придется делать кровопускание.
— Что за каменный век?! — Гермиона никак не могла успокоиться, и призывы медика только сильнее раздражали ее.
— Это магическая Британия, мэм, — протянул Драко. — Здесь никто не гонится за прогрессом. К тому же, — добавил он уже нормальным тоном, — если ты читала хоть что-то из работ таких мастеров, как Бивой Бойд или Тадеуш Мартинович Третий, ты была бы осведомлена о реальной пользе этой процедуры.
Гермионе оставалось только фыркнуть — она не читала трудов ни одного, ни другого, хотя и знала, что Бойд — кавалер Ордена Мерлина, который получил за достижения в колдомедицине, а Мартинович Третий — владелец лучшей колдоклиники в Западной Европе. Оставалось сделать вид, что она просто не лучшего мнения об этих двоих.
Разговор не клеился. Драко перебросился несколькими фразами с женой, Люциус облил сына ядом замечаний по поводу воспитания Скорпиуса, а Гермиона почти все время молчала, чувствуя себя более чем неуютно.
Наконец, десерт был доеден, и можно стало скрыться в отведенной ей комнате.
— Вы так спешите покинуть наше общество? — улыбка Люциуса показалась Гермионе особенно коварной.
— Вам показалось, — неумело соврала она.
— Не думал, что вы разделите с нами ужин так скоро.
— Я посчитала, что мое состояние уже может позволить…
— Поэтому вы все время касались плеча, думая, что никто не видит, — он склонил голову набок, с довольным видом ожидая, как Гермиона будет оправдываться.
— Послушайте! — когда Гермиона не знала, чем защититься, она переходила в наступление. — Вы сами приглашали меня, я пришла — какие могут быть вопросы?!
— Я лишь хотел выразить надежду, что в следующий раз вы дольше будете радовать меня своим присутствием, — он заискивающе посмотрел Гермионе в глаза.
— Разве у такого мужчины, как вы, нет более интересного общества?! — она не смогла выдержать его взгляда. — Мне казалось, вы предпочитаете девушек помоложе!
Люциус сначала удивленно изогнул бровь, а потом вдруг качнул головой, понимая все правильно.
— Это спрашиваете вы или ваша ревность? — прищурился он, подходя ближе.
Гермиона запаниковала. Она не привыкла к подобным разговорам с мужчинами.
— Кого это мне ревновать?! Вас?! — она засмеялась, нервно и фальшиво. — Да вы последний человек…
Гермиона не успела договорить, потому что Люциус накрыл ее рот глубоким французским поцелуем с легким налетом британского аристократизма. Она попыталась сопротивляться, но он оказался в прекрасной физической форме, буквально поглощая все ее существо. Это был… самый взрослый поцелуй Гермионы Грейнджер — дамы предбальзаковского возраста.
Люциус отпустил ее, улыбнулся, тихо прошептал в самые ее губы:
— Приятного вечера! — и как ни в чем не бывало пошел по коридору в направлении своей спальни, возможно, делать счастливой очередную девочку.
Очевидно, вечер был полностью испорчен. Могла ли Гермиона хоть на миг представить, что будет вот так целоваться с Люциусом Малфоем — человеком, который причинил столько зла и боли многим близким ей людям?! Могла… За время обеда она успела не раз вообразить себя на месте юной пассии Малфоя-старшего. К тому же…
Гермиона бросилась за Люциусом, сжимая больное плечо.
— Мистер Малфой! — он открыл дверь, глядя на нее поверх золоченых очков для чтения. — Вы должны быть осторожны!
— Вы полагаете? — Люциус отложил в сторону газету.
— Профессор… Снейп! — Гермионе с трудом дались два этих слова. — Он может снова попытаться убить вас, ведь…
— Что?! — Малфой изобразил непонимание.
— Вы зашли слишком далеко! — она должна была это сказать. И правда так думала.
— Не дальше, чем вы мне позволили, — парировал Люциус, сделав ударение на слове «вы». — Но не беспокойтесь — я принял меры.
— Какие?
— Очень действенные, — Люциус вздохнул. — Я думаю, вам лучше вернуться в свою комнату и прилечь.
Его образ лишился пафоса, и он стал похож на обычного мужчину.
— Пожалуй… — Гермиона развернулась и хотела уже идти, но Люциус покинул комнату и пошел рядом:
— Что слышно из Министерства? — спросила она в никуда.
Ответила Астория:
— Министр заявил о том, что уходит в отставку, — сказала она жеманно. — Я думаю, его давно пора было сменить.
— Кингсли был настоящим профессионалом! — с жаром возразила Гермиона, для которой эта новость была не из приятных. — Вряд ли удастся найти достойного человека на его место в короткие сроки.
— Согласен, — как всегда, улыбнулся Люциус. — И если Визенгамот не справится с этой задачей в десятидневный срок, будут организованы выборы.
— У вас есть «свой» кандидат?! — голос Гермионы звучал резче, чем следовало бы.
— Возможно, — промурлыкал Люциус. — За последние годы я растерял уже слишком много связей… Надо что-то менять!
— Зато вы, я смотрю, не меняетесь! — Гермиона ощутила, как запылали щеки и заныло плечо.
— Тебе стоит успокоиться, Грейнджер, — подал голос молчавший до этого Драко. — Если поднимется давление, придется делать кровопускание.
— Что за каменный век?! — Гермиона никак не могла успокоиться, и призывы медика только сильнее раздражали ее.
— Это магическая Британия, мэм, — протянул Драко. — Здесь никто не гонится за прогрессом. К тому же, — добавил он уже нормальным тоном, — если ты читала хоть что-то из работ таких мастеров, как Бивой Бойд или Тадеуш Мартинович Третий, ты была бы осведомлена о реальной пользе этой процедуры.
Гермионе оставалось только фыркнуть — она не читала трудов ни одного, ни другого, хотя и знала, что Бойд — кавалер Ордена Мерлина, который получил за достижения в колдомедицине, а Мартинович Третий — владелец лучшей колдоклиники в Западной Европе. Оставалось сделать вид, что она просто не лучшего мнения об этих двоих.
Разговор не клеился. Драко перебросился несколькими фразами с женой, Люциус облил сына ядом замечаний по поводу воспитания Скорпиуса, а Гермиона почти все время молчала, чувствуя себя более чем неуютно.
Наконец, десерт был доеден, и можно стало скрыться в отведенной ей комнате.
— Вы так спешите покинуть наше общество? — улыбка Люциуса показалась Гермионе особенно коварной.
— Вам показалось, — неумело соврала она.
— Не думал, что вы разделите с нами ужин так скоро.
— Я посчитала, что мое состояние уже может позволить…
— Поэтому вы все время касались плеча, думая, что никто не видит, — он склонил голову набок, с довольным видом ожидая, как Гермиона будет оправдываться.
— Послушайте! — когда Гермиона не знала, чем защититься, она переходила в наступление. — Вы сами приглашали меня, я пришла — какие могут быть вопросы?!
— Я лишь хотел выразить надежду, что в следующий раз вы дольше будете радовать меня своим присутствием, — он заискивающе посмотрел Гермионе в глаза.
— Разве у такого мужчины, как вы, нет более интересного общества?! — она не смогла выдержать его взгляда. — Мне казалось, вы предпочитаете девушек помоложе!
Люциус сначала удивленно изогнул бровь, а потом вдруг качнул головой, понимая все правильно.
— Это спрашиваете вы или ваша ревность? — прищурился он, подходя ближе.
Гермиона запаниковала. Она не привыкла к подобным разговорам с мужчинами.
— Кого это мне ревновать?! Вас?! — она засмеялась, нервно и фальшиво. — Да вы последний человек…
Гермиона не успела договорить, потому что Люциус накрыл ее рот глубоким французским поцелуем с легким налетом британского аристократизма. Она попыталась сопротивляться, но он оказался в прекрасной физической форме, буквально поглощая все ее существо. Это был… самый взрослый поцелуй Гермионы Грейнджер — дамы предбальзаковского возраста.
Люциус отпустил ее, улыбнулся, тихо прошептал в самые ее губы:
— Приятного вечера! — и как ни в чем не бывало пошел по коридору в направлении своей спальни, возможно, делать счастливой очередную девочку.
Очевидно, вечер был полностью испорчен. Могла ли Гермиона хоть на миг представить, что будет вот так целоваться с Люциусом Малфоем — человеком, который причинил столько зла и боли многим близким ей людям?! Могла… За время обеда она успела не раз вообразить себя на месте юной пассии Малфоя-старшего. К тому же…
Гермиона бросилась за Люциусом, сжимая больное плечо.
— Мистер Малфой! — он открыл дверь, глядя на нее поверх золоченых очков для чтения. — Вы должны быть осторожны!
— Вы полагаете? — Люциус отложил в сторону газету.
— Профессор… Снейп! — Гермионе с трудом дались два этих слова. — Он может снова попытаться убить вас, ведь…
— Что?! — Малфой изобразил непонимание.
— Вы зашли слишком далеко! — она должна была это сказать. И правда так думала.
— Не дальше, чем вы мне позволили, — парировал Люциус, сделав ударение на слове «вы». — Но не беспокойтесь — я принял меры.
— Какие?
— Очень действенные, — Люциус вздохнул. — Я думаю, вам лучше вернуться в свою комнату и прилечь.
Его образ лишился пафоса, и он стал похож на обычного мужчину.
— Пожалуй… — Гермиона развернулась и хотела уже идти, но Люциус покинул комнату и пошел рядом:
Страница 25 из 35
