Если хобби охота на монстров

Спокойным шагом иду дальше по улице, вглубь района, постепенно все больше определяясь с целью моей прогулки. К стадиону и руинам так и недостроенной школы я выхожу минут через двадцать, вдоволь нагулявшись между детскими садами, магазинами и в странном порядке расставленными домами, вверх-вниз по холмистой местности. Со времени той охоты на дракона прошло уже три недели или больше, но за облагораживание этого двора никто не взялся. Прошедшие дожди сгладили разрытую когтями дракона землю, так что, вполне возможно, никакие коммунальные службы ничего ровнять здесь больше не будут.

Бывшее поле битвы постепенно зарастет снова травой, люди протопчут короткие дорожки от дома к дому через бывший стадион, а потом уже никто и не вспомнит, почему земля так странно лежит, а школа разрушена. Когда-нибудь остатки окончательно растащат на собственные нужды местные жители и приезжие из пригорода, а потом какой-нибудь общественный фонд возьмется построить здесь детскую площадку… или стоянку для авто.

Я прохожу дальше: мимо руин, мимо домов, последних в этой части города. За ними лишь широкая полоса деревьев, узкие тропки куда-то вниз по склону, ведущие в кварталы дач и еще дальше — в поля. Дохожу до одного из холмов, с которого хорошо видны темные просторы за пределами жилого массива и мелкими огоньками виднеется на горизонте часть другого района города. Здесь даже лавочку поставили, чтобы удобнее смотреть с нашей окраины вдаль. Внизу тонкой линией блестит речушка. Я долго сижу, наслаждаясь весенним покоем, яркими запахами и ночными звуками. Луны на небосклоне нет, а время настолько позднее, что часть окон в последнем доме от меня гаснет, поскольку владельцы этих квартир легли спать, я поднимаюсь с лавки и бреду обратно.

Поздней ночью здесь вдруг становится непривычно жутко — край города, темные окна, заросшие черными старыми деревьями и кустами окраины, выщербленный асфальт под ногами. Так поздно ходить я привыкла, только если синкромеха в кармане. Она и сейчас там, но толка от нее нет никакого. Лишенная впервые за десять лет этой поддержки я чувствую нервозность и страх. Кусты на дальней стороне дороги подозрительно шелестят. Оборачиваюсь в сторону звука, прижимаю руки к груди, стараясь унять сердцебиение. По закону жанра в кустах быть ничего не должно, все страшное обязательно появится у меня за спиной.

И да, законы жанра действительно работают. Волосы на затылке шевелятся от страха и порыва ветра. Я делаю два шага вперед, не оборачиваясь, потому что в фильмах ужасов нельзя оборачиваться, а нужно бежать. Слух улавливает в тишине четкое клацанье множества тонких и острых ног по асфальту. Так что бежать уже поздно, остается не поддаваться панике и глубоко дышать. Четко понимаю, что возможно ко мне пришли, чтобы убрать свидетеля. Но это можно было легко сделать при нашей последней встрече. Кажется, мне никогда не понять Ниона. Да и стоит ли?

— Все хорошо, — раздается его тихий голос откуда-то слева, как я и ожидаю. — Он сейчас пройдет дальше, и ты сможешь обернуться. — Клацанье доносится ближе к посадке, большая тень спускается в овраг, и один звук заменяется другим — скрипом веток по панцирю.

— А если я не хочу оборачиваться? — мой голос звучит хрипло, почти грубо.

Мне кажется, что я замерла на невероятной высоте посреди пропасти, которую перехожу по тонкому канату, а порывы сильного ветра пытаются столкнуть меня вниз. Я не знаю, что на уме у этого… человека. У меня больше нет оружия, которым я способна защититься или хотя бы создать иллюзию того, что способна это сделать. Поэтому я осторожничаю.

— Тогда я просто стану перед тобой.

Нион делает три шага, обходит меня и становится напротив. Краем глаза замечаю, что огромная тень окончательно залегла на дно оврага и затихла.

— Твой племянник? — Другая человекоподобная тень стоит у темноты, в которой исчез монстр. Присматриваюсь: высокая фигура в вещах большего, чем нужно, размера, в накинутом капюшоне, да еще и с марлевой маской на лице. Так что самого лица и не видно вовсе.

— Да, — Нион оборачивается к стоящему в отдалении человеку и что-то говорит. Я не совсем понимаю слова это или вообще птичьи трели. Совершенно незнакомый мне язык, не напоминающий даже отдаленно ничего из того, что я когда-либо слышала.

— Если племянника ты нашел… то должен был вернуться в свою страну? — Напрягаюсь, от меня до Ниона небольшое расстояние. Сумею ли я отскочить, если он протянет руку ко мне.

— В Ниорис, я собираюсь вернуться в Ниорис сегодня, поэтому хотел увидеть тебя. Поэтому я здесь, — Нион делает шаг вперед, я отступаю. Он бледнеет и волнуется, не знаю, почему так. Это меня беспокоит, но я не спрашиваю, не облегчаю никому из нас жизни. Мой страх внезапно отступает, изгнанный внешними силами, а секундой позже меня накрывает чувство безопасности и спокойствия. Я разочарованно качаю головой:

— Перестань. Не нужно этого делать. Не нужно было это делать с самого начала.