— Ох, успела всё-таки Антош. Пирожки-то тебе в дорогу.
31 мин, 8 сек 15645
— На этом концерте не рады прессе, — заговорил страшный великан, высокий широкоплечий мужчина в чёрном смокинге. В приглушённом клубном свете его глаза жарили красным огнём, как луна этой ночью. Он протянул похожую на клешню, сухую руку и попытался отобрать фотоаппарат.
— Тебе же сказали, светлый, к нам не соваться… Ну, раз сам пришёл — мы только рады, — корявая страшная рука потянулась к горлу Антона.
Антон увернулся от цепких пальцев с длинными ногтями, которые оторвали край футболки.
Сила незнакомца была такова, что Антон понял — сейчас чёрт точно также легко оторвет кусок его тела.
— Оставь его, Мормо! — вдруг раздался знакомый до боли голос.
— Матушка? — страшный человек в чёрном отдернул от Антона корявую руку. Видно было, что какая-то сила просто прибила его в поклоне.
— Но как ты здесь? Здесь не место для … — Не тебе указывать, где мне ходить, — перебил вампира грозно родной голос. Вся чёрная тусовка пала ниц. Антон не поверил своим глазам.
Молодая женщина в образе Богини или жрицы, была отдаленно похожа на тётку Викторию Леонидовну, в молодости.. Дома у тётки стояла такая фотография. Где они с братом Богданом и его отцом были ещё совсем молоды и счастливы. Только приглядевшись, Антон увидел, что женщина, словно голограмма, соткана из тёплого света. Полупрозрачна, как бы светится изнутри нежным, золотисто-голубым пламенем..
— Тётушка? — спросил, обрадовался и одновременно удивился Антон.
— Иди сюда, сыночка, встань за мной, я выведу тебя отсюда. Только поговорим сначала с незваным гостем. Она придвинулась к хозяину вампиров. Тот поморщился от боли или от света.
— Не так близко, Матушка… Сил нет терпеть… — взмолился чёрный человек с красными глазами. Красные огни, кстати, стали затухать и постепенно превращались в чёрные угли. Холодные, ненавидящие и бесчувственные.
Между тем свет, исходящий от тётушки продолжал нарастать:
— Храм Лады загадили. Имя Лады опорочили. В Питер опять твари нагнали, хотя запрещено было и печать наложена. Теперь ещё на моего племянника покушаешься?
— Ну ты же знаешь, Матушка, тварь для того и нужна. Чтобы светлые не дремали. Мы же их тренируем. Так что и мы нужны, и мы полезны… — стал извиваться и выкручиваться чёрный.
— Не ври мне! Ты пришел за ним. Вам мало было убить его отца и мать. Хотя ты знал, что Богдан и Светлана заплатили своей жизнью за жизнь Антона, и мальчика трогать нельзя!
— Ну как же не трогать, Матушка, если этот мальчик всегда нас найдет и выявит? Куда бы он ни пришёл.
— За это оплачено жизнью Богдана и Светланы!— громыхнула тётушка, и стены вампирского притона задрожали.
— Ты знал, что он несёт весть! Ты знал, что он будет 223-им и когда он сообщит о своем выборе — вам конец! Ты знал, что 223-его жреца трогать нельзя, когда он проявляется! И все-таки ты приехал его убить.
— Я не знал, что он 223-й, я думал — обычный фотограф — стонал чёрный.
— Врёшь, ты знал! Обычный фотограф никогда не приблизится к тебе и на 200 метров, чтобы не опоганиться и не сгореть. А мальчик ходит около тебя уже второй день. И до сих пор жив! Сколько раз ты попробовал его уничтожить за двое суток? Я насчитала четыре покушения на плотном плане и наговор на смерть — в тонком.
— Ну, Матушка, — ныл чёрный хозяин вампиров Мормо.
— Это мы просто так с ним играли… — Всё, хватит! — рявкнула тётка.
— Моё терпение кончилось. Ты хотел получить весть. Так вот тебе моя весть! Ваше время в Санкт-Петербурге истекло! И гробы свои из-под храма Лады вам следует убрать немедленно! Вы знаете, что находитесь там незаконно и нарушили закон свободной воли, поэтому всех, кто оттуда не уберётся в течение трех минут — я отправлю на полное распыление. Ты слышишь? На полное и навсегда!
И чтобы мальчику вернули полную компенсацию за уничтоженную квартиру. И всем людям, которые пострадали от взрыва газа — тоже. Чудом ещё никто не погиб.
— Конечно Матушка, всё компенсируем. Хоть квартирами, хоть деньгами, только отпусти уже, наконец, — черный бог вампиров Мормо уже крутился перед светлой жрицей древнерусской Богини Лады, как уж на сковородке.
— И в следующий раз, если ты появишься на этой земле, с тобой буду разговаривать не я, а мой брат, Богдан. А ты знаешь, что он сейчас в силе и тебя уже не пожалеет. Последнее предупреждение!
— Так ведь приглашают же, — пропищал чёрный, он уже совсем скрючился и полз потихоньку от Матушки.
— Слышишь сынок, — обратилась голограмма из светлой солнечной плазмы в образе молодой тётки Виктории — к Антону. Пиши свои статьи и объясняй людям, почему не надо бегать как заклятые в киношки про вампиров и на мюзиклы про вампиров. Так реальные вампиры делают вывод, что их приглашают в город… А по Закону Свободной Воли пока есть, кому их пригласить в город, им будет, кого убивать.
На этом Антон потерял сознание.
Очнулся он уже на улице прямо под афишной тумбой. Он поднял глаза на афишу группы «Dracula». Прямо через голову главного певца по афише прошла чёрная трещина.
— Что случилось? — спросила Вероника, когда увидела бледного Антона.
— Тебе же сказали, светлый, к нам не соваться… Ну, раз сам пришёл — мы только рады, — корявая страшная рука потянулась к горлу Антона.
Антон увернулся от цепких пальцев с длинными ногтями, которые оторвали край футболки.
Сила незнакомца была такова, что Антон понял — сейчас чёрт точно также легко оторвет кусок его тела.
— Оставь его, Мормо! — вдруг раздался знакомый до боли голос.
— Матушка? — страшный человек в чёрном отдернул от Антона корявую руку. Видно было, что какая-то сила просто прибила его в поклоне.
— Но как ты здесь? Здесь не место для … — Не тебе указывать, где мне ходить, — перебил вампира грозно родной голос. Вся чёрная тусовка пала ниц. Антон не поверил своим глазам.
Молодая женщина в образе Богини или жрицы, была отдаленно похожа на тётку Викторию Леонидовну, в молодости.. Дома у тётки стояла такая фотография. Где они с братом Богданом и его отцом были ещё совсем молоды и счастливы. Только приглядевшись, Антон увидел, что женщина, словно голограмма, соткана из тёплого света. Полупрозрачна, как бы светится изнутри нежным, золотисто-голубым пламенем..
— Тётушка? — спросил, обрадовался и одновременно удивился Антон.
— Иди сюда, сыночка, встань за мной, я выведу тебя отсюда. Только поговорим сначала с незваным гостем. Она придвинулась к хозяину вампиров. Тот поморщился от боли или от света.
— Не так близко, Матушка… Сил нет терпеть… — взмолился чёрный человек с красными глазами. Красные огни, кстати, стали затухать и постепенно превращались в чёрные угли. Холодные, ненавидящие и бесчувственные.
Между тем свет, исходящий от тётушки продолжал нарастать:
— Храм Лады загадили. Имя Лады опорочили. В Питер опять твари нагнали, хотя запрещено было и печать наложена. Теперь ещё на моего племянника покушаешься?
— Ну ты же знаешь, Матушка, тварь для того и нужна. Чтобы светлые не дремали. Мы же их тренируем. Так что и мы нужны, и мы полезны… — стал извиваться и выкручиваться чёрный.
— Не ври мне! Ты пришел за ним. Вам мало было убить его отца и мать. Хотя ты знал, что Богдан и Светлана заплатили своей жизнью за жизнь Антона, и мальчика трогать нельзя!
— Ну как же не трогать, Матушка, если этот мальчик всегда нас найдет и выявит? Куда бы он ни пришёл.
— За это оплачено жизнью Богдана и Светланы!— громыхнула тётушка, и стены вампирского притона задрожали.
— Ты знал, что он несёт весть! Ты знал, что он будет 223-им и когда он сообщит о своем выборе — вам конец! Ты знал, что 223-его жреца трогать нельзя, когда он проявляется! И все-таки ты приехал его убить.
— Я не знал, что он 223-й, я думал — обычный фотограф — стонал чёрный.
— Врёшь, ты знал! Обычный фотограф никогда не приблизится к тебе и на 200 метров, чтобы не опоганиться и не сгореть. А мальчик ходит около тебя уже второй день. И до сих пор жив! Сколько раз ты попробовал его уничтожить за двое суток? Я насчитала четыре покушения на плотном плане и наговор на смерть — в тонком.
— Ну, Матушка, — ныл чёрный хозяин вампиров Мормо.
— Это мы просто так с ним играли… — Всё, хватит! — рявкнула тётка.
— Моё терпение кончилось. Ты хотел получить весть. Так вот тебе моя весть! Ваше время в Санкт-Петербурге истекло! И гробы свои из-под храма Лады вам следует убрать немедленно! Вы знаете, что находитесь там незаконно и нарушили закон свободной воли, поэтому всех, кто оттуда не уберётся в течение трех минут — я отправлю на полное распыление. Ты слышишь? На полное и навсегда!
И чтобы мальчику вернули полную компенсацию за уничтоженную квартиру. И всем людям, которые пострадали от взрыва газа — тоже. Чудом ещё никто не погиб.
— Конечно Матушка, всё компенсируем. Хоть квартирами, хоть деньгами, только отпусти уже, наконец, — черный бог вампиров Мормо уже крутился перед светлой жрицей древнерусской Богини Лады, как уж на сковородке.
— И в следующий раз, если ты появишься на этой земле, с тобой буду разговаривать не я, а мой брат, Богдан. А ты знаешь, что он сейчас в силе и тебя уже не пожалеет. Последнее предупреждение!
— Так ведь приглашают же, — пропищал чёрный, он уже совсем скрючился и полз потихоньку от Матушки.
— Слышишь сынок, — обратилась голограмма из светлой солнечной плазмы в образе молодой тётки Виктории — к Антону. Пиши свои статьи и объясняй людям, почему не надо бегать как заклятые в киношки про вампиров и на мюзиклы про вампиров. Так реальные вампиры делают вывод, что их приглашают в город… А по Закону Свободной Воли пока есть, кому их пригласить в город, им будет, кого убивать.
На этом Антон потерял сознание.
Очнулся он уже на улице прямо под афишной тумбой. Он поднял глаза на афишу группы «Dracula». Прямо через голову главного певца по афише прошла чёрная трещина.
— Что случилось? — спросила Вероника, когда увидела бледного Антона.
Страница 8 из 9
