Ешь, кусай, люби

— У меня есть выбор?

— Безусловно.

— В таком случае я бы предпочел остаться здесь.

— Как вам будет угодно. Скажите, как давно вы знакомы с мсье Рейнаром?

На моем лице отражается недоумение, фамилия звучит совершенно незнакомо. «Костюмы» уточняют:

— Мсье Ив Рейнар.

— Около месяца. С ним что-то случилось?

На мой вопрос они не реагируют.

— За последние недели в городе произошло несколько зверских убийств.

Мое сердце пропускает удары и начинает глухо биться о грудную клетку. На секунду забываю, как дышать, отчего начинаю кашлять.

— Что с Ивом? Он жив?

— О, с мсье Рейнаром все в полном порядке. Он жив.

— Я бы даже сказала, слишком жив, — дамочка не к месту иронизирует, но я не обращаю на это никакого внимания.

— Тогда я не понимаю…

— Дело в том, что личность убийцы нам известна. На его счету много и других жертв за прошлые годы.

На стол из папки ложатся черно-белые фотографии. На некоторых почти ничего не разобрать, другие достаточно детальны. Никогда не считал себя слабонервным, да и работа не располагает, но от вида мертвых изуродованных тел меня начинает тошнить. На снимках молодые мужчины: трансвестит и два стриптизера, судя по виду. Одному в кадре удаляли почку, другому кромсали задницу, третьему отрезали член.

Я все еще ничего не понимаю. Поверх первой партии ложатся новые снимки. Теперь видно того психа, что орудовал над телами. В какой-то момент фотографу удалось поймать его лицо, достаточно узнаваемое в приборе ночного видения. Какое-то время спустя, ошеломленный, я оказываюсь со стаканом крепкого алкоголя в руке.

— Мы понимаем ваши чувства. Но нам нужна ваша помощь. Вы и сами видите, какой это маньяк. Ваша жизнь может быть под угрозой. К сожалению, в данный момент вы единственный человек, кого он подпустил к себе достаточно близко. Боюсь, без вас нам не справиться.

— Вы не можете его арестовать?

— Это ничего не даст.

— А… — неопределенно вращаю рукой, — другим способом?

— Ликвидировать его простыми способами не получается. Обычные человеческие методы не работают на вампирах. Да-да, вы не ослышались: мсье Рейнар — не человек.

— Что вам нужно от меня?

— Застать его врасплох, обезвредить… Дальше мы обо всем позаботимся сами.

Не помню, как я добрался до дома, как попал в квартиру. Услышанное и увиденное не хочет укладываться в голове. Ив — убийца и вампир! Опустошенность, страх, отвращение, недоумение, неверие борются внутри меня.

Доводы «костюмов» были убедительны, как и улики. Кое-какую информацию они мне оставили, дабы я не счел все вымыслом. Несколько дней проходят как в бреду. Я пытаюсь доказать самому себе, что все это неправда, но чем больше думаю об этом, тем больше убеждаюсь в виновности Ива.

Он по-прежнему не звонил, что было даже хорошо, потому что по голосу он бы сразу понял, что со мной творится что-то не то. Я не могу его видеть. Все сходится и встает на свои места: и его приверженность ночному образу жизни, и холодность тела, и «особая диета» с отказом от человеческой пищи, и некоторые другие странности в поведении.

Ко всем прочим сумбурным мыслям добавляется гнетущее чувство вины. Ведь это была моя идея насчет замещения блюд и самовнушения. Я готовил специально для него, а потом он воплощал мои блюда в своих кровавых экспериментах.

Я не могу простить себя, не могу найти оправдания Иву. Вампир? Даже если и не так, этому монстру все равно не место среди людей. Нахожу визитку, оставленную гардьенами, только номер, ни имен, ни адресов. Дозваниваюсь, представляюсь, меня переключают на второго диспетчера, на третьего, и только после этого трубку берет Эльза. Мы договариваемся о встрече.

Лишь выйдя на лестницу и шатаясь как заправский пьяница, я вспоминаю, что за последние дни ничего не ел и не спал.

— Неважно выглядишь. Ты в порядке?

— Нет. Давайте побыстрее покончим со всем этим.

Мне выдают порошок, объясняя, что это специальное быстродействующее снотворное. Я должен подмешать его в то, что Ив так или иначе попробует в достаточном количестве. При этом нужно что-то достаточно ароматное, чтобы замаскировать специфический запах препарата.

Я готовлю для Ива шоколад.

Ив.

У малыша сменилось руководство и режим работы. Его это нервирует, поэтому решаю дать ему немного свободы на какое-то время, возможность побыть одному, успокоиться и в достаточной мере заскучать.

Не думал, что и для меня эта вынужденная кратковременная разлука станет небольшим испытанием. Хочется чувствовать тепло моего мальчика. Слышать его стоны и всхлипы, гладить его напряженную спину, грудь, бедра, ощущая под ладонями твердые мышцы… Губы настойчиво требуют поцелуев, язык — новых кулинарных изысков.

Решаю отвлечься на затянувшиеся переговоры с итальянцами. Жажда слегка притупляется, но ненадолго. Не звоню ему. Стоит мне услышать голос Адама, распознать в нем хоть нотку тоски, как я сорвусь. Перебрасываемся смсками. В выходные ночные смены малыша заканчиваются, можно встретиться. Недельного перерыва, думаю, будет достаточно.