Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
409 мин, 29 сек 14986
— Я внимательно слушаю, — наконец, выдал Люпин.
Гермиона поймала его взгляд.
— Я ничего не знаю про чудовище, — серьезно начала она, — но могу помочь лично тебе предотвратить нападения, если они повторятся. По крайней мере, получить хотя бы какую-то информацию. Ты же со своей стороны молчишь о ее источнике и не подставляешь слизеринцев Дамблдору. Думай, что тебе выгоднее: реально остановить атаки или отомстить соперникам.
Парень молчал, глядя на нее в упор. Каштановая прядь волос упала на глаза, придавая взгляду скептицизма и решительности.
— Зачем это тебе? — наконец, проговорил гриффиндорец.
— Я не хочу допустить дискредитации Слизерина и древних магических фамилий, — вдруг сами собой всплыли слова Блэка. — Легче прекратить нападения на магглорожденных, чем отбеливать собственное имя. А для вас лучше так, чем никак.
Повисло молчание, которое прервал Люпин:
— Я согласен. — Гермиона даже не ожидала, что он согласится так легко. — И знаешь, почему?
Девушка вскинула брови.
— Ты не назвала магглорожденных грязнокровками.
Гермиона горько хмыкнула. Но отозвалась с силой и оттенком угрозы:
— Отлично. Но если ты расскажешь про наш договор приятелям, я узнаю, как узнала о твоей тайной страсти к одной кареглазой красотке.
Да сколько ж можно краснеть?! Ну и привычка…
— А если ты подставишь кого-то с Гриффиндора, Риддл тебе не поможет, — в тон ей парировал Люпин.
— Вот и здорово. Я сделаю сигнальные монеты, как жетоны у старост. Если что, встречаемся у лестницы на седьмом этаже. Полагаю, что именно соврать приятелям, ты придумаешь сам.
Джон поморщился, но кивнул.
И Гермиона, вся из себя довольная, забрала свою палочку и поспешила к Тому. Если б он только знал, что у сопротивления появился новый лидер!
Гермиона в библиотеку опоздала, и это было к лучшему. Он прочитал и осознал, похоже, именно то, что следовало еще месяц назад. Все же девушки являлись роскошью, а не необходимостью. Сколько сил уходило даже на одну! И мозговая деятельность заметно притуплялась, будто вся энергия от головы отливала в другое место…
Как же он не сообразил раньше, что кто-то входил в его сны! И если это был не Дамблдор, то кто? Впрочем, Том знал, что делать. Подходящее заклинание для осознанного сновидения он нашел еще тогда, когда только начинал изучать проблемы взаимоотношения души и тела. Как там говорила Гермиона? Надо во всем находить позитивное? Что ж, теперь у него был удобный повод испытать Круциатос на враге, когда тот появится в его сновидении. Это являлось несомненным плюсом. За сон в Азкабан не сажали.
Подруга наградила его внимательным взглядом, но ничего не сказала, когда парень сослался на необходимость хорошо выспаться и не потащил ее в Выручай-комнату или ванную для старост, что делал практически всегда в отсутствии патрулей. Спасибо за понимание, дорогая. Сладких снов.
Устроившись на кровати, Том взял волшебную палочку, крепко сжал ее в тонких, изящных пальцах. Скользнул взглядом по тяжелой занавеси, мысленно репетируя свои будущие действия, и вновь переместил его на палочку. Юный маг зависел от этой вещицы, но в то же время в ней была часть его, словно существовали между ними невидимые, нерушимые связи. Она направляла его силы. Она материализовала его могущество…
Юноша сделал глубокий вдох и закрыл глаза перед тем, как произнести заклинание. Он применял его несколько раз. Но тогда во снах отсутствовал таинственный визитер… Легкий взмах палочки, неслышимые слова…
Сознание начало сужаться, словно концентрация внимания плавно переходила с внешнего на внутреннее. Сначала он перестал ощущать свое тело в расслабляющей вязкости. Затем мозг прекратил фиксировать привычное окружение. Мысли терялись в туманной дымке. Эмоции постепенно перестали отвлекать своей значимостью…
Этот темный утес он узнал бы по одному лишь соленому запаху моря, суровому рокоту разбивающихся о скалы волн, болезненным крикам чаек. Где-то сзади пищали двое сопляков, которые осмелились когда-то посмеяться над ним. Теперь же смеялся он, видя ужас в глазах Эми и Денниса, когда те, схватившись за руки, пытались осторожно спускаться вниз по мрачному, опасному склону. Казалось, они даже не видели, куда шли, как слепые котята. Том хмуро порадовался моменту своего триумфа. Но благодаря заклинанию он прекрасно осознавал, что спит и видит сон, воспоминание из приютского прошлого, насыщенного горем и восторгом побед, болью и торжеством.
Мелкая крошка срывалась из-под ботинок вниз, так естественно, как будто все происходило в реальности. Том начал уверенно спускаться еще ниже, где, как он помнил, находился вход в пещеру, доступный лишь во время отлива.
Сзади послышались испуганные крики детей. Том невольно остановился и презрительно посмотрел на ребят. Именно в этот момент он ощутил чужое присутствие — как раз там, куда он намеревался пойти. Незаметно выхватывая палочку, привычно оказавшуюся в кармане, юноша резко обернулся:
— Stupefy!
Гермиона поймала его взгляд.
— Я ничего не знаю про чудовище, — серьезно начала она, — но могу помочь лично тебе предотвратить нападения, если они повторятся. По крайней мере, получить хотя бы какую-то информацию. Ты же со своей стороны молчишь о ее источнике и не подставляешь слизеринцев Дамблдору. Думай, что тебе выгоднее: реально остановить атаки или отомстить соперникам.
Парень молчал, глядя на нее в упор. Каштановая прядь волос упала на глаза, придавая взгляду скептицизма и решительности.
— Зачем это тебе? — наконец, проговорил гриффиндорец.
— Я не хочу допустить дискредитации Слизерина и древних магических фамилий, — вдруг сами собой всплыли слова Блэка. — Легче прекратить нападения на магглорожденных, чем отбеливать собственное имя. А для вас лучше так, чем никак.
Повисло молчание, которое прервал Люпин:
— Я согласен. — Гермиона даже не ожидала, что он согласится так легко. — И знаешь, почему?
Девушка вскинула брови.
— Ты не назвала магглорожденных грязнокровками.
Гермиона горько хмыкнула. Но отозвалась с силой и оттенком угрозы:
— Отлично. Но если ты расскажешь про наш договор приятелям, я узнаю, как узнала о твоей тайной страсти к одной кареглазой красотке.
Да сколько ж можно краснеть?! Ну и привычка…
— А если ты подставишь кого-то с Гриффиндора, Риддл тебе не поможет, — в тон ей парировал Люпин.
— Вот и здорово. Я сделаю сигнальные монеты, как жетоны у старост. Если что, встречаемся у лестницы на седьмом этаже. Полагаю, что именно соврать приятелям, ты придумаешь сам.
Джон поморщился, но кивнул.
И Гермиона, вся из себя довольная, забрала свою палочку и поспешила к Тому. Если б он только знал, что у сопротивления появился новый лидер!
Гермиона в библиотеку опоздала, и это было к лучшему. Он прочитал и осознал, похоже, именно то, что следовало еще месяц назад. Все же девушки являлись роскошью, а не необходимостью. Сколько сил уходило даже на одну! И мозговая деятельность заметно притуплялась, будто вся энергия от головы отливала в другое место…
Как же он не сообразил раньше, что кто-то входил в его сны! И если это был не Дамблдор, то кто? Впрочем, Том знал, что делать. Подходящее заклинание для осознанного сновидения он нашел еще тогда, когда только начинал изучать проблемы взаимоотношения души и тела. Как там говорила Гермиона? Надо во всем находить позитивное? Что ж, теперь у него был удобный повод испытать Круциатос на враге, когда тот появится в его сновидении. Это являлось несомненным плюсом. За сон в Азкабан не сажали.
Подруга наградила его внимательным взглядом, но ничего не сказала, когда парень сослался на необходимость хорошо выспаться и не потащил ее в Выручай-комнату или ванную для старост, что делал практически всегда в отсутствии патрулей. Спасибо за понимание, дорогая. Сладких снов.
Устроившись на кровати, Том взял волшебную палочку, крепко сжал ее в тонких, изящных пальцах. Скользнул взглядом по тяжелой занавеси, мысленно репетируя свои будущие действия, и вновь переместил его на палочку. Юный маг зависел от этой вещицы, но в то же время в ней была часть его, словно существовали между ними невидимые, нерушимые связи. Она направляла его силы. Она материализовала его могущество…
Юноша сделал глубокий вдох и закрыл глаза перед тем, как произнести заклинание. Он применял его несколько раз. Но тогда во снах отсутствовал таинственный визитер… Легкий взмах палочки, неслышимые слова…
Сознание начало сужаться, словно концентрация внимания плавно переходила с внешнего на внутреннее. Сначала он перестал ощущать свое тело в расслабляющей вязкости. Затем мозг прекратил фиксировать привычное окружение. Мысли терялись в туманной дымке. Эмоции постепенно перестали отвлекать своей значимостью…
Этот темный утес он узнал бы по одному лишь соленому запаху моря, суровому рокоту разбивающихся о скалы волн, болезненным крикам чаек. Где-то сзади пищали двое сопляков, которые осмелились когда-то посмеяться над ним. Теперь же смеялся он, видя ужас в глазах Эми и Денниса, когда те, схватившись за руки, пытались осторожно спускаться вниз по мрачному, опасному склону. Казалось, они даже не видели, куда шли, как слепые котята. Том хмуро порадовался моменту своего триумфа. Но благодаря заклинанию он прекрасно осознавал, что спит и видит сон, воспоминание из приютского прошлого, насыщенного горем и восторгом побед, болью и торжеством.
Мелкая крошка срывалась из-под ботинок вниз, так естественно, как будто все происходило в реальности. Том начал уверенно спускаться еще ниже, где, как он помнил, находился вход в пещеру, доступный лишь во время отлива.
Сзади послышались испуганные крики детей. Том невольно остановился и презрительно посмотрел на ребят. Именно в этот момент он ощутил чужое присутствие — как раз там, куда он намеревался пойти. Незаметно выхватывая палочку, привычно оказавшуюся в кармане, юноша резко обернулся:
— Stupefy!
Страница 79 из 117
