Erratum

— Я вернулась с поручения и не знала, что они уже там. — Произнесла Лили, подымая на него свои серо-зеленые глаза. Она никак не могла полностью оправиться от недавнего потрясения, от близости к катастрофе. Ей хотелось вжаться в чье-то сильное надежное тело и выплакать всю свою боль и страх. Прижаться к складкам его черной рубашки, плотным брюкам, крепкому телу под черной тканью. Она помнила его изгибы, когда они уже лежали однажды рядом. Еще одна вспышка молнией осветила закоулки памяти Лили, и она вспомнила, как он лежал рядом с ней на столе, путешествуя с ней по ее жизням, прижимая ее к себе, когда она была на грани, измотанная и истощенная после дна.

Первое желание схватить простыню и укрыться ею, ушло прочь. Ей было приятно оттого, что его взгляд скользил по ее коже, словно он на самом деле касался ее.

— Я распоряжусь, чтобы тебя не выпускали дальше кухни и стойл. — Холодно произнес он, разрывая своим голосом ее наваждение в клочья. — И набрось на себя что-нибудь — жалко смотреть.

Униженная его словами, Лили, наконец, натянула простыню и обернулась в нее. Раздираемая болью, обидой, стыдом и досадой на части, она тихо скользнула мимо Ника на выход. Уже у самой двери она снова обернулась к нему.

— Небирос поправился и в ближайшее время вернется домой. — Произнес он. — Так что готовьтесь к амур де труа, покупайте большую кровать, или что там у вас в планах. — Ник резко развернулся и пошел к распростертому телу.

Лили хотела было что-то возразить, оправдаться, но она так устала всем доказывать то, что для нее было очевидным.

— Спасибо, — прошептала она одними губами, и исчезла в коридоре.

— Не за что, — ответил он, хотя прекрасно знал, что она уже не слышит его. — В конце концов, он был тем еще мерзавцем. — Сказал он, и пнул лежащее тело. Затем отвернул полу пиджака, вытащил контракт и ухмыльнулся, пробегая глазами по одному из мелких подпунктов, начинавшемуся со слов «в случае смерти одной из сторон»….

Лили в простыне ввалилась в свою комнату и бросилась на кровать. Ей нужно было выплакаться, прийти в себя, вырвать с корнем унижение, которое жгло ее хуже пламени.

— Лили, что случилось? — Рамуэль бережно коснулся ее плеча.

— Ничего, — простонала она в подушку, ему нельзя было рассказывать о случившемся, чтобы он не натворил глупостей и не пострадал из-за нее. Она постаралась взять себя в руки.

— Как там София? — Она подняла заплаканное лицо от подушки.

— Со мной все в порядке. — Отозвалась девушка, встревожено глядя на нее. — Что случилось? Узнали о моем исчезновении?

— Лили, как ты могла совершить такую глупость! — Гневно произнес Рамуэль. — Это бессмысленно и опрометчиво!

— Постойте, вы оба. — Краснота и припухлость уже стали исчезать с ее лица, и голос стал почти таким же спокойным, как обычно. — О Софии по-прежнему никто не знает. Я расстроилась из-за гостей, но все уже в порядке. Даже сама не знаю, что меня так задело.

— Кто-то из гостей причинил тебе боль? Что-то сделал тебе? — Воскликнул Рамуэль, готовый разорвать обидчика на части.

— Успокойся, Рамуэль, — ее голос теперь звучал устало. — Никто мне ничего не сделал. Эмоции, и больше ничего, забудем о них. Время подумать о другом, — Лили перевела дух, — Небирос возвращается.

— Скоро? — Рамуэль разом остыл и сосредоточился.

— Не знаю точно, но нам лучше уйти.

— Стоит ли. — Рамуэль нервно зашагал по комнате. — Он погубил нескольких наших, он ранил Илиэля. Если и есть демон, которого стоило бы остановить, то это Небирос.

— Рамуэль, — Лили не могла поверить, что он снова взялся за старое. — Не нужно, прошу тебя, просто уйдем. — И Лили невольно с опаской посмотрела на Софию.

Рамуэль уловил ее взгляд.

— Прости, — снова смягчился он. — Просто я хотел бы… хоть что-то сделать правильно. — Он вздохнул, глядя на незнакомую девушку в комнате. — Мы уйдем, и о Софии никто не узнает.

— Хорошо, — Лили поднялась, помогая им собраться. — Идите в дальние комнаты на границе седьмых коридоров, там много пустующих покоев. Пусть не очень чисто и уютно, но мы это исправим, верно ведь? — Она улыбнулась им обоим. София стояла посреди комнаты, сложив руки — ей нечего было собирать, она лишь со слабым интересом наблюдала за Рамуэлем, а на лице ангела застыло напряженное выражение, словно он сдерживался, чтобы не взорваться. Когда он совсем близко прошел рядом с Софией, задев ее краем своего кожистого черного крыла, девушка отшатнулась.

— Не бойся, все в порядке, — успокоила ее Лили, а затем всмотрелась в ее расширившиеся от ужаса глаза повнимательнее. — Ты знакома с такими, как он?

Девушка покачала головой, но глаза ее, ставшие еще шире, выдали правду.

— Ты видела Самаэля? — Спросил ее Рамуэль, перестав собираться.

Девушка молча кивнула, не в силах больше отпираться, и слезы вновь покатились из ее глаз.

— Он… он взял тебя? — Неуверенно спросил Рамуэль, и видно было, что ему тяжело даже спрашивать о таком, не то, что думать, но он знал, какая слава ходила о падшем.

— Нет, не он. — Прошептала София.

— А кто? — Почти хором спросили Лили и Рамуэль.