Фатум

«Увидеть Париж и умереть! Не знаю как на счет Парижа, но здесь тоже весьма красиво. А что касается смерти, то ей, по-моему, все равно, где встретить тебя. На вершине Эйфелевой башни, или здесь высоко над землей, морем и небом?»

Игорь улыбнулся своим мыслям, посмотрел на крест, расположенный на недалеком пике, к которому со смотровой площадки на плато тянулась канатная тропа, состоящая из трех тросов, закрепленных местными скалолазами и одновременно любителями легких денег всего лишь, как аттракцион. Игорь прошелся по ней как-то раз, но ничего нового не увидел. Лишь понял, что больше ходить по этим тросам, он не хочет. Ветер, сбивающий ноги с опоры, сведенные в напряжении руки и глаза, которые должны были бы высматривать щели и впадины в горе, а на самом деле смотрящие лишь себе под ноги.

Да, ветер здесь действительно свирепствовал, а главное приручить его никак не получалось. Когда-то на плато поставили ветреной генератор, но лопасти на нем не выдержали силы ветра и были в итоге демонтированы. Новые же, так не были установлены. А люди все надеются, что им, как и герою одной из легенд про Ай-Петри, ловко использующему бычий пузырь для борьбы с ветром, все же удастся приручить, обуздать эту силу, имеющую безграничную власть на этом пике. Ну, или хотя бы получится с ней подружиться.

Туристы отфоткались на фоне креста, облаков под ногами и рваной змейкой двинулись по краю обрыва, увлекаемые спешащим провести как можно больше экскурсий гидом, который и так опережал группу шагов на тридцать. Он постоянно что-то говорил, видимо рассказывал историю Крыма и горы Ай-Петри, пересказывал заученные и вызубренные до автоматизма легенды, а рядом никого и не было, кто бы мог услышать его слова. Но работу гид выполнял четко: маршрут, истории и неважно, слушает и слышит ли его кто-нибудь вообще.

Вот основная масса туристов скрылась из виду и у обрыва остались лишь Игорь да какая-то уже немолодая пара. Женщина была полнотелая, в джинсах и кроссовках. Сверху она была одета в простенькую ветровку. Мужчина же рядом с ней, был в шортах, майке и шлепанцах на босую ногу. Игорь ухмыльнулся, глядя на него. Конечно, кто верит экскурсоводам, которые говорят, что даже если у подножия горы плюс сорок, то на вершине может быть максимум плюс десять, да к тому же с таким ветром, что выдувает и продувает, наверное, и саму гору. Мужчина видимо был пьян, или с дикого похмелья. Хмурый, красномордый, он постоянно говорил о спиртном. То предлагал купить вина, то коньяка, то просил жену, дать ему стольник, а он бы сбегал за пивом. Но женщина от его провокаций стойко отбивалась, с навыками мастера переводила разговор, то на красоту внизу, то на холод на верху, то на воспоминания и мечты. Игорь еще наблюдал за этой парой в полглаза, когда мужик, явно понимая, что его партия проиграна, с тоской махнул на жену рукой и направился вниз к деревьям. Похоже, что женщина спросила его, куда он пошел, потому что до парня донеслось раздраженное: «Поссать». И красномордый, до мурашек замерший мужик скрылся за первыми низкорослыми деревьями.

Игорь отвернулся от женщины и задумчиво смотрел на плывущие внизу тени облаков. Как вдруг услышал громкий вздох, затем шуршание осыпающихся камней и звук падения на землю чьего-то тела. Парень обернулся, уже не ожидая увидеть кого-либо на краю обрыва. Но женщина, за мгновенье до этого с восхищением любующаяся красотами черноморского побережья, неподвижно лежала на камнях, обратившись лицом к небу. Рядом не было никого. Ноги ее были согнуты в коленях, видимо оставшись в таком положении с момента, как подкосились. Одна рука, оказалась под спиной, наверное, она автоматически пыталась смягчить свое падение, а вторая руку была театрально закинута за голову.

Недолго думая, Игорь подскочил к ней. Та не двигалась. Лицо, обращенное к небу, было бледным и даже каким-то синюшным, кровь от губ отошла, превратив их в тонкие плотно сжатые синие полоски. Не зная, что делать, парень попробовал пульс на шее. И с облегчением выдохнул. Жилка явно подрагивала. Тогда он проверил дыхание, но и оно было в норме. Похоже просто обморок из-за перепада высот или еще чего. Действуя на автомате, и не задумываясь, как это выглядит со стороны, Игорь несколько раз ударил ладонью женщину по щекам. Та зашевелилась, приоткрыла расширенные до предела глаза и тихим шепотом не то сказала, не то спросила:

— Солнца больше не будет?.

— Эй, ты чего там творишь? — от посадок внизу, спотыкаясь и норовя вот-вот упасть, к ним бежал красномордый мужик. — Ты кого там бьешь, тварь?

Понимая, что наклевывается перебранка, Игорь поспешил помочь женщине подняться на ноги, но та не могла даже скоординировать движение своих рук, которые болтались у нее как плети.

— Солнца больше не будет, — повторила она, глядя Игорю прямо в глаза своим пустым обморочным взглядом. — Для тебя солнца не будет. Ты не выберешься.