Фандом: Ориджиналы. Живешь себе спокойно, пытаешься свести концы с концами, торчишь в офисе, холишь свой старенький автомобиль, имеешь весьма дорогостоящее, но порой окупающее себя хобби… И вдруг — удачная охота на дракона, странный пассажир с утра в понедельник, дурацкий рабочий день, а потом и вовсе какие-то гады машину угнали! И понеслось!
116 мин, 48 сек 3372
— Не сравнивай, то был жуткий монстр, — с улыбкой наиграно жалуюсь я. — А это все же человек.
— Но будь осторожна, пожалуйста. Выведай у этого Ниона его намерения и цели, посмотри документы, может, все обойдется. Если будет хоть намек на опасность, бросай квартиру и беги. Хватай первое такси и езжай к нам, — он выговаривает все скороговоркой, потом переводит дыхание и продолжает уже более спокойным тоном. — С поиском машины я могу подсказать, но это будет возможно только к завтрашнему вечеру. Монстра объявим в поиск. О таких чудищах мы точно не слышали.
— Хорошо, спасибо…
— Удачи, держи нас в курсе! Эли будет тебя периодически набирать.
— Да, конечно, еще раз спасибо.
Выдыхаю. Их поддержка для меня много значит. Я больше не растеряна, ко мне возвращается утраченный оптимизм. Кажется, что все будет отлично: машину я найду за считанные часы, а непонятный гость испарится как снег под жарким весенним солнцем, будто и не было его.
Чайник кипит, повизгивая на плите, когда Нион выходит из ванны. Темные волосы взъерошены и слегка влажные на вид. Шейный платок снят, а под камзолом оказывается вполне обычная темно-синяя рубашка, просто дорогая и хорошо пошитая. Он выглядит обычнее, менее загадочно, особенно когда порывается мне помочь, хотя толком не знает в чем. Останавливаю судорожное размахивание руками и делаю все сама. Не потому, что мне так хочется, а потому что просьба поставить пирог в микроволновку вызывает у моего гостя ступор.
Мы молчим и едим вплоть до того момента, как я чувствую, что голод немного утолен, нервное напряжение слегка спало, а значит настало время вопросов и ответов.
— Итак, я хочу услышать ту самую долгую историю.
Он не сопротивляется, дожевывает кусок пирога с таким видом, будто пробует не обычную выпечку, а жаркое из лягушатины со стеблем сельдерея и ломтиками агавы, потом откладывает вилку и, соглашаясь со мной, кивает.
— Я извиняюсь за мой язык… речь. Я учил, как говорить, но давно, забыл. Чем дальше, тем лучше будет.
Нион выглядит довольным и, кажется, действительно постепенно испытывает меньше проблем с выражением мыслей.
— Если мне будет непонятно, я переспрошу, — спокойно отвечаю. Он еще раз кивает, складывает ладони ковшиком и, разглядывая пальцы, принимается объяснять:
— Здесь нахожусь я, в этом городе и стране, по причине семьи. Ищу родственника… глупого и молодого. Сын брата, племянник, следовательно, да? Последний, нет, наследник семьи. Ему недавно стало столько лет, когда нужно принять всю ответственность в семье. Это важно. Он нарушил много правил и сбежал на поиски интересного, нового, выдающегося. Как ему думается, — Нион скептически хмыкает.
— Почему ты?
— Я не занят, не наследник, взрослый, могу сделать. Последний знак… след… сообщение, где мой родич был, я получил из этой стороны. Молодой очень неосторожен был и связался с неправильными… людьми. Или неправыми? Нужно было все делать быстрее. Мне помогли, дали информацию, что я могу найти его здесь. Потом долго искал, спрашивал и определил: мне стоит идти куда-то на проспект Мира. У меня были ориентиры и твоя дорогая и многая помощь. Так я нашел нужное место.
— Я так понимаю, что там никого не было? — помешиваю ложкой в чашке, чтобы чаинки осели на дно. Медитативное занятие, хорошо помогающее сосредоточиться.
— Нет, родственника там уже нет. Когда-то был, немного времени назад, но не сейчас. Но на том месте есть люди. Разные. Я с ними спорил. Потом они, наконец, поняли меня, прониклись моими родственными чувствами и сказали, с кем мне искать пропажу. Было тяжело. Мне пришлось ходить от дома к дому. Никто не знал, какой из них мне нужен. Но я хорошо подготовлен. У племянника есть сигнал… передатчик… внутри кожи. Новые технологии такие. Он его включил, когда вокруг стало нехорошо. Но прибор не работает на большом расстоянии, — он сжимает кулаки. Наверное, Нион расстроен своим провалом и тем, что пришлось так впустую потратить столько времени.
— Но ты их нашел?
Пока истории более-менее понятна. Я встаю, доливаю себе чай и достаю из глубины кухонного шкафа коробку марципана. Она лежала там на крайний случай, ведь самое вкусное у меня всегда на крайний случай. И если этот случай не сегодня, то когда еще?
— Не в один раз. Большое здание, много отдельных комнат, магазинов, людей, шума. Но они лучше знали, куда идти, что нужно делать. Пока я думал, путался, бежал, они сели в машину и ехали мимо совсем близко от меня.
— А как ты вообще различил, что это моя машина?
Конечно, возле будки охранника было освещение, но даже я вряд ли опознала свою машину сразу. Она же совершенно обычная.
— Ну как же? — удивляется, — Три длинных царапины спереди, темно-синие кресла, наклейка с животным на стекле, номер АЕ 0750 СА. У меня хорошее зрение и память, — добавляет, будто это все объясняет. — И автомобиль немного скрипит, когда вращает… поворачивает.
— Ага… — ничего себе наблюдательность, ужасаюсь. — А описать угонщиков можешь?
Он задумывается, но потом кивает.
— Но будь осторожна, пожалуйста. Выведай у этого Ниона его намерения и цели, посмотри документы, может, все обойдется. Если будет хоть намек на опасность, бросай квартиру и беги. Хватай первое такси и езжай к нам, — он выговаривает все скороговоркой, потом переводит дыхание и продолжает уже более спокойным тоном. — С поиском машины я могу подсказать, но это будет возможно только к завтрашнему вечеру. Монстра объявим в поиск. О таких чудищах мы точно не слышали.
— Хорошо, спасибо…
— Удачи, держи нас в курсе! Эли будет тебя периодически набирать.
— Да, конечно, еще раз спасибо.
Выдыхаю. Их поддержка для меня много значит. Я больше не растеряна, ко мне возвращается утраченный оптимизм. Кажется, что все будет отлично: машину я найду за считанные часы, а непонятный гость испарится как снег под жарким весенним солнцем, будто и не было его.
Чайник кипит, повизгивая на плите, когда Нион выходит из ванны. Темные волосы взъерошены и слегка влажные на вид. Шейный платок снят, а под камзолом оказывается вполне обычная темно-синяя рубашка, просто дорогая и хорошо пошитая. Он выглядит обычнее, менее загадочно, особенно когда порывается мне помочь, хотя толком не знает в чем. Останавливаю судорожное размахивание руками и делаю все сама. Не потому, что мне так хочется, а потому что просьба поставить пирог в микроволновку вызывает у моего гостя ступор.
Мы молчим и едим вплоть до того момента, как я чувствую, что голод немного утолен, нервное напряжение слегка спало, а значит настало время вопросов и ответов.
— Итак, я хочу услышать ту самую долгую историю.
Он не сопротивляется, дожевывает кусок пирога с таким видом, будто пробует не обычную выпечку, а жаркое из лягушатины со стеблем сельдерея и ломтиками агавы, потом откладывает вилку и, соглашаясь со мной, кивает.
— Я извиняюсь за мой язык… речь. Я учил, как говорить, но давно, забыл. Чем дальше, тем лучше будет.
Нион выглядит довольным и, кажется, действительно постепенно испытывает меньше проблем с выражением мыслей.
— Если мне будет непонятно, я переспрошу, — спокойно отвечаю. Он еще раз кивает, складывает ладони ковшиком и, разглядывая пальцы, принимается объяснять:
— Здесь нахожусь я, в этом городе и стране, по причине семьи. Ищу родственника… глупого и молодого. Сын брата, племянник, следовательно, да? Последний, нет, наследник семьи. Ему недавно стало столько лет, когда нужно принять всю ответственность в семье. Это важно. Он нарушил много правил и сбежал на поиски интересного, нового, выдающегося. Как ему думается, — Нион скептически хмыкает.
— Почему ты?
— Я не занят, не наследник, взрослый, могу сделать. Последний знак… след… сообщение, где мой родич был, я получил из этой стороны. Молодой очень неосторожен был и связался с неправильными… людьми. Или неправыми? Нужно было все делать быстрее. Мне помогли, дали информацию, что я могу найти его здесь. Потом долго искал, спрашивал и определил: мне стоит идти куда-то на проспект Мира. У меня были ориентиры и твоя дорогая и многая помощь. Так я нашел нужное место.
— Я так понимаю, что там никого не было? — помешиваю ложкой в чашке, чтобы чаинки осели на дно. Медитативное занятие, хорошо помогающее сосредоточиться.
— Нет, родственника там уже нет. Когда-то был, немного времени назад, но не сейчас. Но на том месте есть люди. Разные. Я с ними спорил. Потом они, наконец, поняли меня, прониклись моими родственными чувствами и сказали, с кем мне искать пропажу. Было тяжело. Мне пришлось ходить от дома к дому. Никто не знал, какой из них мне нужен. Но я хорошо подготовлен. У племянника есть сигнал… передатчик… внутри кожи. Новые технологии такие. Он его включил, когда вокруг стало нехорошо. Но прибор не работает на большом расстоянии, — он сжимает кулаки. Наверное, Нион расстроен своим провалом и тем, что пришлось так впустую потратить столько времени.
— Но ты их нашел?
Пока истории более-менее понятна. Я встаю, доливаю себе чай и достаю из глубины кухонного шкафа коробку марципана. Она лежала там на крайний случай, ведь самое вкусное у меня всегда на крайний случай. И если этот случай не сегодня, то когда еще?
— Не в один раз. Большое здание, много отдельных комнат, магазинов, людей, шума. Но они лучше знали, куда идти, что нужно делать. Пока я думал, путался, бежал, они сели в машину и ехали мимо совсем близко от меня.
— А как ты вообще различил, что это моя машина?
Конечно, возле будки охранника было освещение, но даже я вряд ли опознала свою машину сразу. Она же совершенно обычная.
— Ну как же? — удивляется, — Три длинных царапины спереди, темно-синие кресла, наклейка с животным на стекле, номер АЕ 0750 СА. У меня хорошее зрение и память, — добавляет, будто это все объясняет. — И автомобиль немного скрипит, когда вращает… поворачивает.
— Ага… — ничего себе наблюдательность, ужасаюсь. — А описать угонщиков можешь?
Он задумывается, но потом кивает.
Страница 13 из 33
