Fate

Изуродованное лицо открылось из-под копны волос — изодранное, как и всё тело, над которым поработал безумный скульптор, и вселявшее ужас и отвращение.

Сквозь рваные симметричные разрезы на лице блестели редкие зубы, острые, как бритва, скулы и виски, выбеленные, подобно коже мертвеца. Кожи же на нижней челюсти попросту не было, и вся она была обнажена наголо. Глаза, вырванные тем же безумцем-скульптором, блестели пустыми глазницами, покрытыми засохшей бурой кровью.

Едва оторвавшись от этого манящего в своей кошмарности зрелища, парень лихорадочно взглянул в сторону разломанной сцены. «Нет»…

В свете лунного стояла до боли в груди знакомая фигура. Белая маска вновь склонила голову, взирая сквозь разрезы на Широ и пытающуюся встать карикатуру на человека. Сваленные клоки грязно-рыжих волос всё так же обрамляли её. Нож всё так же блестел в лунном свете. Всё, как в прошлый раз.

И Широ не выдержал. Толкнув спиной дверь, он оказался там, где всё свершилось в прошлый раз.

Обезображенная девушка резко вскочила на ноги. Хриплый вой обезумевшего от боли создания больной, извращённой фантазии эхом отразился от бесчувственных стел. Блеснувшая полоса холодного металла направилась навстречу своей жертве.

Два чудовища сошлись в битве насмерть.

А Широ, вставив запор в виде швабры в дверную ручку, бежал. Бежал, спасая свою жизнь. Загадка, захватившая его, готовилась вновь отобрать жизнь.

«Это точно не люди!» — впопыхах подумал он, чуть не задев ногой какой-то инвентарь. Позади раздавался шум борьбы, и оборачиваться парень даже не думал.«Дёрнул меня чёрт сюда сунуться,» — ругал себя парень, прибавив скорости в забеге на выживание.

Очередная дверь. Очередная препона на пути к спасению. Широ с разбега ударил её. Заперто.

Вопли резко оборвались. Подпёртая шваброй дверь начала разваливаться на куски, не в силах выдержать режущую силу того, кто налегал с той стороны.

Эмия Широ в накатившей волне паники навалился на дверь. Ещё, и ещё, ещё. Треск фанеры и скрежет разрезаемых досок становились всё громче и громче…

— А вот и вражеский Слуга, — повеселевшим на одну миллионную градуса заметил Арчер, когда Рин настигла его. — Этот плебей неплох. Раба больше нет, предыдущий зверёк сбежал.

— Что?!

«Ещё один свидетель?! Этого ещё не хватало!»

Стоит ли говорить, что у такого масштабного, по меркам города Фуюки, мероприятия, как Война Святого Грааля, была очень высокая секретность? Никто из обывателей, населяющих этого город, не должен знать обо всей магической подоплеке. Поправка: никто из живых обывателей, поэтому от ненужных свидетелей избавлялись своими силами. В газетах будет заметка о взрыве газа, о погибших, скорее всего, ничего не скажут, и вся информация осядет в полицейском архиве. Если не будет уничтожена.

— Где он? Куда он сбежал?

— Дальше по зданию. Но этот Слуга с ним вот-вот разделается. А потом — я с ним.

С этими словами Арчер исчез.

— Сто-

Остаток крика ушёл в пустоту. Поглядев в пустоту на месте своего Слуги, она, впервые за свою жизнь, позволила себе высказаться метафорами, обычно неизвестными приличным девочкам из богатых семей.

— -ок, — закончила девушка спустя минуту крайне экспрессивных изречений. На душе полегчало, всю горечь неудач, пускай и ненадолго, словно смыло в трубу. Девушка спрыгнула вниз, дальше решив следовать по улице и зайти с другой стороны школы. С той, с которой должна была появиться жертва…

Наконец дверь поддалась. Ввалившись внутрь, парень оказался в какой-то подсобной мастерской — в такой обычно держат верстак и различного рода инструменты для большинства различных нужд. В одном углу стояло несколько мётел, напротив тяжело дышащего Широ стоял верстак, на нём лежали инструменты — всё, что могло понадобиться в хозяйстве. В других местах тоже валялись вещи, но парню было не до них.

Преследователь уже шёл по коридору, перед этим лениво разделавшись с дверью. Шаги эхом раздавались в звенящей тишине.

Развернувшись, Широ с размаху закрыл дверь и, схватившись за стойку с какими-то металлическими банками, опрокинул её. Раздался звон металла, жесть погнулась, и из испорченной тары начала медленно выливаться краска. Ладони саднили, но не это было самым неприятным событием за вечер.

Внезапная жгучая боль в предплечье пронзила парня. Вскрикнув и рефлекторно прижав руку к больному месту, Широ попятился от двери. Отняв руку от больного места, он увидел кровь. Снова.

«Рана открылась» — промелькнуло в голове при взгляде на ладонь.

Затем парень судорожно оглядел руку. Рукав уже был весь в неприятно тёплой жидкости, уже успевшей пропитать рукав. Раны на разодранной руке уже слегка саднили, но ещё немного — и они откроются снова.

Спиной парень наткнулся на верстак. Резкого взгляда назад, достаточного, чтобы держать в поле зрения ещё и дверь, хватило, чтобы заметить какой-то инструмент. Недолго думая, он схватил это что-то, и кровью из пострадавшей руки немедля брызнуло на пол.