Фандом: Мстители. После битвы с читаури Стив находит в башне Старка кинжал Локи и забирает его себе — в качестве сувенира. И чуть позже выясняет, что может с помощью него общаться с Локи. Казалось бы, только общаться, но все далеко не так просто.
136 мин, 8 сек 6539
— Я хотел на свободу. Я знал, что меня не убьют, Фригг не допустила бы такого, никогда. Но и позволять мне делать, что мне захочется, никто не собирался. Именно поэтому я зачаровал кинжал и бросил его в башне Старка. Твоя кровь связала нас, и ты, сам того не желая, помогал мне выбраться из тюрьмы. Связь должна была стать прочной, и через нее, используя тебя, я бы смог выйти из камеры, попасть в Мидгард — и больше никто никогда меня не нашел бы. Я не знаю, что пошло не так. Магия подсказывала мне, что делать и что говорить, чтобы ты поверил, привязался ко мне. Я должен был врать, но каждое мое слово — правда, каждый рассказ… И ты, такой правильный и чистый, несмотря на то, что солдат… Я просто не могу пожертвовать тобой ради своей свободы. Кем угодно, но не тобой. Выброси кинжал, Стив. И забудь. Впрочем, ты и так забудешь, как только спадут чары. А еще есть Тони. Он не твой Говард, но похож, и возможно, с ним ты будешь счастлив.
Локи осторожно ведет кончиками пальцев по виску Стива к щеке, ниже, к шее и плечу, почти не касаясь. А потом резко выдирается из его рук, рывком отлепляет с груди Стива пластырь и исчезает, слишком быстро, слишком… Все слишком. Стив смотрит прямо перед собой, туда, где только что стоял Локи, и не верит, ни единому слову не верит. И верит одновременно.
В груди, там, где сердце, разгорается ледяной пожар, давит на легкие, не давая дышать, комком собирается в горле. Стив опускается на пол и закрывает глаза. Сцепляет руки, упирается в них лбом и молчит, стискивая зубы. Хотя ему хочется в полный голос завыть.
Ему больно, физически, где-то в глубине грудной клетки. Так же больно было, когда Баки упал с поезда в пропасть. Так же больно было, когда Стив услышал от Тони, что Говард искал его всю жизнь. Так же больно было, когда умерла мама. До слез, до тянущей боли в затылке, до абсолютной беспомощности.
— Идиот, — выплевывает Стив и медленно встает.
Одевается, тщательно расправляя каждую складочку на футболке. Застилает кровать, больше похожую на поле боя. Распрямляет плечи и выравнивает спину, задирая подбородок.
Кинжал лежит на полу немым напоминанием о глупости Стива, и да, его нужно выбросить, но сейчас Стив не в состоянии даже просто на него смотреть. Он глубоко вдыхает и, выйдя из комнаты, прикрывает за собой дверь. Вряд ли ему захочется скоро сюда вернуться.
На кухне обнаруживается сонный Баки в обнимку с чашкой кофе, но Стив не хочет видеть даже его. Хотя как раз Баки ни в чем не виноват, он тут вообще не причем, да и за то, что он есть в этой квартире, сказать спасибо стоит именно Локи.
Стив говорил, и не раз, и все никак не мог выразить свою благодарность так, как ее чувствовал. Не хватало слов. Ни в одном языке их не достаточно, чтобы описать все правильно.
А теперь… Теперь и спасение Баки видится Стиву частью гнусной игры, в которой никому нет до него, Стива, дела и не было никогда. Помощь Тони, подсказки с Гидрой. Все, что между ним и Локи происходило, было частью этой игры. Магией злобного и вечно всем недовольного, безразличного самовлюбленного существа. Равнодушного ублюдка, целиком и полностью заслужившего все свои проблемы и каждое злое слово в свой адрес. Недоверие, ненависть и предательство — все заслуженно и справедливо.
Стив понимает, что его заносит из-за горькой, мутной обиды. Да, Локи невозможно назвать ангелом во плоти, да и просто хорошим сложно, но он ведь помогал, он был искренним.
Он казался искренним, играя со Стивом, и даже не задумался о том, что может кому-то навредить.
— Стив, — зовет Баки от стола. — Ты уже пять минут смотришь в полупустой холодильник и горестно вздыхаешь. И ты один, а ведь у тебя в гостях должен быть наш инопланетный друг… Не хочешь рассказать, что произошло?
Стив не хочет. Он предпочел бы забыть о Локи, вернуться в лед и сон, — да просто тихо сдохнуть в углу, — но только не разговаривать о случившемся.
Слова льются сами собой.
Он рассказывает о первой встрече, о разговорах, о рисунках, о том, как начал что-то понимать о Локи. Об их первом разе, о спасении Баки, о том, как Локи заставил Пирса говорить. Пересказывает его истории, от грустных до веселых и уютных. Вспоминает о доверии и спорах, о том, как ему хотелось проснуться рядом с Локи, хотя бы один раз, но Локи не мог торчать в Мидгарде сутками. О надежде, что Один увидит то, что Локи делает для Мидгарда, и простит его. Даст свободу, даст шанс, даже не Локи — Стиву.
И о последнем разговоре.
Каждое чертово слово выжжено на веках изнутри, и Стив монотонно, без интонаций, повторяет то, что Локи ему сказал. Магия, свобода, связь.
Стив говорит, захлебываясь словами, и неотрывно смотрит на мелко дрожащую в руках чашку.
Баки вздыхает, когда Стив замолкает. Встает, с шумом отодвигая стул, наливает что-то в стакан и садится снова.
Локи осторожно ведет кончиками пальцев по виску Стива к щеке, ниже, к шее и плечу, почти не касаясь. А потом резко выдирается из его рук, рывком отлепляет с груди Стива пластырь и исчезает, слишком быстро, слишком… Все слишком. Стив смотрит прямо перед собой, туда, где только что стоял Локи, и не верит, ни единому слову не верит. И верит одновременно.
В груди, там, где сердце, разгорается ледяной пожар, давит на легкие, не давая дышать, комком собирается в горле. Стив опускается на пол и закрывает глаза. Сцепляет руки, упирается в них лбом и молчит, стискивая зубы. Хотя ему хочется в полный голос завыть.
Ему больно, физически, где-то в глубине грудной клетки. Так же больно было, когда Баки упал с поезда в пропасть. Так же больно было, когда Стив услышал от Тони, что Говард искал его всю жизнь. Так же больно было, когда умерла мама. До слез, до тянущей боли в затылке, до абсолютной беспомощности.
— Идиот, — выплевывает Стив и медленно встает.
Одевается, тщательно расправляя каждую складочку на футболке. Застилает кровать, больше похожую на поле боя. Распрямляет плечи и выравнивает спину, задирая подбородок.
Кинжал лежит на полу немым напоминанием о глупости Стива, и да, его нужно выбросить, но сейчас Стив не в состоянии даже просто на него смотреть. Он глубоко вдыхает и, выйдя из комнаты, прикрывает за собой дверь. Вряд ли ему захочется скоро сюда вернуться.
На кухне обнаруживается сонный Баки в обнимку с чашкой кофе, но Стив не хочет видеть даже его. Хотя как раз Баки ни в чем не виноват, он тут вообще не причем, да и за то, что он есть в этой квартире, сказать спасибо стоит именно Локи.
Стив говорил, и не раз, и все никак не мог выразить свою благодарность так, как ее чувствовал. Не хватало слов. Ни в одном языке их не достаточно, чтобы описать все правильно.
А теперь… Теперь и спасение Баки видится Стиву частью гнусной игры, в которой никому нет до него, Стива, дела и не было никогда. Помощь Тони, подсказки с Гидрой. Все, что между ним и Локи происходило, было частью этой игры. Магией злобного и вечно всем недовольного, безразличного самовлюбленного существа. Равнодушного ублюдка, целиком и полностью заслужившего все свои проблемы и каждое злое слово в свой адрес. Недоверие, ненависть и предательство — все заслуженно и справедливо.
Стив понимает, что его заносит из-за горькой, мутной обиды. Да, Локи невозможно назвать ангелом во плоти, да и просто хорошим сложно, но он ведь помогал, он был искренним.
Он казался искренним, играя со Стивом, и даже не задумался о том, что может кому-то навредить.
— Стив, — зовет Баки от стола. — Ты уже пять минут смотришь в полупустой холодильник и горестно вздыхаешь. И ты один, а ведь у тебя в гостях должен быть наш инопланетный друг… Не хочешь рассказать, что произошло?
Стив не хочет. Он предпочел бы забыть о Локи, вернуться в лед и сон, — да просто тихо сдохнуть в углу, — но только не разговаривать о случившемся.
Слова льются сами собой.
Он рассказывает о первой встрече, о разговорах, о рисунках, о том, как начал что-то понимать о Локи. Об их первом разе, о спасении Баки, о том, как Локи заставил Пирса говорить. Пересказывает его истории, от грустных до веселых и уютных. Вспоминает о доверии и спорах, о том, как ему хотелось проснуться рядом с Локи, хотя бы один раз, но Локи не мог торчать в Мидгарде сутками. О надежде, что Один увидит то, что Локи делает для Мидгарда, и простит его. Даст свободу, даст шанс, даже не Локи — Стиву.
И о последнем разговоре.
Каждое чертово слово выжжено на веках изнутри, и Стив монотонно, без интонаций, повторяет то, что Локи ему сказал. Магия, свобода, связь.
Стив говорит, захлебываясь словами, и неотрывно смотрит на мелко дрожащую в руках чашку.
Баки вздыхает, когда Стив замолкает. Встает, с шумом отодвигая стул, наливает что-то в стакан и садится снова.
Страница 28 из 36
