Двуногое в перьях, двуногое без перьев

Еще секундная пауза с пустым экраном — и теперь перед зрителями предстали кадры съемки в торговом центре. Покупатели толпой стекались к кассам, держа в руках корзины или толкая перед собой тележки с покупками и ожидая, когда их обслужат. Затем в кадре появился, ворвавшись в магазин, какой-то мужчина, пришедший явно не покупать. Вскинув ружье в руках, он выстрелил в одного покупателя, в другого. Остальные в ужасе повалились, пригибаясь, чуть ли не прижимаясь к полу, и пытались спрятаться, кто за стойками касс, кто за стеллажами с продуктами.

Другой стрелок — на этот раз с пистолетом — вздумал показать граду и миру свою меткость в каком-то офисе. Пуля угодила в грудь девушке, сидевшей за одним из столов; по белой блузке расплылось темное пятно. Оно было особенно заметным еще и потому, что жертва стрелка упала на спину, а съемка велась сверху. Коллега убитой девушки забилась под стол, зачем-то накрыв голову руками. Еще одна с искаженным ужасом лицом и, наверняка, с визгом (звука не было) выскочила за дверь. Человек с пистолетом выстрелил ей вслед, а попал или нет, осталось за кадром.

Со спины к стрелку подобрался парень в белой рубашке и галстуке. Близко подобрался — надеялся обезвредить. Но в последний миг тип с пистолетом, почуяв неладное, резко обернулся. И выстрел почти в упор снес офисному смельчаку пол-лица. А ведь еще миг назад этот бедолага наверняка считался красавчиком!

Секундная пауза, темный экран — и теперь на нем желтел пустынный пейзаж под чистым, без единого облачка, небом. Группа людей, замотанных в тряпье, потрясали над головами автоматами, грозя этому небу, и что-то яростно выкрикивали да время от времени постреливали в воздух. Затем показали крупным планом, как один из этих людей прицепляет себе к животу и груди какую-то конструкцию из проводов и небольших цилиндров.

На предназначение этой конструкции намекнула следующая сцена. Некто… возможно, тот самый, один из вооруженных оборванцев, но теперь одетый вполне цивильно, входил в какое-то кафе. Где встал посреди зала, окруженный столиками с мирно трапезничавшими да беседовавшими посетителями; сунул руку за пазуху — и миг спустя превратился в эпицентр взрыва. Взрыва, его самого разорвавшего в клочья, а следом разметавшего столики и сидевших за ними людей.

Следующие эпизоды сменялись с калейдоскопической быстротой.

Рука с ножом перерезает горло стоявшему на коленях человеку.

Самолет на ходу влетает в небоскреб, взрывается — и здание рушится, оседая в дыму и пламени.

С палубы авианосца один за другим взлетают несколько истребителей. От одного из них, уже ставшего точкой в небе, отделяется ракета, оставляя за собой дымный след.

Над горизонтом вырастает, клубясь, подсвеченный снизу гриб ядерного взрыва.

Куда-то поспешно движется группа людей в похожих на скафандры костюмах не то химической, не то радиационной защиты.

Над площадью клубится черный дым от горящих автомобильных покрышек. Беснуется толпа: люди, кто дергается, вскидывая вверх кулаки, кто то и дело подскакивает, а кто-то с остервенением бешеных собак набрасывается на выстроившихся вокруг площади людей в масках, бронежилетах и прикрывшихся металлическими щитами.

Ребенок, чей возраст угадать сложно из-за полного отсутствия волос, осторожно переступает, едва удерживаясь на ногах. У ребенка открыт всего один глаз, да и тот похож на узкую щель.

Очередной стрелок — теперь подросток — врывается в класс в разгар урока и палит по сидящим за партами ученикам. Досталась пуля и учителю, вроде бы попытавшемуся его урезонить. Уговорить прекратить пальбу.

И, как апофеоз демонстрации этой череды кадров с трагическими сценками — снова два раздавленных голубя на асфальте, показанные крупным планом. С минуту голуби задержались на экране, вроде как для пущего закрепления в памяти. А затем в аудитории зажегся свет. И, поднявшись, за кафедру встал главный виновник торжества. Несмотря на моложавый и пока еще энергичный вид, то был уже профессор, более того — светило биологии. Пришедший в эту аудиторию, чтобы выступить с публичной лекцией.

Господа… дамы, — обратился профессор к сидящим перед ним студентам и даже нескольким преподавателям, что также сочли выступление именитого коллеги для себя небесполезным, — поговорим о естественном отборе. И о таких его составляющих, как размножение и инстинкт самосохранения.