Фандом: Гарри Поттер. Гермиона, Том Риддл. Лучшие ученики, экстраординарные умы. Возможно ли выиграть войну, победив в битве? Сработает ли план Гермионы?
409 мин, 29 сек 14987
Всплеск воды озвучил падение тела, и парень стремительно бросился вниз, не обращая внимания на предательскую опасность скользкого склона. Он должен был узнать, кто посмел бросить ему вызов. И если до этой наглости додумался Блэк, то Риддл был не прочь потренироваться во всех трех непростительных проклятиях.
Но когда парень спустился, его враг, видимо, уже пришел в себя. Том быстро осмотрелся, крепко сжимая волшебную палочку. Шум разбивающихся о камни волн мешал услышать противника. Но тут темный силуэт мелькнул у входа в пещеру, уже наполовину заполненного водой. Риддл кинулся туда. Что ж, придется поплавать.
Зрелище, представшее перед ним, поначалу огорошило юношу. Его противник не плыл. Перед закутанной в мантию фигурой расступались воды, и она, будто Моисей, шла свободно по дну. Что это за магия?!
И тут Тому стукнуло в голову то, что он чуть было не упустил из вида. Как он мог забыть? Реальности вокруг не существовало! Она являлась порождением его собственного сознания и могла быть изменена одной лишь силой мысли. Жаль, что не только его собственной.
Похоже, его враг хорошо изучил все парадоксальные особенности пространства снов. Посмотрим, как он справится. Мысленно представив, как на голову противника рушится свод пещеры, Том сконцентрировался на этой мысли. Раздался гулкий звук, всплеск воды…
Две огромных глыбы застыли над головой врага. И через миг испарились в воздухе. Вот это да! Но медлить было нельзя. Негодяй мог легко покинуть его сон. Том быстро направил палочку:
— Crucio!
Фигура дрогнула, на мгновение масса воды словно облизала ее холодным языком, но потом расступилась вновь. И Том заметил смотрящую на него палочку только в тот момент, когда хриплый, высокий голос произнес:
— Avada…
Интересно, он умрет от смертельного проклятия, полученного во сне? Мысль, как хищная птица, стремительно промелькнула в сознании парня. А ведь так много надо было еще сделать… И Гермиона… Что за глупость? Он не умрет, а только резко проснется.
Но тут противник опустил палочку и, простонав от боли, исчез в налетевшей волне. Том бросился вперед. Вода расступилась перед ним, повинуясь отчетливой мысли юноши, и образовала темный туннель, в конце которого обманчиво мерцали тысячи брызг покорившихся волн. Он обнаружил хрупкое тело словно в центре водоворота. Очевидно, это был не Дамблдор. Да и на Блэка не похож, чересчур щуплый. Держа палочку наготове, юноша склонился к распростертому врагу и прикоснулся к мокрой ткани мантии… Что-то показалось ему знакомым до боли, что-то неуловимое…
Послышался стон, и в этот миг тело начало таять, будто картинка кино в освещенном зале. Нет! Том зацепился мыслью за присутствие противника в его сне. Ты не исчезнешь!
Это было противостояние воли, силы разума. И враг оказался силен. Его фигура то исчезала, то проявлялась вновь. Даже корчась от боли Круциатоса, он мог сопротивляться Риддлу. Точно, не Блэк.
Том добрался до капюшона, прикрывающего лицо… И в этот момент темная, промокшая фигура окончательно растворилась в воздухе.
Он проиграл.
Парень вскочил на ноги и с силой разогнал водную массу вокруг себя. Волны, ударившись о своды пещеры, гулко зароптали и рассыпались миллиардами брызг. Он не привык проигрывать!
И не собирался привыкать. Оглядевшись, Том нашел стенку пещеры, где находился проход в другую ее часть, и в скором времени остановился на берегу озера.
— Lumos!
На конце палочки привычно вспыхнул огонек. Пещера была гигантской. Где-то вдали виднелся то ли небольшой островок, то ли противоположный берег. Юноша постарался выкинуть из головы рассуждения о проигранном поединке и развить мысль о том, что это место могло бы стать прекрасным тайником и убежищем. Но переживания не хотели уходить.
Том сделал глубокий вдох. Хорошо, надо подумать, что именно положительного следовало из всего произошедшего? По большому счету, именно он остался в выигрыше, даже не узнав личность противника. Во-первых, он испытал эффективность Круциатоса, во-вторых, этот субъект теперь вряд ли бы осмелился продолжать свои хамские действия. А главным плюсом являлся сам факт обнаружения противника. Уж не Дамблдор ли уговорил кого-то из учеников шпионить за ним? Причем тот должен был быть весьма неглупым и талантливым. МакГонагалл? Впрочем, не стоило делать скоропалительных выводов. Следовало понаблюдать за поведением и внешним видом любимцев старого маразматика. Crucio — это вам не Tarantallegra и даже не Stupefy.
Холодный пот покрывал лоб девушки, когда ее сознание рывком вышвырнуло в реальный мир. Но она не была в состоянии даже пошевелиться.
Но когда парень спустился, его враг, видимо, уже пришел в себя. Том быстро осмотрелся, крепко сжимая волшебную палочку. Шум разбивающихся о камни волн мешал услышать противника. Но тут темный силуэт мелькнул у входа в пещеру, уже наполовину заполненного водой. Риддл кинулся туда. Что ж, придется поплавать.
Зрелище, представшее перед ним, поначалу огорошило юношу. Его противник не плыл. Перед закутанной в мантию фигурой расступались воды, и она, будто Моисей, шла свободно по дну. Что это за магия?!
И тут Тому стукнуло в голову то, что он чуть было не упустил из вида. Как он мог забыть? Реальности вокруг не существовало! Она являлась порождением его собственного сознания и могла быть изменена одной лишь силой мысли. Жаль, что не только его собственной.
Похоже, его враг хорошо изучил все парадоксальные особенности пространства снов. Посмотрим, как он справится. Мысленно представив, как на голову противника рушится свод пещеры, Том сконцентрировался на этой мысли. Раздался гулкий звук, всплеск воды…
Две огромных глыбы застыли над головой врага. И через миг испарились в воздухе. Вот это да! Но медлить было нельзя. Негодяй мог легко покинуть его сон. Том быстро направил палочку:
— Crucio!
Фигура дрогнула, на мгновение масса воды словно облизала ее холодным языком, но потом расступилась вновь. И Том заметил смотрящую на него палочку только в тот момент, когда хриплый, высокий голос произнес:
— Avada…
Интересно, он умрет от смертельного проклятия, полученного во сне? Мысль, как хищная птица, стремительно промелькнула в сознании парня. А ведь так много надо было еще сделать… И Гермиона… Что за глупость? Он не умрет, а только резко проснется.
Но тут противник опустил палочку и, простонав от боли, исчез в налетевшей волне. Том бросился вперед. Вода расступилась перед ним, повинуясь отчетливой мысли юноши, и образовала темный туннель, в конце которого обманчиво мерцали тысячи брызг покорившихся волн. Он обнаружил хрупкое тело словно в центре водоворота. Очевидно, это был не Дамблдор. Да и на Блэка не похож, чересчур щуплый. Держа палочку наготове, юноша склонился к распростертому врагу и прикоснулся к мокрой ткани мантии… Что-то показалось ему знакомым до боли, что-то неуловимое…
Послышался стон, и в этот миг тело начало таять, будто картинка кино в освещенном зале. Нет! Том зацепился мыслью за присутствие противника в его сне. Ты не исчезнешь!
Это было противостояние воли, силы разума. И враг оказался силен. Его фигура то исчезала, то проявлялась вновь. Даже корчась от боли Круциатоса, он мог сопротивляться Риддлу. Точно, не Блэк.
Том добрался до капюшона, прикрывающего лицо… И в этот момент темная, промокшая фигура окончательно растворилась в воздухе.
Он проиграл.
Парень вскочил на ноги и с силой разогнал водную массу вокруг себя. Волны, ударившись о своды пещеры, гулко зароптали и рассыпались миллиардами брызг. Он не привык проигрывать!
И не собирался привыкать. Оглядевшись, Том нашел стенку пещеры, где находился проход в другую ее часть, и в скором времени остановился на берегу озера.
— Lumos!
На конце палочки привычно вспыхнул огонек. Пещера была гигантской. Где-то вдали виднелся то ли небольшой островок, то ли противоположный берег. Юноша постарался выкинуть из головы рассуждения о проигранном поединке и развить мысль о том, что это место могло бы стать прекрасным тайником и убежищем. Но переживания не хотели уходить.
Том сделал глубокий вдох. Хорошо, надо подумать, что именно положительного следовало из всего произошедшего? По большому счету, именно он остался в выигрыше, даже не узнав личность противника. Во-первых, он испытал эффективность Круциатоса, во-вторых, этот субъект теперь вряд ли бы осмелился продолжать свои хамские действия. А главным плюсом являлся сам факт обнаружения противника. Уж не Дамблдор ли уговорил кого-то из учеников шпионить за ним? Причем тот должен был быть весьма неглупым и талантливым. МакГонагалл? Впрочем, не стоило делать скоропалительных выводов. Следовало понаблюдать за поведением и внешним видом любимцев старого маразматика. Crucio — это вам не Tarantallegra и даже не Stupefy.
Холодный пот покрывал лоб девушки, когда ее сознание рывком вышвырнуло в реальный мир. Но она не была в состоянии даже пошевелиться.
Страница 80 из 117
