Фандом: Ориджиналы. У Робина Хикса, капитана супертраккера «Ежевика» скоро день рождения. Даже два сразу. Не так-то просто удивить подарком старого космического волка. Особенно, если день рождения и подарок разделяют три тысячи шестьсот лет. Не световых, а обычных. И полторы тысячи световых лет тоже. Но когда Ежевику останавливали трудности?
Русский понял, что американец имел в виду. Он уже держал в руке прямоугольник взрывателя. Сейчас он нажмет одну кнопку — и все здесь зальет вспышка адского пламени, в миллионах градусов которой испарятся их тела и этот межзвездный странник.
— Я готов. Давай, ради людей, ради жизни на Земле!
Уильям откинул крышку и, зачем-то закрыв глаза, нажал на тугую кнопку.
Ничего не произошло.
— Эй, в чем дело? — спросил Алексей.
— Не знаю… может, не сработало? — недоуменно ответил ему Уильям.
— Она сработала, уважаемые, — раздался вдруг у них в шлемофонах странный голос, звонкий, девичий, почти мультяшный. Оба астронавта вздрогнули и уставились друг на друга.
— Прошу прощения, уважаемые, но, может, вы поясните, что вы это такое делаете? — продолжил вещать голосок. Земляне не знали, что каждый из них услышал речь на своем родном языке.
— Кто это говорит? — рявкнул американец.
— Это говорит хозяйка космического корабля, к которому вы только что подбросили термоядерное устройство и взорвали его. Я за вашими спинами, если вы хотите меня увидеть.
Астронавты быстро, как могли позволить их скафандры, развернулись. Перед ними в нескольких шагах стояла бледная, но с здоровым румянцем на щеках, девочка в фиолетовом платье с воланами и рюшами. Колокол сложной юбки спускался ниже ее колен, туфли оказались тоже фиолетовые. Волосы девчонки были собраны в два длинных и толстых хвоста, что едва не мели лунную пыль; глаза на миловидном лице пришелицы были слишком крупные для человеческой расы. Астронавты не заметили на ней ни скафандра, ни каких-нибудь других приборов.
Оба от неожиданности непроизвольно выругались.
Девочка сморщила носик.
— Прошу прощения, мэм, — извинился Уильям. — Мы не ожидали увидеть э… нечто подобное в таком месте.
Алексей тоже пробормотал извинения за свою несдержанность.
То, что вместо страшного инопланетного монстра перед ними стояла хрупкая девочка, было даже еще более жутко. Но они сумели совладать с чувствами. Все же в астронавты брали крепких парней, да и суть миссии подготовила их к встрече с неведомым, даже если неведомое будет с хвостиками до самой Луны.
— Извините, господа и товарищи, — сказала девочка и сделала книксен. — У вас, наверное, масса вопросов, но у меня не будет на них массы ответов. Нам запрещено вступать в контакт с неразвитыми цивилизациями. Эта встреча случайна и вообще не должна состояться.
— Неразвитая цивилизация? — воскликнул американец. — Мы? Но почему?!
— Потому, — наставительно ткнула пальцем девочка в сторону шара. — Это ненормально для цивилизованных существ! Вы едва освоили энергию распада атомного ядра, как уже притащили мне свои игрушку! Вы думаете, все проблемы решаются ядерным взрывом?
Алексей собрался с духом первым:
— Простите нас. Это не наше решение. У нас приказ. Давайте познакомимся. Меня зовут товарищ Леронов, а это — командир экспедиции мистер Уильям Рутлеж.
— Очень приятно. Зовите меня… ну к примеру, Лиловой феей, — снова поклонилась девочка, сложив руки на юбке. — Итак, может вы объяснитесь, зачем вы хотите уничтожить мой корабль?
— Потому, что вы, Лиловая фея, — угроза землянам! — сказал Рутлеж. — Так решили наши власти. Нам сказали, что ваш корабль — разведчик, за которым прибудет флот колонистов! Нам приказано уничтожить разведку. Скажите, это правда?
— Ерунда. Земле нечего волноваться по этому поводу, — возмутилась девочка. — Однако вы сейчас совершили акт агрессии, напали на мой корабль, который мирно припаркован в этом кратере, и взорвали под ним свою штуковину!
— Но взрыва нет! Наша бомба, видимо, повредилась…
— Ошибаетесь, ваше устройство сработало как положено. Просто я контролирую время распада. Но процесс уже идет. Мне придется ее выкинуть в… Впрочем, вам это тоже лучше не знать.
— Вы контролируете ядерную реакцию?!
— До поры. С каждой минутой это делать сложнее. И не удивляйтесь. Мы бы не путешествовали меж звезд, если бы не умели делать подобное.
— Мы? Вас несколько?
— Да боже мой! Хватит меня подлавливать! Мы — это я и мои матросы!
Девочка покачала головой и махнула рукой.
— Извините, но я вынуждена с вами попрощаться. Мне нужно разобраться с этой вашей бомбой. Счастливого возвращения на Землю. И передайте, что после ваших агрессивных действий я запрещаю землянам полеты на Луну и ведение на ней какой-либо деятельности до две тысячи семнадцатого года. И сохраните этот инцидент в тайне от общественности, это в ваших интересах. Если потом всплывет ваше отвратительное поведение…
— Вы хотите сказать, что у землян есть шанс присоединиться к братьям по разуму?!
— Я и так вам много уже сказала, — сложила губки бантиком девочка. — Сохраняйте все случившееся в тайне, я тоже никому не скажу, что земляне меня пытались распылить на атомы. Но на Луну, пожалуйста, пятьдесят лет не летайте! Я прикажу своему помощнику сбивать все, что приблизится. Потом — можно, моего корабля уже здесь не будет.