Фандом: Гарри Поттер. — И кто тот счастливчик, что обошел моего неудачливого бестолкового братца?— Профессор Снейп. — Ты умеешь удивлять, подруга! Кто бы мог подумать — Снейп! Вот это улов!Продолжение «Шах и мат, мисс Грейнджер!», но можно рассматривать как самостоятельный фик.
21 мин, 7 сек 16210
Празднество шло своим чередом. Солнце лениво клонилось к закату, а новобрачные неустанно принимали теплые поздравления и свадебные подарки.
— Профессор, позвольте пожелать вам счастливой семейной жизни, — выдал появившийся из ниоткуда Гарри Поттер и, улыбаясь во все тридцать два зуба, крепко пожал Снейпу руку. Профессор подозревал, что герой магического мира еще не вполне отошел от полученного шока.
«С чего это ты так радуешься? Тебе бы в Мунго обратиться… Верно, две полученные Авады не прошли даром и имеют вполне заметные последствия», — подумал Северус.
— Я все устроила, сэр, — шепотом сообщила ему на ухо подошедшая Джинни. — У вас шесть, вернее, уже пять минут до начала действия зелья.
Северус огляделся и, выхватив взглядом Гермиону, поторопился добраться до нее. Ласково взяв под локоть, он вывел ее из шатра.
— Думаю, нам пора оставить праздник. Ты так не считаешь?
— Наверное, вы правы, сэр, — едва выдавила его юная супруга, нервно теребя край платья.
— Гермиона, тебе не кажется, более уместным называть теперь меня по имени и на «ты»?
— Мне все еще неловко, — честно призналась она.
«Я исправлю это совсем скоро. Сегодня ты будешь кричать мое имя, малышка!» — зарываясь лицом ей в волосы и вдыхая сладкий аромат яблока и ванили, пообещал он себе. Затем решительно обнял ее и аппарировал…
— Гермиона! — хрипло выкрикивал Северус, теряясь в круговороте ощущений. — О да! Герми… она! — и стены спальни эхом вторили ему.
Кто же мог подумать, что скромница, отличница и лучшая ученица Хогвартса способна вытворять такие невероятно приятные вещи! О, на что оказался способен этот маленький ротик всезнайки, который все семь лет озвучивал правильные ответы! О, на что оказались способны эти маленькие пальчики, когда-то перепачканные чернилами и старательно выводившие на пергаментах древние руны! И от этого Снейп окончательно терял контроль над собой.
«Терпи, Северус, ты же не мальчишка, чтобы сдаваться так скоро», — беспрестанно стучало в его голове.
В тот момент он не помнил, как, очутившись дома, Гермиона неожиданно перехватила инициативу и прильнула к нему трепещущим от желания телом.
— Теперь ты мой, Северус, а я — твоя, — деланно переливчато пропела она соблазнительным голосом ему на ухо, слегка прихватывая губами его мочку, — твоя маленькая миссис Снейп.
Какую же бурю подняла она в нем!
— Ты играешь с огнем, девочка, — едва сдерживался он.
— Я жажду пожара, Северус, — не отступала она.
— Ведьма! — со стоном выдохнул он, чувствуя, как голова пошла кругом от этих ее искушающих слов.
Он низко зарычал и, подхватив ее, пулей взлетел по лестнице на второй этаж…
В комнате до рассвета искрили и вспыхивали всполохи древней, как мир, магии, перемежаясь со звуками страсти и наслаждения.
«Надо будет поблагодарить мелкую Уизли, — размышлял на следующее утро Снейп, лежа в постели. — Интересно, сколько зелья храбрости она влила Гермионе в шампанское? Или просто оно дает такой потрясающий эффект применительно к гриффиндорцам?»
Рождество, декабрь 1999
Рождество в этом году выдалось небывало снежным. Зима накрыла поля белым одеялом, деревья и кустарники укутала в уютные пушистые шали. Даже Запретный лес не выглядел таким зловеще хмурым и неприступным, как обычно, а Черное озеро и вовсе покрылось морозной коркой, напоминая огромную ледовую арену.
Но для Северуса Снейпа это Рождество было особенным не поэтому. Он аппарировал на крыльцо своего дома в Литтл-Грин-Гадэнс, и, распахнув входную дверь, вошел внутрь. Колокольчики на рождественском венке весело звякнули, возвестив о приходе хозяина, приветливо покачнулись развешенные под козырьком фонарики, сбросив пушистые хлопья снега Северусу за шиворот.
В доме было светло и тихо, тепло и уютно пахло свежей хвоей. Северус прошел по коридору и свернул в гостиную.
Гермиона Снейп, в девичестве Грейнджер, в настоящем — его законная супруга, сидела на пушистом ковре перед камином, окруженная со всех сторон множеством исписанных свитков и пергаментов. Она задумчиво грызла кончик пера, а складка, заложенная между сведенными вместе бровями, выдавала ее сосредоточенность.
— Томми не приготовил ничего вкуснее писчего пера? — усмехнулся Северус.
— Ой! — вздрогнула Гермиона, вынырнув из своих размышлений. — Ты уже вернулся?
— В этом году мне незачем быть в Хогвартсе на празднике, — подходя к ней ближе, отметил он. — Только глупец способен променять время, проведенное с тобой, на кучу веселящихся бестолковых подростков.
— Северус, — в шутку погрозила пальцем Гермиона, не сдержав улыбку, — ты неисправим.
— Так чем же моя маленькая миссис Снейп была занята? — спросил он, кивком головы указав на разложенные вокруг бумаги.
— Ох! — тяжело вздохнула она. — Понимаешь, я никак не могу найти ошибку в разработанной мной улучшенной формуле состава противозачаточного зелья. Я все проверила, пересчитала и что самое удивительное — все сходится.
Северус затаил дыхание.
«Не может быть! Неужели получилось?!»
— Профессор, позвольте пожелать вам счастливой семейной жизни, — выдал появившийся из ниоткуда Гарри Поттер и, улыбаясь во все тридцать два зуба, крепко пожал Снейпу руку. Профессор подозревал, что герой магического мира еще не вполне отошел от полученного шока.
«С чего это ты так радуешься? Тебе бы в Мунго обратиться… Верно, две полученные Авады не прошли даром и имеют вполне заметные последствия», — подумал Северус.
— Я все устроила, сэр, — шепотом сообщила ему на ухо подошедшая Джинни. — У вас шесть, вернее, уже пять минут до начала действия зелья.
Северус огляделся и, выхватив взглядом Гермиону, поторопился добраться до нее. Ласково взяв под локоть, он вывел ее из шатра.
— Думаю, нам пора оставить праздник. Ты так не считаешь?
— Наверное, вы правы, сэр, — едва выдавила его юная супруга, нервно теребя край платья.
— Гермиона, тебе не кажется, более уместным называть теперь меня по имени и на «ты»?
— Мне все еще неловко, — честно призналась она.
«Я исправлю это совсем скоро. Сегодня ты будешь кричать мое имя, малышка!» — зарываясь лицом ей в волосы и вдыхая сладкий аромат яблока и ванили, пообещал он себе. Затем решительно обнял ее и аппарировал…
— Гермиона! — хрипло выкрикивал Северус, теряясь в круговороте ощущений. — О да! Герми… она! — и стены спальни эхом вторили ему.
Кто же мог подумать, что скромница, отличница и лучшая ученица Хогвартса способна вытворять такие невероятно приятные вещи! О, на что оказался способен этот маленький ротик всезнайки, который все семь лет озвучивал правильные ответы! О, на что оказались способны эти маленькие пальчики, когда-то перепачканные чернилами и старательно выводившие на пергаментах древние руны! И от этого Снейп окончательно терял контроль над собой.
«Терпи, Северус, ты же не мальчишка, чтобы сдаваться так скоро», — беспрестанно стучало в его голове.
В тот момент он не помнил, как, очутившись дома, Гермиона неожиданно перехватила инициативу и прильнула к нему трепещущим от желания телом.
— Теперь ты мой, Северус, а я — твоя, — деланно переливчато пропела она соблазнительным голосом ему на ухо, слегка прихватывая губами его мочку, — твоя маленькая миссис Снейп.
Какую же бурю подняла она в нем!
— Ты играешь с огнем, девочка, — едва сдерживался он.
— Я жажду пожара, Северус, — не отступала она.
— Ведьма! — со стоном выдохнул он, чувствуя, как голова пошла кругом от этих ее искушающих слов.
Он низко зарычал и, подхватив ее, пулей взлетел по лестнице на второй этаж…
В комнате до рассвета искрили и вспыхивали всполохи древней, как мир, магии, перемежаясь со звуками страсти и наслаждения.
«Надо будет поблагодарить мелкую Уизли, — размышлял на следующее утро Снейп, лежа в постели. — Интересно, сколько зелья храбрости она влила Гермионе в шампанское? Или просто оно дает такой потрясающий эффект применительно к гриффиндорцам?»
Рождество, декабрь 1999
Рождество в этом году выдалось небывало снежным. Зима накрыла поля белым одеялом, деревья и кустарники укутала в уютные пушистые шали. Даже Запретный лес не выглядел таким зловеще хмурым и неприступным, как обычно, а Черное озеро и вовсе покрылось морозной коркой, напоминая огромную ледовую арену.
Но для Северуса Снейпа это Рождество было особенным не поэтому. Он аппарировал на крыльцо своего дома в Литтл-Грин-Гадэнс, и, распахнув входную дверь, вошел внутрь. Колокольчики на рождественском венке весело звякнули, возвестив о приходе хозяина, приветливо покачнулись развешенные под козырьком фонарики, сбросив пушистые хлопья снега Северусу за шиворот.
В доме было светло и тихо, тепло и уютно пахло свежей хвоей. Северус прошел по коридору и свернул в гостиную.
Гермиона Снейп, в девичестве Грейнджер, в настоящем — его законная супруга, сидела на пушистом ковре перед камином, окруженная со всех сторон множеством исписанных свитков и пергаментов. Она задумчиво грызла кончик пера, а складка, заложенная между сведенными вместе бровями, выдавала ее сосредоточенность.
— Томми не приготовил ничего вкуснее писчего пера? — усмехнулся Северус.
— Ой! — вздрогнула Гермиона, вынырнув из своих размышлений. — Ты уже вернулся?
— В этом году мне незачем быть в Хогвартсе на празднике, — подходя к ней ближе, отметил он. — Только глупец способен променять время, проведенное с тобой, на кучу веселящихся бестолковых подростков.
— Северус, — в шутку погрозила пальцем Гермиона, не сдержав улыбку, — ты неисправим.
— Так чем же моя маленькая миссис Снейп была занята? — спросил он, кивком головы указав на разложенные вокруг бумаги.
— Ох! — тяжело вздохнула она. — Понимаешь, я никак не могу найти ошибку в разработанной мной улучшенной формуле состава противозачаточного зелья. Я все проверила, пересчитала и что самое удивительное — все сходится.
Северус затаил дыхание.
«Не может быть! Неужели получилось?!»
Страница 5 из 7
