Фандом: Ориджиналы. Некто пытается украсть твою синкромеху? И не погнушается взять ее из твоих мертвых пальцев? Хорошо, что есть друзья, которые прикроют твой тыл и попытаются разоблачить настойчивого «поклонника». А то, что ради этого тебе нужно уехать и столкнуться с собственным болезненным прошлым, это и вовсе мелочи! Так что без возражений возвращайся в темный лес и снова выживи.
184 мин, 22 сек 9512
«Ну, тогда пусть остается», — мелькнула в сознании мысль. Я махнула рукой на другие варианты, раз это кто-то уже оценил, и улыбнулась новому знакомому с надеждой, что в этот раз все будет по-другому, чем с «Дорвавшимися».
Звонок прервает мои воспоминания. Нахальная мелодия пробирается в сознание и заставляет встрепенуться, очнуться. Смотрю на экран. И как тут не подумать о телепатии? Обо мне вспомнил Гарри. Мне смешно, друг как нельзя вовремя. Поднимаю трубку.
— Ну и в каком месте я прервал поток твоих воспоминаний? — Слышится в трубке вместо приветствия. Гарри весело, я улыбаюсь за компанию.
— На самом интересном, — отвечаю, даже не спрашивая, как он догадался, что и где я делаю.
— Это там, где появился я и прибил всех нехороших людей? — Игривый вопрос.
— Нет, это там, где появился твой дядя и хорошенько отодрал тебя за уши, — смеюсь.
Мой собеседник сначала обиженно сопит в трубку, а потом также смеется, замечая:
— Отличное было у нас знакомство!
— Да уж, — вздыхаю. — Главное, есть что вспомнить.
Потом Гарри становится серьезным.
— Так что случилось, подруга? Понимаю, что Днепровск не самое лучшее место для выходных. Но тебя уже и до этой поездки, и до попыток кражи давно что-то тревожит…
— И ты выбрал именно сегодня, чтобы меня дожать и вызнать, что именно? — Полностью ложусь на капот машины, уставившись в белесое небо. Солнце зашло за внезапно оформившиеся облака, еще не темные, но какие-то целеустремленные. Наверное, будет дождь.
— Конечно, — он хмыкает — Я же тебя знаю. Ты уже и так на пределе. Так почему бы не поделиться? Это связанно с событиями в Днепровске?
— Не особо, — с сомнением. Гарри знает меня как облупленную. Почти десять лет, так или иначе, в одной компании это много значит. — Это связанно со мной.
— С нашей последней неудачной охотой, ведь так? — он настойчив, а я все равно сомневаюсь.
— У тебя телефон прослушивается, — бормочу в трубку.
— Сейчас только дядей. А он мне настолько доверяет, что специально слушать не будет. Ты же знаешь, что мне придется ему сообщить, если в любом моем разговоре проскользнет что-то критично важное или опасное…
Я молчу, потому что понимаю, что мое столкновение с Нионом и важное, и опасное. Подозреваю, что на меня спустят всех собак за то, что не поймала этого странного гостя, скрыла эту историю не только от общественности, но и от своей команды, подставила своих друзей. Пусть и не осознанно, пусть по незнанию, но связалась со странным существом. Не врагом и не другом. Монстром.
— Не хочешь пожаловаться? — тихо просят в трубке, и я не выдерживаю, понимая, что и так слишком долго хранила это в себе.
Гарри долго молчит, переваривает, я слышу его дыхание в трубке. И когда я уже готова сорваться на извинения и оправдания, он проговаривает:
— Ну, ты и вляпалась, сестренка!
— Сама знаю, — тихо отвечаю, пытаясь унять непрошеные, уже выступившие слезы.
— Эй, не реви! — Ведущий уже отошел от шока и лукаво спрашивает. — И какой он, этот странный мужик? По внешности и общению.
— Насчет отношений я уже тебе рассказала, какая у нас петрушка вышла. А так. Сначала не могла понять мальчик он или девочка. Черты лица непривычные, но образ пленительный. Неплохо сложен, ростом с тебя или чуть выше. Жаль, что фото не сделала. Одежда на нем была изначально незнакомая, дорогая. Голос очень приятный, высоковат для мужчины, но это ему идет. Не сказала бы, что таких много встречала, но…
— Он показался тебе привлекательным, да?
— Да, — выдыхаю. — Если бы не эти долбанные заморочки с внушением и сам факт, что он черт знает что за монстр…
— Ты бы сделала на него стойку!
— Хватит издеваться! — Фыркаю в трубку. Гарри это доставляет удовольствие.
— А я не издеваюсь, я опечален, — смеется. — Только появился понравившийся тебе человек, с которым ты, может быть, не прочь завести отношения, так что душенька твоя успокоится. И он, тот, на чью шею я мог бы скинуть твою тушку без угрызений совести, оказывается то ли мутантом, то ли пришельцем, то ли тайной разработкой правительственных лабораторий. Невезуха!
— Гарри, — я сконфужена, мне смешно, но все-таки удается вернуть разговор в серьезное русло: — Ты меня простишь?
— А ты-то тут при чем? — слышно, что Эдгар стучит пальцем по чему-то деревянному, нервничает. — Ты, наоборот, очень вовремя среагировала, уберегла парней. Этот Нион и вправду мог их убить. А то, что ты была с ним знакома и что-то подозревала… Это не ошибка. Никто не может знать всего и все предвидеть. Нам не в чем тебя обвинить.
— Спасибо.
— Но та штука, в которой он пропал, — меняет тему Гарри. — Она ведь действительно похожа, да?
— Да, — я не сомневаюсь в ответе. — Именно так очевидцы описывают «Октябрьский прорыв».
— Меня не удивляет то, что монстр мог быть ручным. Об этом есть множество свидетельств, правда, ни один из прирученных не был таким огромным и опасным. Но чтобы прорыв можно было вызвать специально… Это меняет все, Вайл, ты же понимаешь?
Звонок прервает мои воспоминания. Нахальная мелодия пробирается в сознание и заставляет встрепенуться, очнуться. Смотрю на экран. И как тут не подумать о телепатии? Обо мне вспомнил Гарри. Мне смешно, друг как нельзя вовремя. Поднимаю трубку.
— Ну и в каком месте я прервал поток твоих воспоминаний? — Слышится в трубке вместо приветствия. Гарри весело, я улыбаюсь за компанию.
— На самом интересном, — отвечаю, даже не спрашивая, как он догадался, что и где я делаю.
— Это там, где появился я и прибил всех нехороших людей? — Игривый вопрос.
— Нет, это там, где появился твой дядя и хорошенько отодрал тебя за уши, — смеюсь.
Мой собеседник сначала обиженно сопит в трубку, а потом также смеется, замечая:
— Отличное было у нас знакомство!
— Да уж, — вздыхаю. — Главное, есть что вспомнить.
Потом Гарри становится серьезным.
— Так что случилось, подруга? Понимаю, что Днепровск не самое лучшее место для выходных. Но тебя уже и до этой поездки, и до попыток кражи давно что-то тревожит…
— И ты выбрал именно сегодня, чтобы меня дожать и вызнать, что именно? — Полностью ложусь на капот машины, уставившись в белесое небо. Солнце зашло за внезапно оформившиеся облака, еще не темные, но какие-то целеустремленные. Наверное, будет дождь.
— Конечно, — он хмыкает — Я же тебя знаю. Ты уже и так на пределе. Так почему бы не поделиться? Это связанно с событиями в Днепровске?
— Не особо, — с сомнением. Гарри знает меня как облупленную. Почти десять лет, так или иначе, в одной компании это много значит. — Это связанно со мной.
— С нашей последней неудачной охотой, ведь так? — он настойчив, а я все равно сомневаюсь.
— У тебя телефон прослушивается, — бормочу в трубку.
— Сейчас только дядей. А он мне настолько доверяет, что специально слушать не будет. Ты же знаешь, что мне придется ему сообщить, если в любом моем разговоре проскользнет что-то критично важное или опасное…
Я молчу, потому что понимаю, что мое столкновение с Нионом и важное, и опасное. Подозреваю, что на меня спустят всех собак за то, что не поймала этого странного гостя, скрыла эту историю не только от общественности, но и от своей команды, подставила своих друзей. Пусть и не осознанно, пусть по незнанию, но связалась со странным существом. Не врагом и не другом. Монстром.
— Не хочешь пожаловаться? — тихо просят в трубке, и я не выдерживаю, понимая, что и так слишком долго хранила это в себе.
Гарри долго молчит, переваривает, я слышу его дыхание в трубке. И когда я уже готова сорваться на извинения и оправдания, он проговаривает:
— Ну, ты и вляпалась, сестренка!
— Сама знаю, — тихо отвечаю, пытаясь унять непрошеные, уже выступившие слезы.
— Эй, не реви! — Ведущий уже отошел от шока и лукаво спрашивает. — И какой он, этот странный мужик? По внешности и общению.
— Насчет отношений я уже тебе рассказала, какая у нас петрушка вышла. А так. Сначала не могла понять мальчик он или девочка. Черты лица непривычные, но образ пленительный. Неплохо сложен, ростом с тебя или чуть выше. Жаль, что фото не сделала. Одежда на нем была изначально незнакомая, дорогая. Голос очень приятный, высоковат для мужчины, но это ему идет. Не сказала бы, что таких много встречала, но…
— Он показался тебе привлекательным, да?
— Да, — выдыхаю. — Если бы не эти долбанные заморочки с внушением и сам факт, что он черт знает что за монстр…
— Ты бы сделала на него стойку!
— Хватит издеваться! — Фыркаю в трубку. Гарри это доставляет удовольствие.
— А я не издеваюсь, я опечален, — смеется. — Только появился понравившийся тебе человек, с которым ты, может быть, не прочь завести отношения, так что душенька твоя успокоится. И он, тот, на чью шею я мог бы скинуть твою тушку без угрызений совести, оказывается то ли мутантом, то ли пришельцем, то ли тайной разработкой правительственных лабораторий. Невезуха!
— Гарри, — я сконфужена, мне смешно, но все-таки удается вернуть разговор в серьезное русло: — Ты меня простишь?
— А ты-то тут при чем? — слышно, что Эдгар стучит пальцем по чему-то деревянному, нервничает. — Ты, наоборот, очень вовремя среагировала, уберегла парней. Этот Нион и вправду мог их убить. А то, что ты была с ним знакома и что-то подозревала… Это не ошибка. Никто не может знать всего и все предвидеть. Нам не в чем тебя обвинить.
— Спасибо.
— Но та штука, в которой он пропал, — меняет тему Гарри. — Она ведь действительно похожа, да?
— Да, — я не сомневаюсь в ответе. — Именно так очевидцы описывают «Октябрьский прорыв».
— Меня не удивляет то, что монстр мог быть ручным. Об этом есть множество свидетельств, правда, ни один из прирученных не был таким огромным и опасным. Но чтобы прорыв можно было вызвать специально… Это меняет все, Вайл, ты же понимаешь?
Страница 35 из 51
