Ёлка

Поезд нес меня назад в Москву, а я думал о том, что рассказала мне бабушка. Вроде как при Сталине наше болото осушали заключенные, и кто умирал на работах, того так и хоронили в трясине. Потом на осушенном болоте стали выращивать елки, но все они были какие-то неказистые, облетали быстро, и были очень жесткими. Дети часто ранились о них, елки падали, поговаривали, что они горят как спички. Одним словом, хозяйство стало убыточным и его забросили. Потом один мужик из местных решил его возродить, стал возить елки на продажу и перед праздниками ходил с санями по деревне, предлагал свежие елочки желающим. А потом сгинул тот мужик — кто говорит, что на елке повесился, кто — что в болоте утонул. Пропал и все. А местные жители всегда старые елочки в болото выбрасывали, так в тот год там его и обнаружили, уже всего раздутого. Когда тело подняли, нашли там много останков людей, самого разного возраста. Как-то с той поры никто из деревенских елок в лесу не рубил, да и вообще в ту сторону старались не ходить.

Только вот, сказала бабушка, стали часто приезжать городские с большими фурами — нарубят елок, чтоб набить целиком, и везут на продажу, а куда уж везут…

С тех пор прошло четыре года. Я купил красивую искусственную елку, и каждый год наряжаю ее. Елочные базары обхожу стороной, даже если меня уверяют, что ель из Голландии. Что если она на самом деле приехала из той маленькой сибирской деревни?