Фандом: Гарри Поттер. Сириус Блэк проходит обучение на аврора и узнаёт, что на первый курс поступает его двоюродная племянница. Странная, но восхитительная…
17 мин, 19 сек 6240
— Зачем?
— Потому что люблю, — вдруг понял я.
— Меня?
— Тебя, Дора. Конечно, тебя.
Она улыбнулась. Только не по-детски, как раньше, а уже по-другому, но всё равно счастливо.
На следующее утро я едва дождался, как она проснётся, поцеловал её и уехал. Надолго. На месяц, наверное, до января. Пытался всё понять, во всём разобраться. Но время не помогло. Пиво не помогло. Друзья тоже. Я пожил у Поттеров немного, присутствовал при моменте, когда Лили призналась Джейми, что он будет отцом. И я тоже радовался. Они будут чудесными родителями. Ведь даже обо мне заботились, как о маленьком, думали, что мне нужна помощь. Нужна, но они ничего не могли поделать, просто не знали причины. А без этого и не существовало решения. И среди всей этой суматохи я сумел почти окончательно забыть. Пока не получил сову:
«Ты сказал» люблю«и исчез.»
И только это слово меня
спасает. Только оно помогает
жить. Может ты и не хочешь,
но я жду тебя. Надеюсь, всё
в порядке.
Дора
После этого я сразу попрощался с Поттерами и вернулся. Она хотела этого, и я сделал.
Смеркалось.
На берегу озера под деревом стояла девчонка. Нет, она уже не такая. Повзрослела. Это место изменило её. Я изменил. Она стала девушкой — никаких детских выходок, молчаливое внимание и тоска в глазах.
Дым.
Я подошёл ближе.
Она будто почувствовала и обернулась. Усмешка мигом сползла с моих губ. Она курила. Я отнял у неё сигарету и отшлёпал негодницу. Да, именно. Дора тихонько застонала. Мне казалось, что она должна залепить мне пощёчину или убежать в слезах. Но она прильнула ко мне, уткнулась лицом мне в грудь и прошептала:
— Я больше не буду.
Я крепко обнял её. Конечно не будешь, глупая. Я же рядом.
— Просто это напоминало мне тебя.
— Чудо моё, пообещай мне не делать так.
Да, она сказала. Но я хотел, чтобы повторила.
— Обещаю. А ты пообещай не пропадать надолго.
Я промолчал.
Она вздохнула:
— Любишь?
— Люблю.
Ничего я не смог изменить и ни черта не забыл. Потому что не хотел. И знал, что она не хотела. Мы понимали, что это выходит за допустимые рамки, что придётся всё это резко оборвать — может даже на следующий день, но её сердце не слушалось разума, а мой разум отключался, когда она была рядом.
Нимфадора Тонкс. Маленькая бывшая пуффендуйка с разноцветными волосами и огромными глазами. Глупая девчонка. Но моё любимое чудо.
— Потому что люблю, — вдруг понял я.
— Меня?
— Тебя, Дора. Конечно, тебя.
Она улыбнулась. Только не по-детски, как раньше, а уже по-другому, но всё равно счастливо.
На следующее утро я едва дождался, как она проснётся, поцеловал её и уехал. Надолго. На месяц, наверное, до января. Пытался всё понять, во всём разобраться. Но время не помогло. Пиво не помогло. Друзья тоже. Я пожил у Поттеров немного, присутствовал при моменте, когда Лили призналась Джейми, что он будет отцом. И я тоже радовался. Они будут чудесными родителями. Ведь даже обо мне заботились, как о маленьком, думали, что мне нужна помощь. Нужна, но они ничего не могли поделать, просто не знали причины. А без этого и не существовало решения. И среди всей этой суматохи я сумел почти окончательно забыть. Пока не получил сову:
«Ты сказал» люблю«и исчез.»
И только это слово меня
спасает. Только оно помогает
жить. Может ты и не хочешь,
но я жду тебя. Надеюсь, всё
в порядке.
Дора
После этого я сразу попрощался с Поттерами и вернулся. Она хотела этого, и я сделал.
Смеркалось.
На берегу озера под деревом стояла девчонка. Нет, она уже не такая. Повзрослела. Это место изменило её. Я изменил. Она стала девушкой — никаких детских выходок, молчаливое внимание и тоска в глазах.
Дым.
Я подошёл ближе.
Она будто почувствовала и обернулась. Усмешка мигом сползла с моих губ. Она курила. Я отнял у неё сигарету и отшлёпал негодницу. Да, именно. Дора тихонько застонала. Мне казалось, что она должна залепить мне пощёчину или убежать в слезах. Но она прильнула ко мне, уткнулась лицом мне в грудь и прошептала:
— Я больше не буду.
Я крепко обнял её. Конечно не будешь, глупая. Я же рядом.
— Просто это напоминало мне тебя.
— Чудо моё, пообещай мне не делать так.
Да, она сказала. Но я хотел, чтобы повторила.
— Обещаю. А ты пообещай не пропадать надолго.
Я промолчал.
Она вздохнула:
— Любишь?
— Люблю.
Ничего я не смог изменить и ни черта не забыл. Потому что не хотел. И знал, что она не хотела. Мы понимали, что это выходит за допустимые рамки, что придётся всё это резко оборвать — может даже на следующий день, но её сердце не слушалось разума, а мой разум отключался, когда она была рядом.
Нимфадора Тонкс. Маленькая бывшая пуффендуйка с разноцветными волосами и огромными глазами. Глупая девчонка. Но моё любимое чудо.
Страница 5 из 5
