Фандом: Мстители. После битвы с читаури Стив находит в башне Старка кинжал Локи и забирает его себе — в качестве сувенира. И чуть позже выясняет, что может с помощью него общаться с Локи. Казалось бы, только общаться, но все далеко не так просто.
136 мин, 8 сек 6542
Копье входит в спину эльфа слишком легко, пробивая тяжелые доспехи. Все вообще как-то слишком легко, так не бывает, и что-то обязательно должно пойти не так.
Что именно, Локи понимает не сразу. Просто ему становится больно, дико, нестерпимо больно. Лезвие пропарывает левое легкое насквозь, пройдя в паре сантиметров от сердца. Это не страшно, совсем не страшно, Локи справлялся и не с такими ранами в гостях у читаури. Рана затянется за час, максимум полтора, но она дает шанс сбежать, не вызвав ни у кого подозрений. Сыграть труп не так сложно, Тор поверит, конечно же, поверит.
Это было бы не страшно, если бы Локи далекой яркой вспышкой не почувствовал Стива. Магия взвизгивает, натягивает связь струной, и через нее в Локи тонкой струйкой течет чужая жизнь. Этот идиот не выбросил кинжал. Почему?
Локи не нужна эта жизнь, не так, но магия этого не понимает и настойчиво убивает Стива, пытаясь починить Локи. На то, чтобы оградиться от нее, вернуть обратно, уходят почти все силы. Он ощущает рядом Тора и умудряется даже разговаривать с ним, но не понимает о чем.
А Тор, кажется, плачет. Почему? У Локи от напряжения немеют губы
— Я расскажу отцу о том, что ты сделал сегодня, — долетает до гаснущего сознания — и вместе с этим откуда-то издалека доносится жалобный крик: «Нет!»
Стив.
— Я сделал это не для него…
— Нет.
— И где… — она оглядывается на Фьюри и понижает голос. — Где Локи, ты тоже не признаешься?
Стив пожимает плечами.
— Как я подозреваю, он у себя дома. И это не твое дело.
Выходит грубее, чем хотелось, быть вежливым Стив сейчас не в состоянии. Не потому что одиноко, а потому что его снедает тяжелая тревога, предчувствие, что что-то идет не так, хотя вокруг все спокойно и идиллически прекрасно.
Огромное здание библиотеки в окружении зеленых английских газонов помпезно высится в сотне метров от джета Щ. И.Т. а, беззаботные студенты косятся опасливо и заинтересованно, и нет ничего лучше, чем просто немного постоять без дела.
Кстати, шептать было необязательно. Фьюри о Локи знает, сам как-то догадался — и не сказал почти ничего.
— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Стив, — и все. Больше ни слова.
Тогда Стив думал, что знает, конечно же, а сейчас он сомневается во всем, включая новости о конвергенции. Нет, Тони что-то посчитал и сделал загадочные выводы, из которых Стив понял ровно три слова. Но приближающееся нечто могло быть каким-нибудь инопланетным вторжением имени Локи, от которого никто не успеет отбиться.
Стиву очень хочется верить в слова Баки, но с каждым днем ему все тяжелее. Непонятно почему. Глухая тоска не дает спокойно уснуть, Стив устает, выматывается — и не спит все равно.
Он оглядывается на голос Тони и возвращается в джет.
— … неть. — Тони только что не подпрыгивает на месте, тыкая пальцем в экран. — Брюс, ты это видишь?
— Вижу.
Брюс говорит что-то еще, но Стив не понимает ни слова, потому что его захлестывает с головой чужая боль. Далекая и сначала слабая, но нарастает с каждым ударом пустившегося вскачь сердца. Она колотится в висках и где-то под левым легким, раздирает на части желудок, горит за глазами красно-черным огнем.
— Локи, — выдыхает Стив и, кажется, падает на колени.
Локи умирает, и его смерть Стив чувствует как свою.
— Нет!
Его хватают за плечи, и далеко наверху кто-то орет разными голосами, а Стив дышит мелко и быстро, и тянется куда-то. Куда? Он слышит чужой разговор и плач, чувствует на лице обжигающе горячий ветер, а на рукe ледяное прикосновение. Баки?
— Держись, Стив. Держись.
Воздуха мало, его слишком много, он переполняет легкие чем-то вязким и рвется наружу глухим воем.
Нет, пожалуйста, не надо. Не так, не сейчас.
— Локи?
Тишина в ответ пугает больше боли, Локи нет, словно не было никогда, и что-то надсадно визжит прямо в голове. Рвется, бьется на части, рассыпаясь мелкими осколками.
Стив чувствует, как из него словно вытекает что-то важное, легкой упругой струйкой вдоль светящейся зеленым линии. Оплетает ее, плещет мягко. И силы кончаются вместе с каждой каплей, все быстрее и быстрее, пока в какой-то момент движение не замирает на пару секунд и все вытекшее волной не возвращается в Стива. Оно приносит с собой чужую боль и дыхание горячего ветра, задыхающийся вскрик, твердую землю под головой. Закаменевшие плечи под ладонями, что-то теплое и металлическое, за что можно уцепиться, сжать и дернуть на себя.
Стив выдирается из держащих его рук, тянется вперед и перехватывает Локи под спину, прижимает к себе, задевая подбородком висок, и почти с ужасом ощущает, что тело Локи слишком тяжелое и безжизненное.
— Локи!
Над головой орут снова, звенит натянутая тетива, и кто-то веско говорит: «Нет!» Под ладонями у Стива липко и мокро, а голова Локи болтается на шее, как у сломанной игрушки. Он не дышит, и его кожа странно серая, расчерченная темными полосами, а губы сливаются по цвету с лицом, и глаза закрыты.
Что именно, Локи понимает не сразу. Просто ему становится больно, дико, нестерпимо больно. Лезвие пропарывает левое легкое насквозь, пройдя в паре сантиметров от сердца. Это не страшно, совсем не страшно, Локи справлялся и не с такими ранами в гостях у читаури. Рана затянется за час, максимум полтора, но она дает шанс сбежать, не вызвав ни у кого подозрений. Сыграть труп не так сложно, Тор поверит, конечно же, поверит.
Это было бы не страшно, если бы Локи далекой яркой вспышкой не почувствовал Стива. Магия взвизгивает, натягивает связь струной, и через нее в Локи тонкой струйкой течет чужая жизнь. Этот идиот не выбросил кинжал. Почему?
Локи не нужна эта жизнь, не так, но магия этого не понимает и настойчиво убивает Стива, пытаясь починить Локи. На то, чтобы оградиться от нее, вернуть обратно, уходят почти все силы. Он ощущает рядом Тора и умудряется даже разговаривать с ним, но не понимает о чем.
А Тор, кажется, плачет. Почему? У Локи от напряжения немеют губы
— Я расскажу отцу о том, что ты сделал сегодня, — долетает до гаснущего сознания — и вместе с этим откуда-то издалека доносится жалобный крик: «Нет!»
Стив.
— Я сделал это не для него…
Глава 10
— Ты не хочешь объяснить, что происходит? — В голосе Наташи звенит сталь, вот только на Стива это не действует.— Нет.
— И где… — она оглядывается на Фьюри и понижает голос. — Где Локи, ты тоже не признаешься?
Стив пожимает плечами.
— Как я подозреваю, он у себя дома. И это не твое дело.
Выходит грубее, чем хотелось, быть вежливым Стив сейчас не в состоянии. Не потому что одиноко, а потому что его снедает тяжелая тревога, предчувствие, что что-то идет не так, хотя вокруг все спокойно и идиллически прекрасно.
Огромное здание библиотеки в окружении зеленых английских газонов помпезно высится в сотне метров от джета Щ. И.Т. а, беззаботные студенты косятся опасливо и заинтересованно, и нет ничего лучше, чем просто немного постоять без дела.
Кстати, шептать было необязательно. Фьюри о Локи знает, сам как-то догадался — и не сказал почти ничего.
— Я надеюсь, ты знаешь, что делаешь, Стив, — и все. Больше ни слова.
Тогда Стив думал, что знает, конечно же, а сейчас он сомневается во всем, включая новости о конвергенции. Нет, Тони что-то посчитал и сделал загадочные выводы, из которых Стив понял ровно три слова. Но приближающееся нечто могло быть каким-нибудь инопланетным вторжением имени Локи, от которого никто не успеет отбиться.
Стиву очень хочется верить в слова Баки, но с каждым днем ему все тяжелее. Непонятно почему. Глухая тоска не дает спокойно уснуть, Стив устает, выматывается — и не спит все равно.
Он оглядывается на голос Тони и возвращается в джет.
— … неть. — Тони только что не подпрыгивает на месте, тыкая пальцем в экран. — Брюс, ты это видишь?
— Вижу.
Брюс говорит что-то еще, но Стив не понимает ни слова, потому что его захлестывает с головой чужая боль. Далекая и сначала слабая, но нарастает с каждым ударом пустившегося вскачь сердца. Она колотится в висках и где-то под левым легким, раздирает на части желудок, горит за глазами красно-черным огнем.
— Локи, — выдыхает Стив и, кажется, падает на колени.
Локи умирает, и его смерть Стив чувствует как свою.
— Нет!
Его хватают за плечи, и далеко наверху кто-то орет разными голосами, а Стив дышит мелко и быстро, и тянется куда-то. Куда? Он слышит чужой разговор и плач, чувствует на лице обжигающе горячий ветер, а на рукe ледяное прикосновение. Баки?
— Держись, Стив. Держись.
Воздуха мало, его слишком много, он переполняет легкие чем-то вязким и рвется наружу глухим воем.
Нет, пожалуйста, не надо. Не так, не сейчас.
— Локи?
Тишина в ответ пугает больше боли, Локи нет, словно не было никогда, и что-то надсадно визжит прямо в голове. Рвется, бьется на части, рассыпаясь мелкими осколками.
Стив чувствует, как из него словно вытекает что-то важное, легкой упругой струйкой вдоль светящейся зеленым линии. Оплетает ее, плещет мягко. И силы кончаются вместе с каждой каплей, все быстрее и быстрее, пока в какой-то момент движение не замирает на пару секунд и все вытекшее волной не возвращается в Стива. Оно приносит с собой чужую боль и дыхание горячего ветра, задыхающийся вскрик, твердую землю под головой. Закаменевшие плечи под ладонями, что-то теплое и металлическое, за что можно уцепиться, сжать и дернуть на себя.
Стив выдирается из держащих его рук, тянется вперед и перехватывает Локи под спину, прижимает к себе, задевая подбородком висок, и почти с ужасом ощущает, что тело Локи слишком тяжелое и безжизненное.
— Локи!
Над головой орут снова, звенит натянутая тетива, и кто-то веско говорит: «Нет!» Под ладонями у Стива липко и мокро, а голова Локи болтается на шее, как у сломанной игрушки. Он не дышит, и его кожа странно серая, расчерченная темными полосами, а губы сливаются по цвету с лицом, и глаза закрыты.
Страница 31 из 36
