Франческа и комета Свифта-Туттля

Шушуши слетели со стен и со стропил потолка, встревоженные внезапным вторжением. Их крылья тут же закачали множество стоватных лампочек свисающих на коротких проводах по всей поверхности купола. Завидев Гумбаря с человечком за спиной, они спикировали к нему, предвкушая еду. Однако хозяин недовольно отмахнулся от них, давая понять, что эта жертва совсем для другой цели. По устланной соломе за ним тянулся кровяной след.

У жертвенного круга Гумбарь снял со спины бессознательного Гошку, затем уложил его прямо под чудовищной люстрой с коровами. В деревянном настиле жертвенника были железные петли для закрепления рук и ног. Гумбарь наскоро зафиксировал жертву. Он делал это неуклюже одной рукой, поскольку другой пытался закрывать рот, из которого сочилась кровь.

Уладив дело с ритуальной жертвой, Гумбарь принялся за коров. Он торопливо наносил мощные удары колуном в область шеи, моментально вскрывая крупные артерии, будто сбивал пробки с бутылок. Из коров тугой струей хлынула алая кровь. Шушуши сейчас же всполошились и, приземлившись у желоба, как у корыта, стали жадно лакать. Гумбарь по-злому распинал их по бокам и что-то грозно пробубнил полным крови ртом. Животные послушно отпрянули, но продолжали облизываться, взирая на сатанинский обряд со стен.

Кровь, тем временем, наполнила желоб и по канальному ответвлению заструилась к роторному механизму в виде горизонтального деревянного колеса с жестяными лопастями. Поток крови из желоба начал медленно толкать лопасти, заставляя крутиться роторное колесо. Движение этого колеса было бы бессмысленным, если бы из него не торчал вертикальный вал с ременным сцеплением к шестереночному механизму у самой стены. Крутившиеся шестеренки в свою очередь медленно расслабляли механический тормоз, который сдерживал металлический трос, связанный с люстрой из коров и с острой серебряной пикой. С каждым проворотом шестеренок серебряная пика приближалась к оголенной груди Гошки и скоро должна была проткнуть его насквозь. Гумбарь с нетерпением ожидал этого момента, ведь его череп уже начал трескаться. Из его нутра наружу рвался Зверь.

Франческа ворвалась в логово зверя, как спасительный порыв ветра после недельного штиля. Она вошла громко, пнув по высоким двустворчатым дверям, которые раскрылись с треском нараспашку. Секира злобно вскинулась для удара. Рядом с девочкой встал Микола с заряженным арбалетом.

То, что они увидели, ввергло их в кратковременный шок. Гумбарь практически завершил перерождение. Верхняя половина туловища уже не была человеком. Это был страшный крылатый зверь с двумя хищными плоскими головами рептилий, которые шевелились на длинных змеиных шеях. Все его склизкое тело мерзкого терракотового цвета от пояса и выше было покрыто острыми хитиновыми шипами. Куски человеческого черепа с позвоночником, ребрами и с кожей свисали вниз, словно часть полурастегнутого комбинезона. Одна из голов резко обернулась на звук, но другая продолжала взирать на жертву, алчно наблюдая, как острие пики приближается к груди мальчика.

— Что за… — только и смог произнести побледневший Микола.

Мозг Франчески в это время мгновенно оценил обстановку. Её взгляд быстро переключился от крылатого Гумбаря к лежащему Гошке. Затем она увидела распоротых, кровоточащих коров — желоб с кровью — канал, ведущий к горизонтальному ротору — вал — ремень — шестеренки — трос… Франческа вцепилась глазами в трос и тут же проследила, что он тянется вертикально вдоль стены, переходит на купол и заканчивается на страшной люстре.

За полторы секунда она поняла механизм убийственной машины. Пика за это время опустилась ниже и встала в каком-то сантиметре от гошкиной груди.

Медлить было нельзя. Франческа сделала резкий отступ, занесла руку с секирой назад и прицельно швырнула её в дальний конец помещения. Секира со свистом перекрутилась пару раз через себя и срубила вал на роторе. Тормоз тут же застопорил движение пики. Зверь-Гумбарь взревел, схватился за пику и принялся толкать её вниз, пытаясь проткнуть грудь жертвы собственными силами. Однако тормоз у стены держал пику намертво.

Все это произошло за какие-то две секунды, поэтому Франческа не успела заметить, как с потолка, шурша крыльями, снялось три шушуши. Разевая клыкастую пасть, они неслись на непрошенных гостей.

Шушуш заметил Микола.

— Франча, сверху! — крикнул он и тут же выстрелил в ту крылатую бестию, что летела по центру.

Стрела попала точно в глотку животного, отчего шушуша резко, будто подбитый истребитель, спикировала вниз и прочесала тупым рылом пыльный соломенный пол. Две другие шушуши от неожиданной атаки сделали плавный пирует, зависли на секунду в воздухе, хлопая крыльями, а затем с еще больше злобой кинулись на обидчиков.

— Бежим врассыпную! — крикнула Франческа.