Гипнотизер-исследователь желает выяснить подвержен ли человек в состоянии агонии действию гипноза и в какой степени и как долго можно задержать гипнозом наступление смерти. Он подвергает месмерическому воздействию своего приятеля Эрнеста Вальдемара, умирающего от чахотки.
15 мин, 12 сек 6573
С целью вывести мистера Вальдемара из состояния месмерического транса я применил обычные пассы. Некоторое время они не сопровождались никакими результатами. Первым указанием на возвращение к жизни было то, что радужная оболочка несколько опустилась вниз. Весьма достопримечательно, что это передвижение зрачков сопровождалось обильным отделением желтоватой сукровицы из-под век, распространявшей острый и в высшей степени неприятный запах.
Тогда присутствовавшие внушили мне мысль подчинить месмерическому влиянию руку пациента, как я это делал раньше. Попытка оказалась неудачной. Доктор Ф. выразил желание, чтобы я обратился к усыпленному с вопросом. Я спросил:
— Мистер Вальдемар, можете ли вы объяснить нам, что вы теперь чувствуете или чего хотите?
Чахоточные пятна мгновенно выступили опять на щеках; язык затрепетал или, вернее, начал яростно вращаться во рту (хотя челюсти и губы были по-прежнему неподвижны); и наконец, тот же самый мерзостный голос, который был уже мною описан, с силой прорвался:
— Ради бога! скорее! скорее! заставьте меня спать — или нет, скорее! Разбудите меня! скорее! Я говорю вам, что я мертв!
Я был совершенно вне себя и мгновенье оставался в нерешительности, не зная, что мне делать. Сперва я сделал попытку успокоить пациента: но после того, как мне это не удалось, благодаря полному отсутствию воли, я стал делать обратные пассы и приложил все усилия, чтобы разбудить его. Я вскоре увидал, что эта попытка мне удается — или по крайней мере, мне представилось, что мой успех будет полным; и я уверен, что все находившиеся в комнате приготовились увидеть пациента проснувшимся.
Но что произошло в действительности, этого не мог бы ожидать никто на земле.
Пока я быстро делал месмерические пассы, среди бешеных возгласов: «Мертв! мертв!» — которые буквально срывались — не с губ, а с языка пациента — все тело его внезапно — в течение одной минуты, или даже быстрее — оселось, распалось на мелкие куски — совершенно сгнило у меня под руками. На кровати перед глазами целого общества лежала почти жидкая масса густой омерзительной гнилости.
Тогда присутствовавшие внушили мне мысль подчинить месмерическому влиянию руку пациента, как я это делал раньше. Попытка оказалась неудачной. Доктор Ф. выразил желание, чтобы я обратился к усыпленному с вопросом. Я спросил:
— Мистер Вальдемар, можете ли вы объяснить нам, что вы теперь чувствуете или чего хотите?
Чахоточные пятна мгновенно выступили опять на щеках; язык затрепетал или, вернее, начал яростно вращаться во рту (хотя челюсти и губы были по-прежнему неподвижны); и наконец, тот же самый мерзостный голос, который был уже мною описан, с силой прорвался:
— Ради бога! скорее! скорее! заставьте меня спать — или нет, скорее! Разбудите меня! скорее! Я говорю вам, что я мертв!
Я был совершенно вне себя и мгновенье оставался в нерешительности, не зная, что мне делать. Сперва я сделал попытку успокоить пациента: но после того, как мне это не удалось, благодаря полному отсутствию воли, я стал делать обратные пассы и приложил все усилия, чтобы разбудить его. Я вскоре увидал, что эта попытка мне удается — или по крайней мере, мне представилось, что мой успех будет полным; и я уверен, что все находившиеся в комнате приготовились увидеть пациента проснувшимся.
Но что произошло в действительности, этого не мог бы ожидать никто на земле.
Пока я быстро делал месмерические пассы, среди бешеных возгласов: «Мертв! мертв!» — которые буквально срывались — не с губ, а с языка пациента — все тело его внезапно — в течение одной минуты, или даже быстрее — оселось, распалось на мелкие куски — совершенно сгнило у меня под руками. На кровати перед глазами целого общества лежала почти жидкая масса густой омерзительной гнилости.
Страница 5 из 5
