Фандом: Гарри Поттер. Гарри и Драко приходится разбираться с последствиями их первобрачной ночи.
37 мин, 30 сек 18069
Гарри смотрел то на мужа, то на свекровь.
Брат Нарциссы?
— Твой… твой дядя женился на одном из Малфоев?
Нарцисса поймала его взгляд:
— Габриэлла — Лестранж.
Непонятно почему, но у Гарри по спине побежали мурашки.
— Вам повезло, — констатировала Габриэлла Орфанос. — Вы достаточно быстро распознали симптомы беременности. В свое время, мы были не так удачливы. — На Драко она не смотрела. — Слишком поздно поняли, что произошло. Я не хотела рисковать жизнью собственного мужа, настаивая на прерывании беременности, пусть даже наш брак был союзом по договоренности. Как вдова, я вынуждена была бы вернуться обратно в родительский дом — и меньше всего мне хотелось именно этого.
Гарри резко плюхнулся на стул около Драко, хотя немногим раньше наотрез отказался присесть. Еле сдержав желание положить руку супругу на плечо, Драко попытался уточнить:
— Но ты… С дядей Киприаном все хорошо, так? И… ваши дети… младше, чем…
И осекся.
Внезапно осознав, что задает вопросы, ответы на которые ему, скорее всего, не понравятся.
Она кивнула:
— Зелья сделали свое дело. У нас еще было немного времени, чтобы не подвергать опасности его жизнь.
Спасибо, тетя, подумал Драко. Правда это, или нет. Но спасибо — за то, что ты позволила мне надеяться, что ко всему прочему не добавилось еще и детоубийство.
— Ты знала? — услышал он собственный вопрос.
Тетя Габриэлла вопросительно посмотрела на него:
— Ты знала, что должно было произойти? Droit Du Seigneur? Мой… мой отец не знал до самого последнего дня, по словам мамы.
— Я узнала об этом на следующий день, — ее губы скривились, хотя ей было явно не до смеха. — Никто не объяснил мне, почему мой отец закрылся с Киприаном той ночью. Думаю, меня решили не ставить в известность, потому что я женщина, и могу не понять семейных традициях. — Казалось, ее мысли витают где-то далеко. — В тот момент это больше всего меня задело. Сначала, мне постоянно твердили, что я Лестранг, представительница одной из старейших семей волшебников, и — как следствие, одной из самых высоких в иерархии. А потом дали понять, что считают меня дочерью, которая способна отмахнуться от обязательств перед родом. — Ее губы сложились в узкую полоску, и невозможно было понять, что именно ее так оскорбило — сам факт Droit Du Seigneur, или то, что ей сказали об этом после.
— Как же им удавалось сохранять все в секрете, если право применялось ко всем? И почему никто не знал, чем оно чревато? — Драко еле удерживался от богохульств и ругательств. Не хотелось, чтобы еще и тетка упрекнула его в несдержанности.
— Чистокровных магов-аристократов нельзя назвать «всеми», Драко. Здесь свои особенности — если мужчина желает предъявить вполне легальные права на собственного зятя… Что ж… нам остается посчитать это за честь, правда?
Ага, и если вспомнить, как я радовался, что мой отец не гомофоб, сообщая ему, что влюблен в мужчину, думал Драко. Я просто ИДИОТ.
Тетя Габриэлла, тем временем, продолжала:
— Лично я могу понять, почему все это не обсуждается в присутствии молодежи, пока их не поставят перед фактом. Либо обязанность держать все в тайне, либо стыд. И неудивительно, что последствия понимают не все.
— И никто из вас даже не подозревал, что он в положении? — Гарри поднял глаза на женщину. — Вы считаете, что они… что они хотели, чтобы вы оба ни о чем не догадывались, пока не станет слишком поздно?
Она тихонько фыркнула:
— Поверьте мне, мистер Малфой…
— Поттер, — поправил ее Драко. — Я беру его фамилию.
Приподняв одну бровь, тетя Габриэлла продолжила:
— Если позволишь, Гарри, тогда… Целью отца было продолжить род Лестрангов с помощью моего мужа. Киприан должен был забеременеть и выносить ребенка. Отец сделал все возможное, чтобы дать нам это понять. Нам даже запретили делать аборт, — она нервно постукивала пальцами по подлокотнику кресла, напоминая Драко его мать. — Мы подчинились. Чтобы доказать им, что я — Лестранг.
Драко посмотрел тетке в глаза.
Да, теперь между ними не было и намека на недомолвку.
Правда?
— Итак.
— Итак… Теперь мы все знаем.
Драко вертел в пальцах сикль, словно собираясь кинуть жребий. Гарри подозревал, что мужу необходимо чем-то занять руки, чтобы не взять палочку. Иначе, через несколько мгновений в комнате не останется ни одного целого предмета.
— Значит, это ритуал зачатия в среде магов, с одним условием… Когда жертва… мужчина.
— Да.
Больше добавить было нечего.
Гарри выдохнул — хоть какая-то ясность:
— Хорошо еще, что мы достаточно рано заметили. Как сказала твоя тетка… не так рискованно.
Драко посмотрел на него, аккуратно положил монетку на стол.
Пересек комнату и обнял Гарри за плечи.
Тот закрыл глаза, обнимая его в ответ. Через какое-то время, убедившись, что уже может говорить, он сглотнул и предложил:
— Сейчас выходные, так? В понедельник я направлю сову к колдомедику.
И, не услышав ответа, продолжил:
— А завтра мы купим маггловские газеты. В выходные поступает больше предложений о сдаче домов и квартир.
— Да, — сказал Драко. — Мы так и сделаем.
Брат Нарциссы?
— Твой… твой дядя женился на одном из Малфоев?
Нарцисса поймала его взгляд:
— Габриэлла — Лестранж.
Непонятно почему, но у Гарри по спине побежали мурашки.
— Вам повезло, — констатировала Габриэлла Орфанос. — Вы достаточно быстро распознали симптомы беременности. В свое время, мы были не так удачливы. — На Драко она не смотрела. — Слишком поздно поняли, что произошло. Я не хотела рисковать жизнью собственного мужа, настаивая на прерывании беременности, пусть даже наш брак был союзом по договоренности. Как вдова, я вынуждена была бы вернуться обратно в родительский дом — и меньше всего мне хотелось именно этого.
Гарри резко плюхнулся на стул около Драко, хотя немногим раньше наотрез отказался присесть. Еле сдержав желание положить руку супругу на плечо, Драко попытался уточнить:
— Но ты… С дядей Киприаном все хорошо, так? И… ваши дети… младше, чем…
И осекся.
Внезапно осознав, что задает вопросы, ответы на которые ему, скорее всего, не понравятся.
Она кивнула:
— Зелья сделали свое дело. У нас еще было немного времени, чтобы не подвергать опасности его жизнь.
Спасибо, тетя, подумал Драко. Правда это, или нет. Но спасибо — за то, что ты позволила мне надеяться, что ко всему прочему не добавилось еще и детоубийство.
— Ты знала? — услышал он собственный вопрос.
Тетя Габриэлла вопросительно посмотрела на него:
— Ты знала, что должно было произойти? Droit Du Seigneur? Мой… мой отец не знал до самого последнего дня, по словам мамы.
— Я узнала об этом на следующий день, — ее губы скривились, хотя ей было явно не до смеха. — Никто не объяснил мне, почему мой отец закрылся с Киприаном той ночью. Думаю, меня решили не ставить в известность, потому что я женщина, и могу не понять семейных традициях. — Казалось, ее мысли витают где-то далеко. — В тот момент это больше всего меня задело. Сначала, мне постоянно твердили, что я Лестранг, представительница одной из старейших семей волшебников, и — как следствие, одной из самых высоких в иерархии. А потом дали понять, что считают меня дочерью, которая способна отмахнуться от обязательств перед родом. — Ее губы сложились в узкую полоску, и невозможно было понять, что именно ее так оскорбило — сам факт Droit Du Seigneur, или то, что ей сказали об этом после.
— Как же им удавалось сохранять все в секрете, если право применялось ко всем? И почему никто не знал, чем оно чревато? — Драко еле удерживался от богохульств и ругательств. Не хотелось, чтобы еще и тетка упрекнула его в несдержанности.
— Чистокровных магов-аристократов нельзя назвать «всеми», Драко. Здесь свои особенности — если мужчина желает предъявить вполне легальные права на собственного зятя… Что ж… нам остается посчитать это за честь, правда?
Ага, и если вспомнить, как я радовался, что мой отец не гомофоб, сообщая ему, что влюблен в мужчину, думал Драко. Я просто ИДИОТ.
Тетя Габриэлла, тем временем, продолжала:
— Лично я могу понять, почему все это не обсуждается в присутствии молодежи, пока их не поставят перед фактом. Либо обязанность держать все в тайне, либо стыд. И неудивительно, что последствия понимают не все.
— И никто из вас даже не подозревал, что он в положении? — Гарри поднял глаза на женщину. — Вы считаете, что они… что они хотели, чтобы вы оба ни о чем не догадывались, пока не станет слишком поздно?
Она тихонько фыркнула:
— Поверьте мне, мистер Малфой…
— Поттер, — поправил ее Драко. — Я беру его фамилию.
Приподняв одну бровь, тетя Габриэлла продолжила:
— Если позволишь, Гарри, тогда… Целью отца было продолжить род Лестрангов с помощью моего мужа. Киприан должен был забеременеть и выносить ребенка. Отец сделал все возможное, чтобы дать нам это понять. Нам даже запретили делать аборт, — она нервно постукивала пальцами по подлокотнику кресла, напоминая Драко его мать. — Мы подчинились. Чтобы доказать им, что я — Лестранг.
Драко посмотрел тетке в глаза.
Да, теперь между ними не было и намека на недомолвку.
Правда?
— Итак.
— Итак… Теперь мы все знаем.
Драко вертел в пальцах сикль, словно собираясь кинуть жребий. Гарри подозревал, что мужу необходимо чем-то занять руки, чтобы не взять палочку. Иначе, через несколько мгновений в комнате не останется ни одного целого предмета.
— Значит, это ритуал зачатия в среде магов, с одним условием… Когда жертва… мужчина.
— Да.
Больше добавить было нечего.
Гарри выдохнул — хоть какая-то ясность:
— Хорошо еще, что мы достаточно рано заметили. Как сказала твоя тетка… не так рискованно.
Драко посмотрел на него, аккуратно положил монетку на стол.
Пересек комнату и обнял Гарри за плечи.
Тот закрыл глаза, обнимая его в ответ. Через какое-то время, убедившись, что уже может говорить, он сглотнул и предложил:
— Сейчас выходные, так? В понедельник я направлю сову к колдомедику.
И, не услышав ответа, продолжил:
— А завтра мы купим маггловские газеты. В выходные поступает больше предложений о сдаче домов и квартир.
— Да, — сказал Драко. — Мы так и сделаем.
Страница 3 из 11
