Фандом: Гарри Поттер. Гарри и Драко приходится разбираться с последствиями их первобрачной ночи.
37 мин, 30 сек 18075
— Accio разрешено только внутри здания в мире магглов, ты, придурок!
— Расслабься, Гриффиндор, — Драко даже не прерывал ласк. Свободной рукой он выдернул из под Гарри собственные брюки, достав из кармана тюбик. — Вот. Сегодня — виноградная. А у тебя?
— Персиковая.
Это была шутка, понятная только им. Они никогда не пользовались ароматизированными смазками.
Драко опрокинул Гарри на пол и прижался к нему. Пах к паху. Гарри вцепился в него, чувствуя такой жар, что ощущения от соприкосновения членов почти потерялось. Но только почти.
Скользнув ладонями вниз и в стороны, Гарри позволил себе поглаживать ягодицы Драко… тот обожал эту ласку… прежде чем раздвинуть их руками и погладить нежную кожу внутри. Драко застонал, прихватывая губами кожу на шее мужа.
Гарри чуть повернул голову, носом уткнувшись в светлые волосы над ухом:
— Сейчас я войду в тебя. Ты знаешь, и ты ждешь этого. Я собираюсь взять тебя, заполнить своим членом… так чтобы ты подумал, это самое лучшее, что случалось в моей жизни. — Дрожащий вздох донесся до него. — И в следующий миг, когда я буду трахать тебя, ты подумаешь нет, вот это самое лучшее, что со мной случалось. И через миг… и в следующий… — он поцеловал его в ухо. — А когда ты будешь трахать меня, я буду думать о том же.
Его руки скользили между лопаток Драко и по его бедрам. Гарри вывернулся из под мужа и положил руку ему на талию, удерживая лицом вниз, пока он сам нащупывал заветный тюбик. Драко положил ладони на пол, по обеим сторонам лица, выражая полную покорность, когда Гарри раздвинул ему ягодицы и нанес смазку, после чего скользнул пальцем внутрь, так глубоко, что ладонь полностью прижалась к горячей коже. Затем добавил другой палец, и третий. Драко шипел и пытался дернуть бедрами, а когда Гарри убрал руки, взмолился:
— Еще…
Гарри посмотрел на него, точно зная, как именно он хочет это сделать.
— Сядь, — сказал он, опускаясь рядом с Драко.
Задыхаясь, тот все же заставил себя подняться. Гарри перевернулся на спину:
— Садись сверху.
Взгляд, которым окинул его Драко, почти заставил его потерять контроль. Серые глаза были одновременно дикими и невинными, как у мальчика из церковного хора — и в то же время, голодными, как у демона.
— Я… — начал он и остановился.
— Просто, я хотел тебе напомнить, — даже лежа на спине, Гарри сейчас прекрасно понимал, что именно он контролирует ситуацию, — что мы никогда не шли проторенными путями. Ты был так уверен, что будешь сегодня снизу, — усмехнулся он.
Снова этот взгляд, порождающий страх, что он взорвется раньше времени. Гарри диким усилием воли заставил себя сдержаться.
Драко перекинул через него ногу, опускаясь ему на пах, заставляя губы приоткрыться в почти болезненном «О», когда желание стало невыносимым.
— Трахни меня, Драко, — прошептал Гарри, зная, что Драко сойдет с ума от этих трех слов. — Трахай меня, пока я трахаю тебя.
Погладив руками его ягодицы, Гарри приподнял Драко и передвинулся так, чтобы кончик его члена уперся в кольцо сжатых мускулов. Шелковистое от смазки отверстие расступилось, впуская его внутрь. Гарри толкнулся бедрами вверх, Драко — вниз, насаживаясь, пока не принял его полностью — и оба закричали. Яички Гарри были почти придавлены ягодицами Драко, мошонка Драко лежала на лобке Гарри. Его член был красным, и стоял почти вертикально, чуть склоняясь к животу Гарри.
В этой позиции легче было раскачиваться, чем входить толчками — и Гарри это больше чем устраивало. Он хотел видеть, как Драко движется на нем, в том же ритме. Обычно бледное лицо его мужа стало красным, почти как член, все обильнее и обильнее покрывающийся влагой, блестевший так, что от одного этого зрелища яички Гарри стали еще более тугими. Бледная красота Драко всегда воскрешала в памяти Гарри засахаренные фрукты. Или меренги. Или рождественский торт. И даже член выглядел так, словно если его лизнуть, то во рту останется привкус леденца.
Повинуясь мольбам — или командам, это как посмотреть — Драко поднимался и опускался на члене Гарри, почти полностью выходя и снова опускаясь, заставляя их обоих стонать.
Нет, долго это продлиться не могло.
— Расслабься, Гриффиндор, — Драко даже не прерывал ласк. Свободной рукой он выдернул из под Гарри собственные брюки, достав из кармана тюбик. — Вот. Сегодня — виноградная. А у тебя?
— Персиковая.
Это была шутка, понятная только им. Они никогда не пользовались ароматизированными смазками.
Драко опрокинул Гарри на пол и прижался к нему. Пах к паху. Гарри вцепился в него, чувствуя такой жар, что ощущения от соприкосновения членов почти потерялось. Но только почти.
Скользнув ладонями вниз и в стороны, Гарри позволил себе поглаживать ягодицы Драко… тот обожал эту ласку… прежде чем раздвинуть их руками и погладить нежную кожу внутри. Драко застонал, прихватывая губами кожу на шее мужа.
Гарри чуть повернул голову, носом уткнувшись в светлые волосы над ухом:
— Сейчас я войду в тебя. Ты знаешь, и ты ждешь этого. Я собираюсь взять тебя, заполнить своим членом… так чтобы ты подумал, это самое лучшее, что случалось в моей жизни. — Дрожащий вздох донесся до него. — И в следующий миг, когда я буду трахать тебя, ты подумаешь нет, вот это самое лучшее, что со мной случалось. И через миг… и в следующий… — он поцеловал его в ухо. — А когда ты будешь трахать меня, я буду думать о том же.
Его руки скользили между лопаток Драко и по его бедрам. Гарри вывернулся из под мужа и положил руку ему на талию, удерживая лицом вниз, пока он сам нащупывал заветный тюбик. Драко положил ладони на пол, по обеим сторонам лица, выражая полную покорность, когда Гарри раздвинул ему ягодицы и нанес смазку, после чего скользнул пальцем внутрь, так глубоко, что ладонь полностью прижалась к горячей коже. Затем добавил другой палец, и третий. Драко шипел и пытался дернуть бедрами, а когда Гарри убрал руки, взмолился:
— Еще…
Гарри посмотрел на него, точно зная, как именно он хочет это сделать.
— Сядь, — сказал он, опускаясь рядом с Драко.
Задыхаясь, тот все же заставил себя подняться. Гарри перевернулся на спину:
— Садись сверху.
Взгляд, которым окинул его Драко, почти заставил его потерять контроль. Серые глаза были одновременно дикими и невинными, как у мальчика из церковного хора — и в то же время, голодными, как у демона.
— Я… — начал он и остановился.
— Просто, я хотел тебе напомнить, — даже лежа на спине, Гарри сейчас прекрасно понимал, что именно он контролирует ситуацию, — что мы никогда не шли проторенными путями. Ты был так уверен, что будешь сегодня снизу, — усмехнулся он.
Снова этот взгляд, порождающий страх, что он взорвется раньше времени. Гарри диким усилием воли заставил себя сдержаться.
Драко перекинул через него ногу, опускаясь ему на пах, заставляя губы приоткрыться в почти болезненном «О», когда желание стало невыносимым.
— Трахни меня, Драко, — прошептал Гарри, зная, что Драко сойдет с ума от этих трех слов. — Трахай меня, пока я трахаю тебя.
Погладив руками его ягодицы, Гарри приподнял Драко и передвинулся так, чтобы кончик его члена уперся в кольцо сжатых мускулов. Шелковистое от смазки отверстие расступилось, впуская его внутрь. Гарри толкнулся бедрами вверх, Драко — вниз, насаживаясь, пока не принял его полностью — и оба закричали. Яички Гарри были почти придавлены ягодицами Драко, мошонка Драко лежала на лобке Гарри. Его член был красным, и стоял почти вертикально, чуть склоняясь к животу Гарри.
В этой позиции легче было раскачиваться, чем входить толчками — и Гарри это больше чем устраивало. Он хотел видеть, как Драко движется на нем, в том же ритме. Обычно бледное лицо его мужа стало красным, почти как член, все обильнее и обильнее покрывающийся влагой, блестевший так, что от одного этого зрелища яички Гарри стали еще более тугими. Бледная красота Драко всегда воскрешала в памяти Гарри засахаренные фрукты. Или меренги. Или рождественский торт. И даже член выглядел так, словно если его лизнуть, то во рту останется привкус леденца.
Повинуясь мольбам — или командам, это как посмотреть — Драко поднимался и опускался на члене Гарри, почти полностью выходя и снова опускаясь, заставляя их обоих стонать.
Нет, долго это продлиться не могло.
Страница 8 из 11
