Экзорцизм (Exorcism: The Possesion Of Gail Bowers, 2006)

Нетрудно догадаться, что кульминацией фильма должна стать процедура изгнания демона, но, начиная со второй половины интенсивность действия снижает обороты, картина растрачивает энергетику и самая ее главная часть оказывается преподнесенной на редкость блекло. Совершить обряд экзорцизма приглашают отца Томаса Бейтса, который n-нное время назад добровольно «ушел в отставку» после того, как ему не удалось спасти одержимую девочку. Прибегнув к самому последнему и самому радикальному средству — испытанию Авраама, когда священнослужитель бросается на кинжал, обменивая свою жизнь на жизнь одержимого, отец Томас усомнился в том, что Бог поможет ему избежать смерти. а потому проиграл битву с демоном. Нетрудно догадаться, что в финале он будет поставлен в аналогичную ситуацию и Бейтсу предстоит еще раз испытать крепость своей веры… Кульминация в сценарии довольно четко обозначена, но вместо наивысшего накала страстей и напряжения, зритель созерцает утомительно длинную, монотонную и изобилующую повторами (в ходе обряда Гейл вырывается, раскидывает священнослужителей, затем ее хватают, вновь привязывают к кровати и продолжают процедуру, далее она опять вырывается… и так не один раз) сцену экзорцизма. И хотя этот эпизод получился гораздо более правдоподобным, нежели аналогичный момент в «Черной воде» в нем не чувствуется того, что здесь, в этой комнате, происходит решительная схватка между Добром и Злом, между Богом и дьяволом. Если роль Томаса Бейтса вполне ясна, то функции остальных присутствующих в комнате (двух священников и доктора Торнхилла) остаются загадкой. Складывается впечатление, что в кадре они присутствую только для того, чтобы ловить постоянно вырывающуюся из своих пут Гейл, а затем погибнуть страшной смертью (всё же размозжение головы фурнитурой — это довольно жестоко). Без сомнения, следующие одна за другой сцены умерщвления второстепенных персонажей и финальные кадры резко возвращают интерес к происходящему на экране: зритель вполне может, затаив дыхание, наблюдать, что же будет дальше, но предыдущие полчаса, которые по определению призваны быть динамичными и захватывающими, Ли Скотт запорол самым бессовестным образом.

По традиции хотелось бы отметить удачное цветовое решение картины — ядовито-оранжевое дневное освещение и бледно-синие ночные цвета, что является не столько прихотью режиссера, сколько своеобразным маркером, обозначающим ее принадлежность к жанру хоррор (сторого говоря, такой цветовой гаммы не встретишь ни в боевиках, ни в фантастике, ни в комедиях, ни где-либо еще, кроме фильма ужасов). Аналогичную роль (помимо сюжетной, разумеется) выполняет и мочилово в самом начале фильма. Возвращаясь к заключительной сцене экзорцизма, могу отметить, что с затемнением в ней явно переборщили, ибо порой происходящее разглядеть вообще не представляется возможным. Недостаток бюджета здесь сыграл не последнюю роль: вразумительно продемонстрировать процесс заползания одержимой девушки на потолок не представлялось возможным, поэтому завуалировав скудные финансовые возможности слабой освещенностью съемочной площадки и размытостью очертаний предметов, зрителя просто ставят перед фактом, что Гейл уже находится там (на потолке).

Обидно, что фильм «сошел с дистанции» буквально на финишной прямой, что, впрочем, не делает его несмотрибельным. К категории«must have» картину никак не отнести, но всем тем, кому не претят малобюджетные постановки, сие можно рекомендовать к просмотру — в целом«Экзорцизм» оставляет приятные впечатления.