Фишер

Анализ психосексуального самосознания свидетельствует о том, что у Головкина отмечаются признаки нарушенной половой аутоидентификации. Для него характерна аутоидентификация с матерью на фоне отрицательной оценки личности отца и взаимоотношений с ним, а также фактически нарушенных отношений со сверстниками. Отец не являлся для него позитивной моделью мужской половой роли, а сам процесс идентификации не совершался по пути активной аутоидентификации личности отца. На фоне отрицательного отношения к отцу заблокированных контактов со сверстниками, сформировавшейся психоэмоциональной связи с матерью возникло устойчивое чувство «неуверенности в себе», «отверженности», «закомплексованности», «боязни осуждения со стороны». Указанные особенности самосознания с необходимостью порождали защитную позицию по отношению к собственному «Я», а также к мужской половой роли. Поэтому в связи с наличием сексуального табу по отношению к зрелым женщинам (выраженная психоэмоциональная связь с матерью обусловливала сексуальное торможение) объектом для аутоидентификации собственной маскулинности и заместительной формой экспансирования мужской силы и доминирования становились орально-генитальные контакты с подростками, являющимися с детства источником основных психотравмирующих переживаний.

В фантазиях также нашла отражение гиперактивная мужская позиция («насилующая», «преследующая», «казнящая»). Указание на подчеркнуто негативное отношение к анальному коитусу с переживанием чувства отвращения и брезгливости может быть обусловлено тем, что анальный коитус фактически носит заместительный характер обычного гетеросексуального коитуса, который фактически оказывался у него табуированным. Выявленные особенности формирования психосексуального самосознания являются базисными при формировании гомосексуальной педофилии.

Таким образом, при экспериментально-психологическом исследовании обнаруживается достаточная сохранность интеллектуально-мнестической деятельности, ассоциативных процессов, динамической стороны мышления. Отмечаются некоторое ухудшение качества ответов при усложнении экспериментального материала, формальность ассоциативных образов. Личность характеризуется сенситивностью, ранимостью, эгоцентризмом, ригидностью, дистанцированностью, отчужденностью, нарушением межличностных отношений. Отмечается склонность к созданию сверхценных, трудно-корригируемых концепций, выраженная избирательная перцепция.

Указанные тенденции сочетаются с крайне низким контролем над эмоциями, неспособностью выразить их в социально-допустимой форме, импульсивностью влечения. Обнаруживаются также озабоченность, чувство беспокойства, настороженность, тревожность, раздражительность в сочетании с повышенной утомляемостью и апатией. Основным защитным механизмом (вытеснением) выступают инверсия цели сексуального влечения, подавленное «Я», тенденция скрывать грубые аффекты, предрасположенность к обезличиванию собственной личности. Отмечаются нарушение идентификации, отсутствие четкой дифференциации полоролевых признаков. Поведение в целом можно охарактеризовать как манипуляционное, как средство эмоционального подавления и механизм эмоциональной разрядки. Стремление к подчинению (овладению) себе окружающих выступает как защитно-компенсаторный стиль личностной ранимости, обидчивости, эгоцентричности. В поведении находят отражение эгоцентрическая направленность мотивации, противоречивая структура самооценки, сочетающиеся с неуверенностью в себе, конфликтностью в сфере межличностных контактов, а также низкий уровень эмпатии, снижение чувства сопереживания, понимания другого.

При анализе мотивации проводилась процедура установления «первичного позитивного намерения». При этом были получены две формулировки — «выполнение долга», свидетельствующая об отчуждении личности от ее собственных действий, и «получение облегчения», говорящая о выраженном гомеостатическом компоненте мотивации.

Психическое состояние

Контакту доступен, мимика однообразная, ограничена набором стандартных выражений, левая половина лица более обездвижена. Эмоциональные проявления невыразительные, отмечается несоответствие между тонкой избирательной эмоциональной чувствительностью и аффективной тупостью, холодностью. Движения скованы, угловаты, неуклюжи, лишены гармоничности, непринужденности, пластичности. Во время беседы с трудом подбирает удобную позу, часто бесцельно переставляет ноги, меняет положение рук, стараясь держать их у нижней части живота, ближе к лобку, иногда, особенно в первые минуты, неадекватно улыбается, старается не смотреть в глаза собеседника. Речь последовательная, конкретная, однако эмоционально невыразительная, лишена интонаций.