Барбара Лоччи в свои 32 года по-прежнему горячо любила мужчин. Как мужчин вообще, так и вполне конкретных. Она не то, чтобы была проститутка и брала за свою любовь деньги — нет, она была из категории тех любвеобильных женщин, о которых принято говорить, что они «слабы на передок». В свои 32 года Барбара была замужем вторым браком и безусловно любила своего мужа Стефано Меле. Одновременно с ним она любила Кармело Кутрону, Антонио Ло Бианко, братьев Винчи — Джованни, Сальваторе и Франческо — всех трёх.
298 мин, 5 сек 20842
Довольно скоро выяснилось, что Стефано Меле был из разряда тех мужчин, кого обычно называют «первыми дураками на деревне». Он не был безумным в строгом значении этого слова, а скорее аутичным, заторможенным в реакциях и несколько задержавшимся в своём развитии. Весь клан Меле, состоявший из полутора десятков человек разной степени родства, вышел с острова Сардиния. Как уже упоминалось, оттуда же были родом и представители клана Винчи, три брата которых являлись любовниками погибшей Барбары. Для населявших Флоренцию и её окрестности тосканцев сарды — коренные жители острова Сардиния — были не вполне итальянцами — говорили они на заметно отличающемся диалекте, вели себя как настоящие дикари, были склонны к преступному промыслу. Джованни Винчи, как стало известно полиции, обвинялся односельчанами в изнасиловании собственной сестры и бежал с острова, опасаясь расправы со стороны жениха. Старший из братьев — Сальваторе — тоже был замешан в какой-то подозрительной истории: в 1961 г. его молодая жена, взятая замуж, кстати, принудительно, после изнасилования, отравилась пропаном при весьма странных обстоятельствах. Странных тем, что её ребёнок, сын Сальваторе, спавший рядом с матерью, почему-то оказался перенесён в другую комнату и выжил. Уже во Флоренции братья Винчи много и долго «тусовались» с членами сардинского преступного сообщества и хотя ни в чём серьёзном никогда замечены не были, в целом производили впечатление не вполне благонамеренных членов общества. Сама же Барбара Лоччи, вела себя, мягко говоря, не очень благонравно и флиртовала с мужчинами на глазах не только мужа, но и многочисленных любовников, пренебрегая всеми нормами этики и морали. Отец Стефано Меле, у которого чета проживала некоторое время, выгнал в конце-концов сына и невестку, чтобы не быть свидетелм позора. А Джованни Винчи, взбешённый её приставаниями к мужчинам в баре, однажды выволок Барбару на улицу, отхлестал по щекам и сорвал одежду, заставив отправиться домой в изорванном нижнем белье. Именно после этого случая Антонио Ло Бианко и пригрозил зарезать братьев.
В общем, в глазах тосканских правоохранительных органов двойное убийство возле кладбища в Ластра-а-Сигна выглядело как «чисто сардинская» разборка. Муж поступил со своей женой-шлюхой по понятиям своего необузданного народа, сознался в содеянном, а стало быть, никакой загадки в этом деле не было и быть не могло. Следствие закончилось очень быстро, прокурор при подготовке обвинительного заключения не стал ломать голову над разного рода непонятными нюансами, а полностью принял ту версию событий, которую признавал Стефано Меле. Мол, действовал убийца из побуждений ревности и внезапно охватившего гнева, где он раздобыл взял пистолет и куда его подевал — не помнит, на месте преступления оказался заблаговременно, устроив там засаду с вечера. На машине Сальватора Винчи не ездил и первоначальными показаниями лишь оговорил хорошего человека. Всё настолько просто, что проще не бывает!
Психиатрическая экспертиза хотя и признала Стефано Меле дееспособным, всё же указала на дефекты его личности и заключение экспертизы послужило основанием для смягчения приговора. Ещё одним смягчающим обстоятельством была признана забота о ребёнке, ведь Стефано стрелял так, чтобы не задеть сына! В общем, убийца двоих человек получил всего 14 лет тюремного заключения — довольно мягкий по итальянским меркам приговор за преступление подобного рода.
На этом, собственно, история двойного убийства 21 августа 1968 г. в районе Ластра-э-Сигна заканчивается. Вернее, заканчивается первый вариант этой истории, которому в дальнейшем суждено будет претерпеть весьма необычные метаморфозы. На долгие годы — почти полтора десятилетия — гибель Барбары Лоччи и Антонио Ло Бьянко у кладбищенской стены стала хотя и трагическим, но всё же довольно заурядным примером слепой ревности и бессмысленной ярости. Это преступление было обречено на забвение и действительно оказалось надолго забыто современниками.
Шли годы. Один за другим минули 6 календарных лет — срок вполне достаточный для того, чтобы забыть о двойном убийстве у кладбищенской стены. За эти годы Италия пережила сексуальную революцию, подлинный расцвет наркоторговли, «крышуемой» всевозможными этническими преступными группировками, активизацию политической борьбы, принявшей формы крайне ожесточённого вооружённого противостояния фашистских и леворадикальных боевиков. Все эти годы в Италии много стреляли — как обычные уголовники, так и уголовники от политики, что однако, не мешало обществу богатеть и процветать. Именно в начале 70-х гг. прошлого века Итальянская республика сделала большой шаг в росте общественного благосостояния и прочно обосновалась в ряду наиболее процветающих стран Западной Европы, где благополучно числится и поныне.
В общем, в глазах тосканских правоохранительных органов двойное убийство возле кладбища в Ластра-а-Сигна выглядело как «чисто сардинская» разборка. Муж поступил со своей женой-шлюхой по понятиям своего необузданного народа, сознался в содеянном, а стало быть, никакой загадки в этом деле не было и быть не могло. Следствие закончилось очень быстро, прокурор при подготовке обвинительного заключения не стал ломать голову над разного рода непонятными нюансами, а полностью принял ту версию событий, которую признавал Стефано Меле. Мол, действовал убийца из побуждений ревности и внезапно охватившего гнева, где он раздобыл взял пистолет и куда его подевал — не помнит, на месте преступления оказался заблаговременно, устроив там засаду с вечера. На машине Сальватора Винчи не ездил и первоначальными показаниями лишь оговорил хорошего человека. Всё настолько просто, что проще не бывает!
Психиатрическая экспертиза хотя и признала Стефано Меле дееспособным, всё же указала на дефекты его личности и заключение экспертизы послужило основанием для смягчения приговора. Ещё одним смягчающим обстоятельством была признана забота о ребёнке, ведь Стефано стрелял так, чтобы не задеть сына! В общем, убийца двоих человек получил всего 14 лет тюремного заключения — довольно мягкий по итальянским меркам приговор за преступление подобного рода.
На этом, собственно, история двойного убийства 21 августа 1968 г. в районе Ластра-э-Сигна заканчивается. Вернее, заканчивается первый вариант этой истории, которому в дальнейшем суждено будет претерпеть весьма необычные метаморфозы. На долгие годы — почти полтора десятилетия — гибель Барбары Лоччи и Антонио Ло Бьянко у кладбищенской стены стала хотя и трагическим, но всё же довольно заурядным примером слепой ревности и бессмысленной ярости. Это преступление было обречено на забвение и действительно оказалось надолго забыто современниками.
Шли годы. Один за другим минули 6 календарных лет — срок вполне достаточный для того, чтобы забыть о двойном убийстве у кладбищенской стены. За эти годы Италия пережила сексуальную революцию, подлинный расцвет наркоторговли, «крышуемой» всевозможными этническими преступными группировками, активизацию политической борьбы, принявшей формы крайне ожесточённого вооружённого противостояния фашистских и леворадикальных боевиков. Все эти годы в Италии много стреляли — как обычные уголовники, так и уголовники от политики, что однако, не мешало обществу богатеть и процветать. Именно в начале 70-х гг. прошлого века Итальянская республика сделала большой шаг в росте общественного благосостояния и прочно обосновалась в ряду наиболее процветающих стран Западной Европы, где благополучно числится и поныне.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 6 из 97
