Фандом: Ориджиналы. Далекий 4000-ый год, люди давно покинули Землю и расползлись по галактике. Натан и Ноа уже многие годы живут вместе. Работают и отдыхают, ссорятся и мирятся. Эта серия рассказов в жанре повседневность: обычные дни двух влюбленных мужчин.
137 мин, 53 сек 17174
— Потому что это моя территория. Ты разве наблюдаешь здесь какие-то пищевые блочки для разогрева или технику для автоматической готовки?
— Это был мой второй вопрос.
— Я люблю готовить сам, — Ноа задумчиво крутил странного вида фрукт: грушу с боевой раскраской арбуза.
— Но ведь вы делаете это раз в…
Ноа стрельнул яростным взглядом в камеру, и Альфред подавился своими же словами, закашлялся, будто имел легкие, и продолжил:
— Мне всё понятно. Очень жаль, я ведь знаю все доступные человечеству рецепты!
— Ну-ну. Давай, помогать будешь. Скоро наш уставший инженер придет наверняка голодный. Если, конечно, опять не ел подачки этих студентов. — Ноа поджал губы, кое-как справляясь с очередным необоснованным приступом ревности.
— Так! А врубай овечек — времени столько, что и уборку можно закатить!
Ноа захлопал в ладоши, тут же показывая каждой овечке угол для уборки, а сам потихоньку начал разводить на кухне творческий беспорядок. Альфред отследил все процессы всех искусственных интеллектов, в том числе и свои, переназначил некоторые для оптимальной работы и стал потихоньку помогать хозяину, в тайне завидуя Натану и в очередной раз представляя, как он становится человеком и служит Ноа до конца Вселенной.
— Ложку! — кажется, хозяин повторяет это в третий раз!
Альфред уменьшил расходы на воображение и вернулся к обязанностям.
Все мельтешили, кружились, что-то делали, отмывали, чистили, натирали, варили, жарили, парили… Кажется, Ноа вообще забыл изначальный план, он то и дело вынимал новое блюдо из духовки или снимал с плиты. И когда стол уже ломился от вкусностей, от которых сводило судорогой желудок даже у киберов, Ноа присоединился к овечкам, с хохотом носясь за ними и помогая отмывать и так чистый дом. А Альфред, уже давно изучивший хозяина, понял, что: или тот ничего не делает кроме работы и, если ему не напоминать, может покрыться слоем пыли, или отмывает всё так, будто завтра приезжает инспектор по быту в личных жилищах (если такой вообще существует). И остановить его было нельзя, только помогать.
И вот, спустя почти три часа Ноа, довольный и улыбающийся, оглядывая результаты своих трудов, решил прилечь на минутку, а там и Натан скоро вернется.
Натан зашел в прихожую и нос к носу столкнулся с выстроенными овечками, которые тут же сделали реверанс и гордо улетели вглубь квартиры.
«Он что-то натворил, — промелькнула первая же мысль. — Главное, чтоб хотя бы цел был»…
Натан чуть ли не бегом вбежал в зал и обомлел: так дом не сверкал даже после ремонта! А стол! Желудок сжался в ком: золотистый суп в прозрачной кастрюле, пара салатов в глубоких тарелках, фрукты — явно какие-то новинки-гибриды — на трехтарелочной стойке, и… мясо… Оно чуть ли не шептало: «Съешь меня!»
Натан обошел стол, направляясь в кабинет Ноа, но, к удивлению, обнаружил последнего, уютно устроившегося на диванчике, свернувшегося в милый клубочек и накрытого пледом. Нежные черты лица были расслаблены, только на губах играла довольная улыбка.
— Эй… соня, — Натан подошел к дивану. — Спасибо, кормилец… Вставай, а то я один всё съем.
Натан нагнулся, легко целуя любимого в висок.
— Мр-р-р… — Ноа нахмурился, чуть потянулся и, волшебным образом извернувшись, увлек Натана рядом на диван. Сложил на нем руки, зажав между собой и мягкой спинкой.
— Э… Ноа?
Спящий проказник зарылся на широкой груди любовника и не подавал признаки пробуждения. Даже от легкой тряски, даже от щелчка по носу, даже от поглаживания паха…
Натан попытался вырваться из плена, но тщетно. Забаррикадировали его основательно, да ещё и схватили намертво.
— М-м-м, Натанчик… — Ноа потерся о Натана и снова замер.
— Что тебе снится, чертенок?
Натан поглядел на любимое лицо, на стол, полный вкусностей, снова на лицо и опять на стол. Желудок булькнул.
— Альфред? — Натан даже не надеялся.
— Да… М-м-м… Второй… хо… жилец?!
— Дай мне что-нибудь со стола?
— Не могу, извините, все манипуляторы заняты, — Альфред пожал свободными манипуляторами и снова свесил их без дела.
— Я. Тебя. Отформа…
Натан не успел договорить, как в его рот была засунута булочка.
— С корицей, хозяин говорит — ваши любимые. И вы такой красивый сегодня!
Натан спрятал улыбку, кое-как высвободив руку и быстро зажевав вкусную выпечку. Ноа лишь крепче прижался.
— Режим тебе надо, а то скоро в спячку впадешь, — в воздух пробурчал Натан.
Он улыбнулся, чуть извернувшись, просунул руку под теплое тело, прижав его ещё ближе, и тоже прикрыл глаза, вдыхая сладкий аромат — Ноа тоже пах корицей.
— Спокойной ночи, Ноа.
Ноа ответил что-то неразборчивое, но Натан точно понял, что это означает. И снова влюбился ещё на капельку сильнее.
— Вж-ж?
— Это был мой второй вопрос.
— Я люблю готовить сам, — Ноа задумчиво крутил странного вида фрукт: грушу с боевой раскраской арбуза.
— Но ведь вы делаете это раз в…
Ноа стрельнул яростным взглядом в камеру, и Альфред подавился своими же словами, закашлялся, будто имел легкие, и продолжил:
— Мне всё понятно. Очень жаль, я ведь знаю все доступные человечеству рецепты!
— Ну-ну. Давай, помогать будешь. Скоро наш уставший инженер придет наверняка голодный. Если, конечно, опять не ел подачки этих студентов. — Ноа поджал губы, кое-как справляясь с очередным необоснованным приступом ревности.
— Так! А врубай овечек — времени столько, что и уборку можно закатить!
Ноа захлопал в ладоши, тут же показывая каждой овечке угол для уборки, а сам потихоньку начал разводить на кухне творческий беспорядок. Альфред отследил все процессы всех искусственных интеллектов, в том числе и свои, переназначил некоторые для оптимальной работы и стал потихоньку помогать хозяину, в тайне завидуя Натану и в очередной раз представляя, как он становится человеком и служит Ноа до конца Вселенной.
— Ложку! — кажется, хозяин повторяет это в третий раз!
Альфред уменьшил расходы на воображение и вернулся к обязанностям.
Все мельтешили, кружились, что-то делали, отмывали, чистили, натирали, варили, жарили, парили… Кажется, Ноа вообще забыл изначальный план, он то и дело вынимал новое блюдо из духовки или снимал с плиты. И когда стол уже ломился от вкусностей, от которых сводило судорогой желудок даже у киберов, Ноа присоединился к овечкам, с хохотом носясь за ними и помогая отмывать и так чистый дом. А Альфред, уже давно изучивший хозяина, понял, что: или тот ничего не делает кроме работы и, если ему не напоминать, может покрыться слоем пыли, или отмывает всё так, будто завтра приезжает инспектор по быту в личных жилищах (если такой вообще существует). И остановить его было нельзя, только помогать.
И вот, спустя почти три часа Ноа, довольный и улыбающийся, оглядывая результаты своих трудов, решил прилечь на минутку, а там и Натан скоро вернется.
Натан зашел в прихожую и нос к носу столкнулся с выстроенными овечками, которые тут же сделали реверанс и гордо улетели вглубь квартиры.
«Он что-то натворил, — промелькнула первая же мысль. — Главное, чтоб хотя бы цел был»…
Натан чуть ли не бегом вбежал в зал и обомлел: так дом не сверкал даже после ремонта! А стол! Желудок сжался в ком: золотистый суп в прозрачной кастрюле, пара салатов в глубоких тарелках, фрукты — явно какие-то новинки-гибриды — на трехтарелочной стойке, и… мясо… Оно чуть ли не шептало: «Съешь меня!»
Натан обошел стол, направляясь в кабинет Ноа, но, к удивлению, обнаружил последнего, уютно устроившегося на диванчике, свернувшегося в милый клубочек и накрытого пледом. Нежные черты лица были расслаблены, только на губах играла довольная улыбка.
— Эй… соня, — Натан подошел к дивану. — Спасибо, кормилец… Вставай, а то я один всё съем.
Натан нагнулся, легко целуя любимого в висок.
— Мр-р-р… — Ноа нахмурился, чуть потянулся и, волшебным образом извернувшись, увлек Натана рядом на диван. Сложил на нем руки, зажав между собой и мягкой спинкой.
— Э… Ноа?
Спящий проказник зарылся на широкой груди любовника и не подавал признаки пробуждения. Даже от легкой тряски, даже от щелчка по носу, даже от поглаживания паха…
Натан попытался вырваться из плена, но тщетно. Забаррикадировали его основательно, да ещё и схватили намертво.
— М-м-м, Натанчик… — Ноа потерся о Натана и снова замер.
— Что тебе снится, чертенок?
Натан поглядел на любимое лицо, на стол, полный вкусностей, снова на лицо и опять на стол. Желудок булькнул.
— Альфред? — Натан даже не надеялся.
— Да… М-м-м… Второй… хо… жилец?!
— Дай мне что-нибудь со стола?
— Не могу, извините, все манипуляторы заняты, — Альфред пожал свободными манипуляторами и снова свесил их без дела.
— Я. Тебя. Отформа…
Натан не успел договорить, как в его рот была засунута булочка.
— С корицей, хозяин говорит — ваши любимые. И вы такой красивый сегодня!
Натан спрятал улыбку, кое-как высвободив руку и быстро зажевав вкусную выпечку. Ноа лишь крепче прижался.
— Режим тебе надо, а то скоро в спячку впадешь, — в воздух пробурчал Натан.
Он улыбнулся, чуть извернувшись, просунул руку под теплое тело, прижав его ещё ближе, и тоже прикрыл глаза, вдыхая сладкий аромат — Ноа тоже пах корицей.
— Спокойной ночи, Ноа.
Ноа ответил что-то неразборчивое, но Натан точно понял, что это означает. И снова влюбился ещё на капельку сильнее.
Глава девятнадцатая или И вовсе не ревнивый, разве что капельку
— Я ему доверяю! — Ноа резко встал и сделал круг вокруг скамьи, не выпуская из рук несчастного рекламного бота, скорее всего, даже того же самого, что попадался ему полгода назад в этом же месте при тех же нахлынувших чувствах.— Вж-ж?
Страница 28 из 38
